Весь Эдгар Берроуз в одном томе - Эдгар Райс Берроуз

Вдруг он замер на ветке огромного дерева, прислушиваясь. Едва заметный бриз принёс его обонянию запах Ваппи-антилопы, предлагая свежее мясо для лагеря; но когда он уже был готов преследовать свою добычу, отдаленный бой барабанов достиг его ушей.

Глава 8

БАРАБАНЫ СМЕРТИ

Когда наступила ночь, Эллен, связанная и оставленная в грязной хижине, услышала бой барабанов на улице селения. Они звучали угрожающе, звук их был мистическим и страшным… Она почувствовала, что это по ней они звучат, предвещая ей дикую, страшную смерть. Она подумала, какую форму примет её смерть, когда придёт к ней. Она чувствовала, что почти радовалась ей как избавлению от ужаса, которым была окружена. В хижину пришли воины, грубо поставили её на ноги, сняли путы, стягивающие колени; затем они вытащили её на улицу, поставили перед жилищем Мпингу-вождя и привязали к столбу. Вокруг неё сгрудились визжащие женщины и кричащие воины. В призрачном свете костров вся сцена казалась обречённой девушке ужасным фантастичным, но страшным и кошмарным сном, от которого ей предстояло проснуться. Все это было настолько нереально, что она поняла, что это не сон только тогда, когда копьё пронзило её плоть, и брызнула её тёплая кровь.

* * *

Хорошо оснащенный отряд расположился лагерем. Носильщики и аскари сидели на корточках вокруг костров для приготовления пищи, а перед центральным костром двое мужчин, которые не были местными жителями, разговаривали с Мбули, проводником, когда их ушей достиг слабый звук барабанов.

— Мбули говорит, что это страна каннибалов, — сказал Атан Том, — и что нам лучше поскорее убраться отсюда. Завтра мы можем намного приблизиться к Эшеру. Девушка потеряна. Эти барабаны, может быть, бьют по ней.

— Её кровь на вашей совести, хозяин, — сказал Лал Тааск.

— Заткнись, — огрызнулся Том. — Она дура. Могла бы жить припеваючи и наслаждаться плодами богатства, когда мы достанем Отца бриллиантов.

Лал Тааск покачал головой.

— Женщин невозможно понять даже вам, хозяин. Она была очень молода и очень красива, она любила жизнь, а вы забрали её у неё. Я предупреждал вас, но вы не слушали меня. Её кровь на вашей совести.

Атан Том с раздражением повернул к своей палатке, но барабанная дробь не давала ему ни минуты покоя.

* * *

— Барабаны! — сказал д’Арно. — Мне они не нравятся; очень часто они означают смерть для какого-нибудь бедняги. Когда я впервые услышал их, я стоял, привязанный к высокому столбу, и сотни раскрашенных чертей прыгали вокруг меня, вонзая копья в моё тело. Они убивают не сразу, только мучают и как можно дольше заставляют страдать, так как страдания доставляют им удовольствие.

— Но как же вы спаслись? — спросил Лавак.

— Появился Тарзан, — ответил д’Арно.

— Он ещё не вернулся. Я волнуюсь за него, — сказала Магра. — Может быть эти барабаны бьют по нему?

— Вы думаете, они могли схватить его? — спросил Грегори.

— Не смею на это надеяться, — язвительно заметил Вольф. — Эта чертова обезьяна живуча как кошка.

Д’Арно в раздражении ушёл прочь. Грегори, Лавак и Магра последовали за ним, оставляя Вольфа в одиночестве.

* * *

Барабаны рассказали Тарзану о многом. Они сообщили ему о приближающейся пытке жертвы и её смерти. Жизни чужестранцев ничего не значили для человека-обезьяны, который всю свою жизнь имел дело со смертью. Смерть — это было то, что происходило со всеми живыми созданиями. Он не боялся её, он ничего не боялся. Игра со смертью была смыслом всей его жизни. Направить свою смелость, свою силу, ловкость и хитрость против смерти и победить — в этом была радость жизни для Тарзана. Когда-нибудь придёт день, и смерть победит, но об этом дне Тарзан не думал, во всех ситуациях он не терял своего достоинства и самообладания, потому что только глупый человек бесцельно бросается своей жизнью; Тарзан не уважал бессмысленный риск, но если было необходимо, он совершал невероятно рискованные поступки.

Когда он услышал барабанный грохот, то меньше всего думал о его ужасном значении. Он подумал только о том, что он мог бы указать ему дорогу к местному селению, где потом можно было нанять носильщиков. Сначала, однако, он должен был разведать и изучить характер местных жителей. Если они были дикие и воинственные, он должен избежать их и отвести свой отряд стороной, а барабаны предупреждали, что именно так это и было.

Ориентируясь на звук дроби барабанов, Тарзан пробирался по деревьям к их селению. Он передвигался довольно быстро, готовый увидеть зрелище, которым не раз восторгался сам во времена своей дикой жизни — зрелище Гомангани, испытывающего мучения приближающейся смерти. Барабаны говорили ему о том, что жертва должна умереть, но время для смерти ещё не пришло. Кто был этой жертвой, человека-обезьяну не интересовало. Для него имело значение только зрелище страданий. Возможно, он успеет вовремя, а может быть, и нет. А если успеет, то сумеет ли привести свой план в действие. Вот что интересовало Тарзана в дикой игре, которую он любил вести.

* * *

В то время, как Тарзан приближался к селению Мпингу-вождя, Атан Том и Лал Тааск сидели и курили у ярко горящего костра.

— Черт бы побрал эти барабаны! — пробурчал Лал Тааск. — У меня от них мурашки по телу бегают, они меня раздражают.

— Завтра ночью мы не услышим их, — сказал Атан Том, — завтра мы будем уже далеко на пути в Эшер — в Эшер и к Отцу бриллиантов.

— Вольфу будет трудно нас догнать, — сказал Лал Тааск, — и если мы будем возвращаться из Эшера другой дорогой, он никогда нас не найдёт.

— Ты забыл о Магре, — сказал Атан Том.

— Нет, — ответил Тааск, — я не забыл о ней. Она