Бессмертные (СИ) - Скельтонс Ева

Троица вместе со старшим де-Лайсе пошла за ним. Царило молчание, так что слышно было шаги других пограничников неподалёку.

Никто не проронил ни слова даже когда они вошли в пустынный зал, прошли по лестнице наверх и оказались на втором этаже. Лишь у двери кабинета главнокомандующего Тайлер подала голос.

— Я думаю, нам с Микки и Адамом стоит подождать тебя тут, Даниель.

— Да, мы, пожалуй… — начал было Кэтлер, но Даниель его поспешно перебил.

— Адам, пойдём с нами. Поможешь мне найти некоторые документы, — сказал он.

Ничего не оставалось. Адам прошёл вслед за Даниелем и Джереми в кабинет, а Микки с Тайлер остались ждать снаружи.

— Вам известно о том, что послужило причиной расформирования двадцать первого пограничного отряда? — Всё ещё совершенно спокойно спросил Джереми. Он остановился у рабочего стола и так же, как и Даниель, избегал смотреть на брата. Последний же, в свою очередь, стал копаться в документах, лежащих на полочках.

— Да, мне сообщили, — мрачно ответил Даниель.

— Есть ли у вас какие-либо вопросы касательно этого?

Даниель бросил быстрый взгляд на Адама, что стоял рядом с ним, и тот чуть заметно кивнул. Кареглазый глубоко вздохнул.

— Есть. Нельзя ли… пересмотреть приказ? — Спросил он.

Джереми всё же повернулся и посмотрел на Даниеля. Адам, подхватив упавший листик, украдкой оглядел обоих. Они были очень похожи, хотя Джереми и был выше и шире в плечах.

— Не думаю, что это возможно, — сухо ответил старший де-Лайсе. — Решение управления было принято окончательно.

— Но подписи Тома Бенфеста на приказе нет, — продолжил отстаивать своё Даниель. Он повернулся и встретился взглядом с Джереми. — Как и моей. Там должна прежде всего стоять подпись командира, давшего согласие на роспуск отряда.

— Но вы ещё не командир, мистер де-Лайсе, — голос Джереми оставался спокоен, хотя в глазах уже появились гневные искры. — К слову, вам и не суждено им стать. Столь высокая должность предполагает подобающую компетенцию…

— Думаешь, что я не заслуживаю стать командиром? Ну, так и скажи напрямую, Джереми, — повысил голос Даниель. Адам заметил, как дрогнули губы старшего, и он понял — встреча принимает не очень хороший оборот.

Джереми усмехнулся.

— Не заслуживаешь, — протянул он. — И сказать, почему? Причина проста — ты никогда дальше своего носа не видел. Тебе нельзя доверять управление целым отрядом, Даниель, потому что война — это серьёзно. А ты никогда не умел относиться серьёзно хоть к чему-то. В тебе нет ни капли собранности и ответственности.

— Ты говоришь словами отца, — с негодованием произнёс Даниель, сжимая кулаки. — Что, от себя ничего не придумал?

— Откуда же ты набрался этой смелости? — Прищурился Джереми, внезапно понизив голос. — Помнится, раньше, когда отец указывал на твои недостатки, ты молча соглашался. Это было вполне в твоём стиле — давать собой управлять тем, кто знает, что делает.

— Это было в прошлом. У меня есть новый дом, где мне не кидают мои недостатки мне в лицо, а верят в меня, — со злостью в голосе выпалил Даниель. — И я не позволю тебе отобрать у меня его.

Кабинет погрузился в тишину. Адам так и стоял, держа в руке листок, и оба де-Лайсе будто забыли о его присутствии. Глядя друг на друга, они выглядели точно два разъярённых пса, что вот-вот бросятся друг на друга. Никогда прежде Адам не видел Даниеля в таком гневе.

— Даниель, — неуверенно произнёс Кэтлер, глянув на листок, что держал в руках. — Я… я нашёл, что ты искал.

Он протянул лист Даниелю и тот, бегло оглядев его, вновь поднял глаза на Джереми. Тот, как ни странно, уже успел приобрести абсолютно спокойный вид.

— Командир Уоллер написал это генералу Бенфесту, но не успел отправить. — Бросил Даниель, положив лист на стол перед Джереми. Тот взял его в руки и внимательно прочёл. Глаза его потемнели.

