Искатель - Дмитрий Кружевский

Пару раз к Киру в гости прилетала мать вместе Лиа, у которой, к радости Кира, вполне налаживались отношения с Антоном. Ирина попыталась наладить и отношения сына, но неожиданно наткнулась на противодействие с его стороны; впервые он попросил не вмешиваться в его дела.

Лаймалин на базе практически не появлялась, хотя, насколько знал Кирилл, Дорнер официально включил ее в состав их отделения. Однако похоже, работы у девушки хватало и без этого. Лишь во время своих визитов в академию ему удавалось повидаться с ней и потренироваться. Этих тренировок Киру не хватало больше всего, к тому же он всерьез увлекся боем на мечах, а Лайм была в этом просто незаменима. Именно после того, как он однажды увидел девушку, вытанцовывающую с мечом в руках, этот стиль увлек и его. Точные и выверенные движения гибкой Лайм со смертельной полосой металла в руках так заворожили его, что он с открытым ртом просидел до конца тренировки, наблюдая за этим причудливым танцем. Это еще больше сблизило их, и Кир стал даже думать, что, возможно, Гера не так уж и неправа, подозревая его. Хотя, с другой стороны, их отношения не заходили дальше дружеских. Лаймалин вела себя подчеркнуто корректно, да и он не горел желанием бросаться в новый любовный водоворот.

Все это пронеслось в голове Кирилла, пока их группа шла по длинному коридору в зал предполетного инструктажа. «Синий четыре» не являлся сигналом высшего приоритета, к которым относились красные и оранжевые; при получении последних весь инструктаж осуществлялся уже во время полета. Синий же означал «подозрительный объект или активность», а четыре – категорию вероятной опасности по десятибалльной шкале.

Большой овальный зал был пуст, поскольку все группы и команды ЦентрСпаса получили задания уже с утра. Поэтому все разместились в первых рядах, в креслах, что располагались полукругом перед гигантским экраном информера. Экран мягко засветился, и на нем появилось изображение каких-то руин.

– Австралия, город Эйкан, точнее, его остатки. Некогда здесь располагалась военная база СТР и небольшой завод по производству боевых дронов. С конца двадцать шестого века использовалась для тренировки подразделений космической пехоты. В конце две тысячи шестьсот четвертого года база была ликвидирована, а еще лет через пятьдесят город был практически заброшен. На данный момент ближайшее человеческое жилье находится в десяти километрах от этих руин. Это небольшой поселок на сто жителей, которые занимаются фермерским хозяйством и обслуживают небольшой завод по производству частей для киборгов.

Голос замолк, а затем картинка чуть сместилась, и на экране появилась молодая женщина в темно-синей форме ЦентрСпаса. Она внимательно оглядела сидевших и продолжила:

– Жители данного поселка прислали сообщение об обнаружении полуразрушенного ангара, где находятся около десятка дронов класса «Кризис». Вопросы?

Андрей поднял руку:

– Почему они сами не ликвидируют их? Ведь наверняка там одна ржавчина и осталась, времени-то сколько уже прошло.

Женщина на экране пожала плечами:

– По сообщению, дроны в неплохом состоянии, к тому же в поселке нет подходящей техники. Ангар обнаружили во время поиска местных мальчишек, которые лазили по развалинам и провалились в какую-то дыру. Ребят спасли, а те рассказали о непонятных машинах. В дыру был запущен мини-робот, вот кадры.

Сейпер несся на юг, далеко внизу под днищем машины проплывала синяя гладь Тихого океана. В конце концов, задание оказалось ерундовым, правда, пришлось повозиться с разбором обрушенных зданий, которые за прошедшие века превратились практически в горный монолит. В результате удалось извлечь невредимыми целых пять дронов. Подобных машин в академии не было, и, если судить по беглому осмотру, аппараты вполне можно было оживить, а значит, они могли еще пригодиться для чего-нибудь. На обратном пути Кир предложил завернуть на место его «ссылки», и друзья не стали возражать, тем более что их команде уже давно полагалось несколько дней отдыха, а на островах было полно неплохих мест для оного. Андрей только связался с базой и, доложив о проделанной работе, сообщил об их решении. Начальство не возражало.

