Бак Роджерс в 25 веке - Мелинда Мёрдок

Бак знал об этих рейдах, оставлявших черные следы на золоченых панелях далласского Метроплекса. Малые гироснаряды в умелых руках оставляли достаточно ощутимый след.

На окраинах города землю покрывали волны дюн, где скульптором был ветер. Чахлые полоски травы тщетно пытались удержать наступающую пыль. Кое-где на зыбкой поверхности пытались удержаться изогнутые корни можжевельника.

— «Повстанец-1», это База, ответьте, — Беовульф прервал размышления Роджерса.

— «Повстанец-1». База, слушаю вас.

— Бак, мы перехватили переговоры Кейна. Он в курсе сближения с флотом марсиан и ведет за собой весь венерианский флот. Ты в состоянии помочь?

— Нет, База. Мы еле держимся сами.

— Бак, против «Крайтов» сражаться некому. Ты это знаешь, и я это знаю. За Кейном следуют двенадцать штук.

— За Кейном?

— Ну да. Он ведет собственный корабль и, похоже, его прикрывают «Крайты».

— Наверно, потребовал у Военного Совета отряд «Крайтов» как частичную оплату услуг, — предположил Бак.

— У венерианцев против него шансов нет, — вывод Беовульфа звучал безнадежно.

Бак помолчал.

— Один из тех самых случаев, не так ли?

— Каких случаев? — удивленно спросил Беовульф.

— Дьявол и глубокое синее море, — ответил Бак. — Неважно, что мы решим, так или иначе — плохо. Надо что-нибудь придумать.

— Желаю удачи, — голос Беовульфа не дышал энтузиазмом.

— Барни! — позвал Бак.

Последовала длинная пауза, пока его вызов ретранслировался на другую сторону планеты. Наконец в динамике послышались могучие ноты голоса Черного Барни:

— М-м-м? — поинтересовался он.

— Как дела? — спросил Бак.

— Два, — коротко ответил космический пират.

Бак достаточно хорошо знал пирата, чтобы расшифровать ответ. Барни в последнем деле сбил два вражеских корабля.

— Как ты думаешь, Гильдия сможет удержать планету? Снова в линии связи воцарилась долгая пауза.

— Ясное дело, — ответил он в конце концов. — Некоторое время.

Бак подытожил. Единственным вариантом для него было действовать в составе сил НЗО. Он с отрядом «Крайтов» вызывает на бой силы Кейна и связывает им руки, давая возможность венерианскому флоту вести бой с основными силами РАМ. Тем временем Пиратская Лига продолжает охоту за силами РАМ на Земле. Бак прикинул число членов пиратского братства — выходило соотношение примерно три к одному. Однако ребята из Гильдии предпочитали в бою именно такое.

— Мы должны сделать больше, чем просто поддерживать равновесие, — сказал Бак.

— Жечь их, — согласился Барни. Его замечание было хотя и кровожадным, но точным.

— Правильно, нужно вышибить их.

— Мы это сделаем, — согласился Барни. — Если к ним не прибудет помощь.

— Не придет, — заметил Бак. — Это как раз наше дело.

Барни тихо поскрипел зубами. Эта привычка сопровождала у него сложные мыслительные операции.

— Когда? — спросил он.

— Если точно… ноль-двадцать шесть, — ответил Бак, сверившись с таймером. — Свяжитесь с «Прогрессией-С». Получите координаты для прикрытия планеты. Что касается… пока прекратить контакт с противником. Оттянитесь и перестройтесь согласно координатам.

— Ур-р-р-р, — ответил пират. Перекатывающиеся вибрации его голоса вызвали перегрузку линии связи.

— «Повстанец-2», ответьте, — вызвал Бак.

— «Повстанец-2» слушает, — ответила Вильма Диринг.

— «Орел-ведущий», ответьте, — продолжал Бак.

— «Орел-ведущий» слушает, — ответ Вашингтона без паузы продолжил вызов Бака.

— Мы отходим, — объявил Бак, — по приказу Базы.

— Кейн? — спросила Вильма.

— Ты угадала, — подтвердил Бак.

— Точка встречи? — спросил Вашингтон.

— Точка-один у «Спасителя», — сообщил Бак. Это была Космическая свалка, одновременно служившая прикрытием штабу НЗО.

— Приближается внеземной аппарат, на пять минут, — предупредила Вильма.

— Бьем, — отозвался Вашингтон.

Бак лег на курс. Дулитл держался у его левого крыла, словно искал защиты. Мгновенный ответ Вильмы — догадка ее о Кейне — вызвал в сознании Бака нечто вроде беззвучного взрыва. Полковник Вильма Диринг была не просто ведущим пилотом НЗО, следовавшим за Роджерсом, она была ошеломляюще красивой женщиной. И Кейн однажды спас ее жизнь. Хотя их пути и разошлись, Бак опасался, что между ними существует невысказанное взаимное тяготение, хрупкая нить, которой он не имел права разрушить, несмотря на то, что в нем самом росло восхищение этой женщиной. Вильма полностью принадлежала НЗО, она была бойцом, и Бак верил, что в бою она встретит Кейна лицом к лицу без страха. Она уважала способности Бака, если не его жизненную позицию.

