Фантастика 2025-47 - Дмитрий Ясный

— Так-так-так, — протянул некромант с мерзкой ухмылочкой, — кто это тут у нас? Вампир и мелкого пошиба магик, да ещё и бегающий на сворке у Кайсигорра. Очень мило, не находишь, Хайнц?

— У малого неплохие задатки, — прогудел из-под шлема Рыцарь Смерти, которого, как выяснилось, звали Хайнц, — и меч.

— Да уж, — согласился с ним некромант, — преотличный меч, осквернённый, как и твой.

— У него — лучше, — с прежним равнодушием констатировал Рыцарь Смерти. — Такие носят Тёмные Паладины.

— Хорош болтать, орлы, — осадил обоих вампир. — Перед вами виконт из Алого Анклава, проявите почтение.

— Не то время и не то место, чтобы проявлять почтение, — усмехнулся некромант. — Да и положение у вас не то. Ответьте на пару наших вопросов — и умрёте быстро.

— Нас это не устраивает, — бросил я, поигрывая мечом, — может быть, разойдёмся?

— Нам с Хайнцем конкуренты не нужны. Брессионе — слишком лакомый кусочек.

Я не стал тратить времени на слова. Шаг, разворот, взмах — и три головы падают на землю. Пламя в груди само так и рвётся наружу, слова заклинаний так и жгут губы, короткий пасс свободной рукой, щелчок, — трое зомби развеиваются прахом, но это — предел, сил не осталось даже на простейшее заклятье. Управимся и так. Тем более, что рядом стальным вихрем вертится Эльген, рассекая зомби — его шпага наносила им повреждения лучше обычного оружия, однако с моим мечом сравниться не могла.

— Займись Рыцарем Смерти! — крикнул он мне. — Мне с ним не совладать. А некромант — мой.

Чёрный маг, естественно, не пожелал расставаться с жизнью и принялся творить свои заклинания — и эффект их превзошёл все мои, самые мрачные, ожидания. Из праха, обильно усеявшего землю, сформировалось нечто вроде копья — и тут же устремилось в грудь вампиру. Это было ошибкой со стороны волшебника. Когда оно достигло его, вспыхнула чёрным виконтская цепь, скреплявшая плащ, — и копьё рассыпалось. Эльген лишь рассмеялся, продолжая прорубаться через плотную толпу зомби, раз за разом встающих, подчиняясь чарам некроманта. А тот уже творил новое смертоносное заклинание и нацелил его на меня. На сей раз прямо из воздуха матерелизовались серо-зелёные черепа с горящими глазницами, рванувшиеся в мою сторону, как я и ожидал.

— Берегись! — крикнул мне Эльген.

Но я замер, словно заворожённый этим жутким зрелищем, лишь в последний момент вскинув для зашиты осквернённый меч…

Взрыв потряс всё Брессионе. Земля заходила под ногами, а следом вспыхнула как политая энеанским огнём[184]. Смертоносная стая черепов обратилась в угольно-чёрный поток, устремился обратно к некроманту и поглотил его. Это отозвалось и на мне, тело пронзил спазм дикой боли, огонь в груди вспыхнул с новой силой, грозя сжечь меня всего. Я рухнул прямо на горящую землю, не ощущая жара, исходившего от неё, — и потерял сознание…

Эльгена отбросило могучим взрывом на несколько шагов, однако на ногах он удержаться всё же сумел. Этот взрыв развеял всех без остатка зомби, уничтожил некроманта, а Рыцаря Смерти швырнул в сторону от места боя с такой силой, что он снёс дерево, переломив его ствол, с треском рухнувший на землю и похоронивший его под собой. От некроманта же не осталось и кучки пепла.

Когда всё более-менее пришло в норму Эльген рискнул подойти к распростёршемуся на всё ещё лениво тлеющей траве Эшли. Тот, как не странно был ещё жив, хотя видимых признаков жизни не подавал. Вампир забросил его на плечо и зашагал прочь. Огонь не наносил его одежде и ему самому не малейшего вреда.

Взрыв не уничтожил Рыцаря Смерти Хайнца, хоть и отбросил, словно тряпичную куклу, а рухнувшее на голову дерево не могло причинить ему какого-либо ущерба. Он поднялся на ноги, ломая ветки массивным доспехом. Выпроставшись, наконец, из этого древесно-лиственного плена Хайнц вернулся к месту схватки. Правда к тому времени там уже никого не было, лишь валялся среди праха, оставшегося от зомби, осквернённый меч. Подняв его, Рыцарь Смерти ощутил всю силу этого оружия, которым прикончили сначала лича, а после некроманта. Да, о таком ему оставалось только мечтать, но мечты его теперь стали реальностью.

Глава 7

Эльген опустил Эшли на мягкую траву, лишь отойдя подальше от места схватки с некромантом и убедившись в том, что Рыцаря Смерти поблизости нет — в гибель его под весом дерева вампиры совсем не верилось. Эшли пришлось довольно тяжело, он едва остался в живых да и сейчас находился на грани между мирами — живых и мёртвых. И помочь ему может только одно, правда подобный способ лечения совсем не понравится Эшли, когда он придёт в себя (если придёт, конечно), но, с другой стороны, ему обо всём знать необязательно. А долги надо отдавать.

Эльген присел рядом с Эшли, стянул с ладони перчатку и поднял рукав камзола, обнажив предплечье. Из поясных ножен он извлёк длинную дагу[185] и надрезал ею запястье. Клинком разжал сведённые судорогой челюсти Эшли — и влил в его рот основательную порцию крови, как не так давно — сам де Соуза. После пары глотков тот задышал ровнее и погрузился в беспокойный сон.

Снилась всякая чушь, которую я, к счастью, не запомнил. Что-то о Лучии, Лосстароте, да Косте, отце Симоэнше и всех остальных. Проснулся я в холодном поту, вскочив с земли. Пару раз глубоко вздохнул, утёр со лба испарину и вновь растянулся на мягкой траве.

Надо мной стоял Эльген, облизывавший тонкие губы, явно только что полакомился какой-то лесной живностью.

— Где ты взял свой меч? — спросил он у меня, ничуть не смущаясь того, что я валяюсь в полушаге от носков его шикарных сапог.

— Лича прибил, — не в силах врать и отпираться честно ответил я, — мечом Защитника Веры. Кстати, а где он?

— Теперь всё ясно, — игнорируя мой вопрос, произнес вампир, — магическая сила лича оказалась слишком велика для тебя и избыток её перетёк в меч, которым ты его прикончил, благо оружие это не простое, хоть вы и позабыли все его особые свойства. Получился страшный меч, который вошёл в резонанс с заклинанием некроманта и реверсировал его, направив обратно на самого некроманта. Тебе же досталась вся сила погибшего мага, что едва не прикончило тебя. Эта сила вполне могла сжечь тебя изнутри или оставить идиотом, так что тебе невероятно повезло.

— Успокоил, нечего сказать, — буркнул я.

Однако я не мог игнорировать его слова, ибо всего меня