Вечер удался на славу. Сперва Кир несколько опасался, как отреагирует отец Олы на такую толпу гостей, и даже договорился с Эндрю, что они переночуют на базе. Но Майро с Еленой сразу отмели такое предложение, сказав, что дом большой и места всем хватит. В результате их встреча вылилась в небольшую пирушку.

Олы не было, она с классом еще утром отправилась на экскурсию по островам и должна была появиться только к завтрашнему обеду. Елена вздыхала, говоря, что дочка расстроится, ибо так ждала встречи с Киром, а тому завтра уже улетать. На что Андрей ответил, что улететь они могут и послезавтра, так как им дали двое суток отгулов. Где-то к часу ночи погода стала портиться, и уже к двум часам разразился настоящий шторм, заставивший управляющий компьютер включить защитное поле дома на полную мощность, сделав его практически видимым. В результате дом оказался заключенным в этакий мутный водяной кокон, за стенками которого бушевала стихия. Часам к трем все угомонились. Лишь Кир не мог уснуть, сидя на своей любимой террасе и смотря на бушующую за стенками силового кокона стихию. Он задремал в кресле, а когда открыл глаза, обнаружил сидящую рядом Геру. Та с нежностью смотрела на него и, увидев, что Кир открыл глаза, молча протянула руку, увлекая за собой.

Утро выдалось каким-то серым и унылым. За стеклом проносились низкие тяжелые облака, растрепанные пальмы гнулись под порывами ветра. Кирилл, открыв глаза, несколько секунд недоуменно смотрел на пустое место рядом с собой, затем тяжело вздохнул. Дверь открылась, и на пороге появился Майро.

– Кир, случилась беда…

Макото Юко закрыл папку и, откинувшись на спинку кресла, прикрыл глаза. Если судить по только что прочитанным документам, доставленным курьером, его прогнозы, похоже, начали сбываться, причем самые пессимистические. Он бросил взгляд на старинные механические часы, висевшие на стене напротив стола. Император должен был уже освободиться, а значит, скоро идти с докладом и молиться богам, чтобы тот принял правильное решение. Юко уже почти полвека служил личным секретарем Императора, и если Мацуто называли «цепным драконом», то его вполне можно было назвать «тенью Императора». Так что, пожалуй, только он один знал, насколько сдал за последние годы владыка Империи. А еще это навязчивое желание дать практическое бессмертие и нечеловеческую силу своим потомкам, дабы они стали подобны богам. Макото покачал головой. Империя прогнила насквозь. Кланы готовы были вцепиться в горло друг другу при малейшем ослаблении центральной власти. К тому же многие из них были недовольны политикой, проводимой Империей, считая ее слишком закрытой. Помимо этого, многие планеты Империи стремительно скатывались в пучину практически рабовладельческого строя. На таких мирах царило полное подчинение клану, простым людям отводилась незавидная роль рабочих животных. И это в государстве, которое кичилось своими достижениями в кибернизации и производстве различных роботизированных систем. Киборги, андроиды, роботы, киберноиды (кибернизированные люди) – все это было уделом центральных миров Великой Империи Солнц. На окраине же творилось такое, о чем Макото даже думать не хотел. Неудивительно, что среди различных слоев населения стало зреть недовольство. Только за последний год вспыхнуло пять восстаний, правда, жестоко подавленных силами самих кланов. В Империи существовало пять могущественных кланов, подмявших под себя остальные и диктовавших им свои условия. Этим кланам принадлежали все крупнейшие корпорации и целые звездные системы. Общая численность армии этих кланов практически равнялась численности вооруженных сил Империи, которые подчинялись непосредственно Императору. Правда, всем кланам без исключения было запрещено иметь собственный военный флот. Хотя были попытки обойти этот закон, однако в таких случаях Император был безжалостен, обрушивая на нарушителей всю мощь своей армии. Юко усмехнулся, вспомнив слова владыки, обращенные к главам кланов: «На земле вы хозяева, но я бог, и небеса принадлежат только мне, а кто это забудет, исчезнет по слову бога».