Эль. Начало - Агма Хана

Агма Хана

Эль. Начало

Начальные иллюстрации

Глава первая. Знакомство

Солнце пробивается, своими весенними лучами, сквозь закрытые глаза, заставляя меня проснуться. Проспал достаточно долго, солнце уже успело сместиться и ветки вишни, в тени которых я уснул, больше не защищали меня от него.

— Ты мог ещё немного поспать, они не закончили ещё, — заметив мои движения, сказал парень, сидящий возле меня, и наблюдал за тем, что происходит на тракте.

— Не удивительно, — фыркнул я, садясь и принимая флягу с водой.

Жадно отпив несколько глотков, я вернул её обратно парню. Фирма, так его зовут, слишком худощав, чтобы быть охранником. Из-за чего, даже пошитые на заказ, такие же, как у меня кожаные доспехи, смотрелись на нём так, словно они ему большие.

— Как там успехи? — потягиваясь, онемевшим от сна в неудобной позе телом, спросил я от скуки.

— Нет там успехов. У телеги сломалась ось. Не починить. Все телеги были перегружены и добро из одной, в две оставшиеся, не поместится, так что сейчас, весь груз с неё рассовывают по заплечным мешкам. Остаток пути, носильщики понесут груз на себе.

— Вот Мирук! Вот болван! Еще в городе сказали ему, что нужна ещё одна телега, на трёх не довезём! Он же в ответ: «Нет у меня времени искать четвёртую телегу! Грузите так! Доедем! Не в первой!».

— Доехали…

Кивая в знак согласия со мной головой, на тонкой шее, покрытой шрамами, Фирма добавил:

— Носильщики злые ходят, недовольные, бросают косые взгляды на охранников, чтобы мы тоже понесли часть груза.

— Да хрен им не мытый! Нам за это не платят. Расслабились, они как на тракт вышли. В этом месте безопасная зона сужается и твари очень часто выходят на тракт. То, что на нас ещё не напали — большая удача!

— Согласен с тобой. Не один час на месте стоим. Внимание привлекаем и никого — развёл он руками в стороны, то ли от сожаления, то ли от скуки.

— Эй, вы там! Хватит отдыхать, выдвигаемся! — голос, которым нас позвал Мирук, был совсем не дружелюбным. Он звучал как армейский приказ, который не оспаривается и выполняется точно в срок.

За те несколько месяцев, что я работаю на него, я точно понял, что, когда он так начинает говорить, он понимает, что ошибся, но вслух этого никогда не признает.

— Пойдём, — Фирма поднялся, отряхивая свой зад и то же разминая затёкшее тело.

— Пойдём, — с неохотой согласился я, вставая вслед за ним, не забыв взять короткое копьё, что лежало возле меня.

Мы начали спускаться с небольшого холма, на вершине которого, в тени вишни, мы сидели. Вид, с того холма, был не очень. Тракт в этом месте поворачивает из-за холмистой местности и большого количества деревьев, ничего толком рассмотреть, нет возможности. Единственное, что было хорошо видно, так это телегу, лежащую на краю тракта, без одного колеса и без лошади. Ещё две, запряжённые очень худыми и старыми клячами. Мирука, сидевшего на такой же, пересевшего на ту, что распрягли из сломанной и шесть носильщиков. На них было жалко смотреть. У каждого за спиной был огромный мешок с лямками, по размерам, превышающих их в раза два, а то и в три.

— Как они на ногах то стоят? Им ещё до города идти, как минимум день, а то и два, — подходя ко всем, специально чуть громче спросил я, чтобы носильщики услышали. Они точно услышали меня, ведь неодобрительные взгляды, которые они в нас бросали, пока мы спускались с холма, теперь стали злыми.

— Да жалко их, но у каждого из нас своя работа, — сделав акцент на последних двух словах, сказал Фирма, специально чуть громче, чем необходимо.

Теперь, взгляды, направленные на него, то же стали злыми. Как только мы подошли, Курим на своей кляче, по виду которой казалось, что её спина сейчас сломается, под весом торговца, объехал всех, проверяя готовность, и всё ли выгрузили из сломанной телеги. Удостоверившись, что все готово он махнул рукой, и мы выдвинулись дальше. Первой пошла одна из телег с лошадью, которая выглядела живее остальных, эта телега задавала темп. За ней Мирук, любитель командовать. После него — носильщики, которые шли, покрываясь семью потами, еле передвигая ноги, при этом, постоянно отпивая из фляг воду. В конце ещё одна телега, которая подгоняла носильщиков, чтобы они шли вместе и не растягивались сильно. Мы же, охранники, идём по бокам, с каждой стороны по три человека.

После двух часов ходьбы в хорошем темпе, Мирук скомандовал привал. Услышав эти слова, носильщики, не снимая мешков, попадали на брусчатку тракта, прям там, где остановились. Содержимое же мешков, при ударе о землю, не издало ни звука. Тут мне стало любопытно: «Что мы охраняем?». За время, что я работаю на Мирука, я не поинтересовался содержимым повозок. Правда хоть он и называл себя торговцем, мы ни разу не привозили груз на рынки и не продавали его. В какой бы город или деревню мы не приходили, всегда сворачивали с главных улиц, в сомнительные места. Там носильщики сгружали привезённый товар и загружали новый. Мирук получал за это деньги, и мы снова отправлялись в путь. Иногда сразу, а иногда спустя пару дней, как он скажет. Похоже на то, как работают контрабандисты. Вот только, сколько проверок мы на контрабанду проходили, ни разу к грузу не было у армейцев вопросов. Да и чтобы Мирук давал мзду, я тоже не замечал.

— Слушай, а что мы охраняем? Я что-то только сейчас задумался, — спросил я, садясь рядом с Фирмой, принимая предложенную им флягу с водой. Быстрый он, идёт позади, меня охраняя телегу, но в тени деревьев оказался раньше меня.

— Не знаю, — обмахивая себя руками, пытаясь спастись от жары, с ленцой в голосе, ответил он — ни кто не знает, ни носильщики, ни охранники, только Мирук.

— Почему такая секретность?

— Нет никакого секрета, только лишь странная голова Мирука. Он говорит так: «Это моего ума дело, что в мешках. Твоя же работа носить/охранять, правда, если сильно хочешь, я могу показать тебе, что в мешках.»

— И что, если сказать, что хочешь, покажет?

— Покажет. Правда, те, кто