Весь Дэвид Болдаччи в одном томе - Дэвид Балдаччи

И удивленно заморгала, когда на мониторе появилась фотография и краткие биографические сведения.

Пайн смотрела на одно из имен в списке рассылки. Его там не должно было быть.

Питер Стьюбен. Исполнительный помощник директора Службы национальной безопасности ФБР, из чего следовало, что он здесь главный. СНБ, одно из шести отделений ФБР, создана в 2005 году после событий 11 сентября в связи с резко возросшей опасностью терроризма. В некотором смысле чуть ли не самое важное отделение, которое занималось предотвращением угроз против Соединенных Штатов.

Имя одного из самых высокопоставленных функционеров ФБР стояло в списке рассылки, касающейся мертвого мула. И, быть может, исчезнувшего туриста, связанного с несуществующей компанией, хотя Пайн вполне могла допустить, что военные подрядчики стараются не оставлять следов на публичных сайтах.

Прежде Пайн работала в ФБР на Восточном побережье — и заметила, что персонал Бюро, находящийся по другую сторону Миссисипи, консервативен, его сотрудники строго придерживаются правил и процедур и не понимают, почему нельзя эти самые правила и процедуры, принятые в Нью-Йорке или округе Колумбия, установить на Юго-Западе как гигантский шаблон правоохранительных протоколов. Пайн прекрасно понимала, почему эти правила здесь не годятся — главным образом из-за огромного количества особенностей, которые требуют и заслуживают внимания и уважения. Тут практически у всех имелось самое разное оружие, а также здоровый скептицизм относительно федерального правительства. Здесь ты мог ехать целый день и не встретить ни одного человеческого существа на территории, напоминающей поверхность необитаемой планеты.

Однако Пайн давно перестала сражаться с парнями с Восточного побережья, старалась не выделяться, делала свою работу и никогда не просила помощи, пока в ней не возникало острой необходимости.

Но если СНБ заинтересовалась ее делами, она не знала, насколько успешной будет такая стратегия. Ей не составило никакого труда представить вертолет, набитый надменными агентами ФБР с акцентом Нью-Джерси, которые появятся в разгар ее расследования и вежливо, но твердо предложат ей отправляться к дьяволу.

Раззадоренная этими мыслями, Пайн снова посмотрела на часы — и решила рискнуть.

Она набрала номер, который ей прислал Ламберт, и дождалась первого длинного гудка. После второго услышала встревоженный голос:

— Да?

— Мистер Прист?

— Да?

— Эдвард Прист?

— Да, с кем я говорю?

— Я специальный агент Этли Пайн, ФБР, штат Аризона.

— О господи… Вы звоните из-за Бена? Он мертв. О дерьмо. О господи!

Пайн услышала, как мужчина разрыдался.

— Нет, мистер Прист, — твердо сказала она. — Нет, я звоню вам по другой причине. Я расследую исчезновение вашего брата, но пока нам не удалось его найти. Насколько мы знаем, он еще жив.

Она услышала, как дыхание в трубке постепенно успокаивается.

— Вы до смерти меня напугали, — наконец рявкнул он. — Почему вы позвонили так поздно?

— Я приношу вам свои извинения, но мы не можем терять времени. Вы сказали одному из моих коллег, что ваш брат работает в консалтинговой компании «Козерог».

— Верно. Так и есть.

— Эта фирма относится к «Белтуэй»?

— Да.

— У вас есть их адрес и телефон для связи?

Прист явно колебался.

— Телефон для связи? — уточнил он.

— Или адрес.

— Я… у меня нет такой информации. Я лишь помню, как брат говорил мне, что работает там.

— Когда? — спросила Пайн.

Теперь в его голосе появилось подозрение.

— А какое это имеет значение? Он исчез в Гранд-Кэньон, а не на кольцевой дороге в округе Колумбия.

— Дело в том, что я попыталась найти эту компанию, но в округе Колумбия ее нет.

Молчание.

— Я… я думаю, он сказал мне это около шести месяцев назад, — сказал Прист после долгой паузы.

— Значит, вы никогда не бывали в его офисе?

— Нет.

— Он что-то говорил вам о своей работе?

— Он… он часто повторял шутку, ну, вы знаете… обычные приколы, когда речь заходит об округе Колумбия.

— Вы хотите сказать, что-то вроде: «Я тебе расскажу, но тогда мне придется тебя убить»?

— Совершенно верно.

— Ладно.

— Агент Пайн, что происходит?

— Сейчас мне сложно делать выводы. Вы не могли бы рассказать о прошлом вашего брата? Образование, детство, семья… ну, вы понимаете.

— Я все уже рассказывал вашему коллеге.

— Если вы повторите мне еще раз, это может помочь.

Он тяжело вздохнул.

— Мы росли в основном на Восточном побережье, но нам пришлось много переезжать. Наш отец служил в военно-морском флоте. Ушел в отставку в статусе «ноль-семь».

— Контр-адмирал.

— Да, вы правы. Вы из семьи военных моряков?

— Нет, но у меня были друзья… Что еще?

— Бен был… я хотел сказать, есть мой младший брат. У нас еще две старших сестры. Бен живет в Старом городе Александрии, штат Вирджиния. Одна сестра во Флориде, другая в Сиракузах.

— Насколько я поняла, ваш брат не женат.

— Нет, он так и не отважился. Работа — вся его жизнь.

— Образование?

— Джорджтаун. Студент и выпускник.

— Политология?

— Да. Но откуда вы знаете?

— Удачная догадка. Вы можете дать мне его домашний адрес? — спросила Пайн.

— Послушайте, я хочу сотрудничать с вами, но сейчас мне пришло в голову, что я ничего про вас не знаю — даже то, действительно ли вы агент ФБР.

— С вами уже связывался Колсон Ламберт из Парковой службы США. Я могу сообщить вам номер моего значка и телефонный номер в Бюро; там подтвердят, что я работаю в ФБР. А завтра, если захотите, можете позвонить мне по этому номеру.

Прист не стал отвечать сразу.

— Нет, я думаю, всё в порядке, — заговорил он после небольшой паузы. — Зачем вам звонить мне, если вы не работаете в ФБР, не так ли?

«Я могу назвать сразу несколько причин», — подумала Пайн. Однако озвучивать их Присту не стала.

Он дал ей домашний адрес брата.

— Значит, Бен с вами не связывался? — спросила Пайн.

— Нет. Послушайте, я спросил у того парня, Ламберта, следует ли мне к вам вылететь.

— Я считаю, что будет лучше, если вы останетесь дома. Когда появятся новости, я немедленно с вами свяжусь. И вы можете позвонить мне с любыми вопросами или тревогами. Или если у вас возникнут мысли, которые могут оказаться полезными.

— Вы думаете, исчезновение Бена как-то связано с его работой?

— Я не стану утверждать, что это не так. Во всяком случае, на данный момент.

— Вы думаете, он мертв?

— Я ничего не думаю. Мы слишком мало знаем. Но нам следует уточнить очевидные моменты. У вашего брата были враги?

— Мне о них ничего не известно.

— Хорошо, — сказала Пайн. — А вы говорили с сестрами?

— Нет. А почему я должен был с ними говорить?