— «Я, главнокомандущий двадцать первым пограничным отрядом воздушных истребителей, Люк Уоллер, официально заявляю, что мой пост после отставки должен быть передан моему действующему напарнику, Даниелю де-Лайсе», — с ледяным спокойствием прочёл Джереми. Метнув на Даниеля полный презрения взгляд, он медленно опустил лист обратно на стол.

— Там есть его подпись, так что генерал не сможет это проигнорировать, — сказал Даниель. — Люк собирался уходить в отставку в ближайшее время. Но посчитав, что из-за моего малого срока службы в роли его напарника возникнут проблемы, он написал это заявление лично генералу Бенфесту.

Адам почувствовал прилив гордости за Даниеля. Он смог отстоять свои права на управление отрядом. Значит, сможет так же твёрдо вести за собой солдат. А судя по виду Джереми, он был далеко не рад найденной находке. Однако, не произнося ни слова, старший де-Лайсе достал из сумки папку с документами и стал что-то в ней искать.

Пока Даниель, явно довольный собой, ставил подписи на бумагах, что подтверждали его должность командира, Адам отошёл к окну и наблюдал. За всё это время Джереми ни разу не посмотрел на него, и Кэтлер не знал, помнит ли он вообще, что они уже когда-то пересекались.

— Раз уж теперь я командир, то я с полной уверенностью отказываю в расформировании моего отряда, — твёрдо произнёс Даниель. Он протянул подписанные бумаги вместе с заявлением Люка Джереми, и тот рывком забрал их. — Сегодня из академий будут распределены новые солдаты, и в наших рядах так же будет пополнение. Так что у вас больше нет никаких оснований требовать нашего расформирования. На этом точка.

У Джереми был такой вид, будто ему только что плюнули в лицо. Он смерил младшего брата гневным взглядом и, развернувшись, пошёл к выходу.

— Надеюсь, больше судьба не заставит нас пересечься, — холодно заметил Джереми у самой двери, явно желая, чтобы последнее слово осталось за ним. После чего, не дав брату ничего ответить, вышел из кабинета.

Вместо него внутрь зашли Микки и Тайлер.

— Ну, и как прошло? — С явным любопытством спросил Микки.

— Это и впрямь был брат Даниеля? — Нахмурилась Тайлер. Она тоже помнила их встречу Джереми.

Но Микки, никогда раньше его не видевший, ничего не понял. Пока он переводил взгляд с Даниеля на Тай, Адам подошёл к кареглазому и коснулся его плеча.

— Пускай Джереми говорит, что хочет. Он совершенно не знает настоящего тебя, поэтому пускай злиться, сколько угодно. — Произнёс он. Даниель закрыл лицо руками.

— Он всегда упрекал меня в бездарности и называл слабаком…

— Ты изменился, и очень сильно, Дэн. Скажи, разве слабак смог бы пережить падение двух истребителей и управлять «Штормом»? — Сказал Адам. Даниель взглянул на него, и увидев ободряющую улыбку товарища, тоже улыбнулся.

— А ещё ты упускаешь крайне важную деталь, — добавила Тайлер. Скрестив руки на груди, она произнесла: — Теперь ты официальный командир этого отряда. И даже Джереми не смог у тебя этого отнять.

Даниель со счастливой улыбкой оглядел их троих. Он ничего не мог сказать — слова путались в голове. Но они были и не нужны. Всё плохое осталось позади, а впереди, помимо новых трудностей и забот, ждали лишь новые горизонты. Это была новая эра для воздушных истребителей, и начало новой жизни для Даниеля.

Глава 28. Белый лебедь

— Вы только поглядите на них! Подняли общий налог! И ради чего? Армия и так хорошо спонсируется, а они ещё с нас просят!

— Но ведь сейчас весь бюджет уходит на спецподразделения в городах… ты же знаешь, тут и там бушуют протесты и восстания!

— Ох, точно. Управление расслабило хватку, и люди как с ума сошли! Слишком много свободы, вот что я скажу.

— А войну то мы ведь ещё не победили…

Тут и там слышны были разговоры. Никому из населения городов республики Силфай не давали покоя вспыхивающие повсюду протесты. А против чего выступали протестующие? Да чёрт их разберёт. Вайлеру было совершенно плевать на это.

Блондин неторопливо шёл по улице, держа в руках почти пустой стаканчик с кофе, и что-то выглядывал среди многочисленных вывесок магазинов. Его двухцветные волосы были частично собраны в хвост, но большая часть прядей оставалась распущена. Вместо привычной военной формы на нём была самая обыкновенная лёгкая пайта и тёмные джинсы.