Цель оправдывает средства. Том четвертый - Илья Сергеевич Модус

Имперский рыцарь хмуро следил, как один за другим, сломленные предатели, последователи Калеба Даарка, окруженные бойцами 1-го штурмового корпуса Вечной Империи, по очереди приближались к многочисленным импровизированным лагерям, где передавали мандалорским бойцам свою броню и оружие. Тщательный учет всего военного имущества, захваченного на Конкорд Доун, первостепенная важность в деле окончательного подавления восстания.

— Генерал, сэр, — к нему приблизился клон-штурмовик с отметками маршала-коммандера. — Разрешите обратиться?

— Маршал Тако, — забрак кивнул головой командиру корпуса в знак приветствия. — В чем дело?

— У нас запрос от генерала Куро, — понизив голос произнес тот. — Просит выделить быстроходный транспорт для доставки генерала Хельниора в медицинский центр на Кристофсисе.

Подчиненный протянул ему планшетку для визирования. И ответ на эту просьбу предполагал выбор одного из двух: утвердить и отправить один из кораблей его боевой группы в столицу Южных Территорий, или отказать. Но к каким последствиям может привести последнее, он не знал.

Несмотря на свой возраст — ему чуть меньше тридцати — бывший член культа ситов с планеты Мустафар лишь недавно примкнул к Вооруженным Силам Вечной Империи.

Сперва — почти полуторагодичное обучение на Тайтоне, начавшееся с тех пор, как Икеру предал лидера культа лорда Курска и примкнул к зарождающейся Вечной Империи. Затем, после завершения своего обучения и получения статуса Имперского Рыцаря, он, по протекции Директора Заврос, был направлен в Академию Генерального Штаба для прохождения краткосрочных курсов командующих флотскими соединениями.

Его первая задача, как командира боевой группы — подчиняться контр-адмиралу Терадоку в вопросе охраны Мандалорского сектора. А стремительный бросок в систему Конкорд-Доун, по сути — его первое боевое крещение. Прошедшее без боя. Полукровка, что сейчас плавал в колто-камере на борту флагмана Тарвона, сумел с одним кораблем добиться победы над превосходящими силами противника, сделав всю работу за него.

И сейчас тому требовалась помощь серьезнее той, что могли оказать корабельные врачи. С одной стороны, Тарвон не понимал, как имперский генерал может являться еще и командующим армии мандалорцев. С другой — в среде военных и не такое случается.

Вот только как относиться к тому, что «вроде как союзники» просят выделить им боевой корабль для спасения «вроде как своего» разумного? Разбазаривать свои корабли по пустякам Имперский рыцарь не имел права — ни законного, ни морального. Но требовалось сделать выбор.

Приставив большой палец к специальному окошечку на экране, он завизировал подтверждение разрешения выдачи генералу Куро быстроходного корабля.

— Пусть эвакуируют его как можно скорее, — приказал он. — Отправьте в сопровождении пару наших докторов.

— Есть, — козырнул тот, намереваясь отойти в сторону.

— Маршал, — клон развернулся через левое плечо, вновь устремив свой шлем в сторону начальства. — Сколько еще займет разоружение?

— Несколько суток, сэр, — в голосе командира 1-го штурмового корпуса появилось удивление: мол, почему командование не знает таких простых вещей? — Это же мандалорцы. Мы прогоняем их через медицинские сканеры после сдачи оружия — уже более чем у сорока обнаружили подкожное оружие — иглы, стилеты, клинки, бритвы, импланты. Наивные идиоты думают, что все вот так просто проходит: сдали то, что видно, и свободны.

— Впервые слышу, чтобы мандалорцы прятали оружие в своих телах, — признался Тарвон.

— Да какие это мандалорцы? — в голосе клона послышалось пренебрежение. — Понабрали идиотов, убийц и прочий биомусор, всунули в дюрасталевые подделки под настоящий бескар’гам и сказали им, что они теперь члены клана Даарк. А на самом деле — свора бешенных псов. Которых вешать нужно на каждом дереве.

— Это не нам решать, — заметил Имперский Рыцарь. — Это пленники мандалорцев. Пусть Манд’алор решает их судьбу, коли фельдмаршал Хельниор в таком состоянии. Наша задача — их просто сопроводить.

— И отбуксировать трофейные корабли, — напомнил Тако. Судя по голосу — ему последнее не очень нравилось. Но открыто он заявлять это не собирался — не так воспитан, не так обучен. Штурмовик не жалуется на обстоятельства — штурмовик избавляется от проблемы.

— Да, — произнес Тарвон. — И отбуксировать корабли. Дрянная миссия. Продолжайте работу, маршал. Я вернусь на флагманский разрушитель — торчать еще несколько дней здесь у меня не хватит терпения.

— Мне бы вашу свободу действий, — вздохнул Тако.

— Я предполагаю, что в таком случае все пленники оказались бы в одном месте, а на борту твоего корабля произошел бы сбой, в результате которого вся артиллерия испарила бы предателей, — хмыкнул Имперский Рыцарь.

Тако молчал несколько секунд, прежде чем ответить:

— Долго. Проще сбросить реактор на планету — сэкономит кучу времени, — произнес маршал.

Ухмыльнувшись, Тарвон отвернулся, вынимая комлинк из кармана. Пора вызвать «лямбду» и заняться рутинными делами на борту звездного разрушителя.

Стоя напротив иллюминатора, я наблюдал за тем, как вереница транспортных кораблей тянется с поверхности Илума, возвращая на борт «Бисмарка» подразделения «Кулака Доугана».

То, что от них осталось.

— Каковы наши потери, генерал? — хрипло поинтересовался я.

— По корпусам отдельно или среднее значение по «Кулаку»? — уточнил командующий моей личной армией.

— Последнее, — как бы ни было жаль погибших, но реальность — суровое место. И заслушивать доклады о потерях с точностью до клона, у меня нет ни времени, ни желания погружаться в эти рутинные проблемы.

— Семьдесят три процента — общие потери, сэр, — ответил Флеш. — Из них шестьдесят — невозвратные, то есть мертвецы. Три процента останутся инвалидами с протезами на большую часть конечностей и жизненно важных органов. Десять — сможем поставить на ноги и вернуть в строй. Это при том, что я вывожу за скобки 8-й штурмовой корпус, как не участвовавший в сражении, а корпус под командованием Дарт Сими практически не пострадал в бою.

— «Инвалидов» подготовь к переводу на Джеонозис, — распорядился я. — Используем их в программе «Темный солдат». Позаботься о погибших…