Вся Робин Хобб в одном томе - Робин Хобб

— Там вообще все скоро обвалится, — заявила Малта уверенно.

Бледный юноша оглянулся через плечо.

— Ты, похоже, права, — сказал он, сверху вниз глядя на Малту. — Твои хозяева заверяли нас, что здесь нам ничто не будет грозить. Мне говорили, что здесь меня никто и ничто не найдет. Но зачем прятаться от убийц — только чтобы утонуть в вонючей грязи?

Малта заморгала. Видения Старших бледнели и рассеивались. На неё хмуро смотрел джамелийский сатрап.

— Хватит валяться, — сказал он. — Живо вставай и веди нас к своим хозяевам. Они узнают, что такое мой гнев!

Подруга Кикки шмыгнула в комнату и вынесла наружу светильник.

— С неё толку не будет, — имея в виду Малту, сказала она сатрапу. — Иди за мной. Мне кажется, я знаю дорогу!

Малта осталась лежать на полу, глядя им вслед. «Как все значительно, — сказала она себе. Оказывается, сатрапа Джамелии привезли в Трехог ради его безопасности. А я и не знала. Кое-кто должен был рассказать мне, но не рассказал… Он что, не доверяет мне?»

Она закрыла глаза, решив, что так будет удобнее размышлять. А что, если поспать немного?..

Пол встал под ней дыбом и огрел её по щеке. На другом конце коридора раздался дружный вопль сатрапа и Кикки. Но не их крик напугал Малту, а низкий рокот, донесшийся из недавно покинутой ими комнаты. Она кое-как поднялась; пол под ногами продолжал трепетать. Малта схватилась за дверь и со скрипом затворила её, думая при этом: устоит ли дверь, если на неё навалится оползень размером со склон холма?..

Она стиснула руками виски. Надо брать дело в свои руки! Она сосредоточилась и вновь оживила минувшее. Целый хаос пронесся мимо неё… «А что! Это может спасти их…»

Она повернулась и побежала. Впереди подскакивал светильник в руках у Подруги. Малта нагнала сатрапа и его женщину.

— Не туда! — бросила она коротко. — За мной! — И выхватила у Кикки светильник: — Сюда!

Они без раздумий бросились следом. Призраки Старших с тонкими криками спешили все в одну сторону, и Малта побежала туда же.

Если они спаслись от своего финального катаклизма, быть может, и ей это удастся…

Глава 37

ГИБЕЛЬ ГОРОДА

Землетрясение, случившееся перед рассветом, не разбудило Кефрию по той простой причине, что она не спала. Так и не смогла заснуть. На небольшой толчок, последовавший посреди ночи, она просто не обратила внимания. Но потом начало происходить нечто неординарное. Все началось с резкого удара, но не удар, а сопутствовавшая ему длительная непрестанная дрожь заставила Кефрию испуганно вскочить на ноги. Хозяева, уроженцы Чащоб, предупреждали её, что раскачивание деревьев многократно усиливало действительные колебания почвы. И тем не менее, торопливо одеваясь, Кефрия была вынуждена держаться за столбик постели. Ей сразу подумалось, что Сельден, вероятно, воспримет происходившее как замечательную потеху, но вот Малта может не на шутку перепугаться. Нужно пойти к ней. А коли так, придется заставить себя сказать дочери, что она возвращается в Удачный. Кефрия очень боялась этого разговора. Вчера вечером она заглянула к Малте, но та уже спала. И у Кефрии недостало решительности её разбудить да ещё и ошарашить подобными новостями. Шрам на голове у Малты уже перестал опухать, но ужасные синяки кругом глаз ещё сохранялись… Так что Кефрия удалилась на цыпочках, решив про себя: «Сон — лучшее лекарство!»

Лекарка настояла, чтобы Малту разместили в солнечной комнатке, а значит, гораздо выше по стволу, чем то помещение, что отвели Кефрии. Путь туда означал несколько подвесных мостиков и долгий подъем по винтовой лестнице. Кефрия ещё не свыклась с мостками, потихоньку качавшимися под ногой. Сельден по ним носился как угорелый с утра до вечера, но Кефрия по-прежнему боялась и переживала. Как бы она хотела, чтобы сейчас было светло!.. Однако восхода и солнечных лучей, способных пробиться сквозь густую листву, оставалось ждать ещё долго. Кефрия прижала руки к груди и пошла вперед, стараясь строго держаться середины мостков. О том, как будет раскачиваться утлый мостик, если как раз на нем её подкараулит очередной толчок, Кефрия старалась не думать. То есть она полностью и сознательно отрешилась от всех мыслей о возможной опасности. Обнаружив, что движется вперед крохотными семенящими шажками, она постаралась идти как обычно. И очень обрадовалась, добравшись наконец до лестницы, вившейся кверху кругом громадного ствола.

Считая ступеньки, она обдумывала про себя, какими словами поведать Малте о том, что она уезжает и оставляет её здесь одну. Девочке придется так тяжело. У неё не будет рядом никого из близких, если не считать Сельдена. Бедняжка совсем отказалась от встреч с Рэйном. Она винила его во всем, что с ними произошло. Сама Кефрия простила Рэйна ещё на борту «Кендри», когда они путешествовали сюда вверх по реке. К тому времени она поняла, что люди, остановившие карету, вышли далеко за пределы своих полномочий. Им было приказано лишь забрать с собой сатрапа, а они что натворили?.. Рэйн и в мыслях не держал причинить своей возлюбленной какое-либо зло. Кефрия вполне в этом убедилась, наблюдая покаянные страдания молодого жителя Чащоб, редко отлучавшегося от двери каюты, где лежала Малта. Быть может, со временем Малта все поймет… Но покамест Кефрия была вынуждена поручить своих детей заботам друг друга. Она всю ночь промучилась сомнениями и до сих пор не была уверена, что поступает разумно…

Она добралась до ветви, на которой располагалась комната Малты.

Кефрия коротким кивком приветствовала женщину, выглянувшую из плетеного домика неподалеку. У той была очень бугристая кожа на лице, шея и подбородок обросли «сережками». Она весело улыбнулась Кефрии. Это была Тилламон, старшая сестра Рэйна.

— Здорово тряхнуло! — сказала Кефрия, просто чтобы что-то сказать.

— Надеюсь, все обойдется, — жизнерадостно ответила Тилламон. — А то в прошлом месяце подобный толчок два мостика оборвал!

— Батюшки! — вырвалось у Кефрии. Она заторопилась вперед.

Достигнув заветной двери, она постучала. Ответа не последовало.

— Малта, деточка, это я! — окликнула Кефрия. Потом вошла. И все облегчение, которое она ощутила, соступив на мостки с шаткого мостика, немедленно испарилось. Постель дочери оказалась пуста. — Малта?.. — позвала она и неизвестно зачем принялась ворошить пустые одеяла, ведь дочери под ними все равно не было. Кефрия вернулась к двери и высунулась наружу, чтобы снова позвать: — Малта?..

Сестра Рэйна по-прежнему стояла в дверях своей комнаты. Кефрия обратилась к