Кейн был камнем преткновения, с которым Бак не мог ничего поделать. В конце концов, чувства Вильмы были ее личным делом. Он не мог их изменить или уничтожить, но это вовсе не делало его положение легче. Он с теплотой думал о ее мужественном отказе влиться в тот мир, который ей предлагала РАМ, — мир, в котором ее красота открыла бы ей все двери. Как и он сам, она не выбирала легких путей, отстаивая свое право на собственные ошибки. Они были родственными душами, их сближало чувство независимости, так же как и любовь к приключениям.

— «Стингеры» на двенадцать часов, — предупредил Дулитл.

— Мы их потеряем, — ответил Бак. — Незачем тащить их за собой.

— Мы вне пределов видимости, — возразил Дулитл. — Нам ничего не грозит.

— Лучше, если между нами и ними окажется пара спутников.

Бак послал свой корабль вправо, огибая мерцающую сферу спутника связи, и продолжил полет. Дулитл следовал за ним.

— Так оно и есть, — произнес Дулитл.

— Ноги замерзли? — пошутил Бак.

— Да нет. — Хотя Бак и не мог видеть этого, Дулитл покачал головой. — Терять… Мне некого терять. Семьи нет, никто меня не ждет.

— Вот тут ты неправ, — мягко возразил Бак. — У тебя есть семья. У всех нас есть. Семья — это все мы. Потому мы и здесь.

Тишина на другом конце линии была почти болезненной.

— Это большая семья, — продолжал Бак. — Если мы пропадем — человечество будет обречено. На такое, что понадобятся долгие годы, чтобы что-то вернуть. Так что мы должны победить. Других вариантов нет.

— Вариантов нет… — повторил Дулитл. — И сил нет… Обоймы кончились… нет резервов…

— Есть, — сказал Бак.

— У тебя, командир. А я просто иду за тобой. У крыла.

— Что ж, ты — честен, — ответил Бак.

ГЛАВА 5

Восьмерка истребителей НЗО, покинув Базу, устремилась по направлению к Марсу. НЗО смогла отправить в полет меньше половины кораблей — остальные должны были пройти кропотливую проверку, перезарядку и дозаправку, ибо никакой поломки допустить было нельзя.

Когда Бак прошел остаточные слои земной атмосферы, его сенсоры засекли направляющееся к красной планете скопление сил настолько многочисленных, что экран оказался просто не в состоянии все его вместить.

— Ого, — медленно произнес Дулитл.

— Венера, похоже, не собирается играть по мелочам, — ответил Бак. Экран перед ним выглядел очень убедительно.

— А где марсиане? — спросил Дулитл.

— Разведка сообщила, что они расположились с дальней стороны планеты.

Бак изучал узор на экране. Флот располагался перед ним, впереди — двенадцать кораблей Кейна. Как раз между венерианским и еще не известным по численности марсианским флотом. Бак включил канал связи на частоте венерианцев.

— «Пеннант», здесь Роджерс. Готовы помочь. Повторяю, готовы помочь.

— Капитан, это Эл Маракеш, командующий флотом.

В памяти Бака возникло лицо Маракеша. Они как-то встречались на Венере. Лицо Маракеша было не из тех, что забываются.

— Здесь Роджерс, — повторил он.

— Чем располагаете? — спросил венерианин.

— Восемь «Крайтов». У нас осталась примерно половина горючего.

— Недостаточно, — Маракеш говорил, словно рассуждая сам с собой. — Вы не сможете подойти к Кейну, не пересекая нашего пути. Я предполагаю, что мы войдем в контакт с основными силами марсиан сразу после того, как обогнем планету. Наблюдайте за открытым космосом.

— Нет, «Пеннант». У меня другая идея. Марс постарается использовать против нас разницу в количестве. Мы попытаемся немного изменить ситуацию.

— Что вы предлагаете? — спросил Маракеш.

— Небольшой шантаж, — ответил Бак.

— Повторите. — Маракеш был озадачен.

— Не волнуйтесь, командор. Мы не будем путаться под ногами.

— Капитан Роджерс!..

Бак не ответил на оклик венерианца. Вместо этого он повел группу прочь от приближающейся армады, поворачивая к обратной стороне Марса.

Несмотря на интенсивное терраформирование, Красная Планета по-прежнему заслуживала это названия. Она вращалась в пространстве, ее покрытая пятнами облаков сфера была памятником одновременно и изощренной технологии человечества, и упорному сопротивлению природы. Бак вспомнил «марсианские» романы, читанные им в детстве, в далеком двадцатом веке — сказки о приключениях, которые казались их создателям невероятными. То, что сейчас происходило с ним, делало эти сказки сухими, словно курс истории.