Ось земли - Дмитрий Дивеевский

– Едва ли я прощу им 9/11. Я не успокоюсь.

– Понимаешь, борьба с таким мощным заговором – не дело одиночки. Тут очень подходит русская поговорка: один в поле не воин. Давай делать это вместе, но так, как всегда делают разведчики – тихо и незаметно. Думаю, в таком случае у нас будет больше шансов.

– Это так, вместе мы сила. Ты возвращаешься в Москву?

– Да, теперь я некоторое время поживу на Родине. Но наших отношений это не касается, буду прилетать на встречи с тобой куда угодно.

– Хорошо, что на связи останешься именно ты. Мы сработались.

Ты намерен еще долго служить?

– Пока ноги носят.

– Что тебя держит, ты же часто недоволен политикой ваших главных людей?

– Я не им служу, а стране. Хочу, чтобы она поднялась.

– Понял тебя. Прощай. Прощай друг. Береги себя.

Они обнялись на прощанье и расстались до новых встреч. На следующий день Данила уже упаковывал свои чемоданы в Праге. Он даже не подозревал, что в любимом им Дрездене тоскует в пустом доме профессор Зенон, судьба которого мистическим образом завершила очередной виток именно в эти же дни. Потеряв Поцелуева, профессор понял, что и его жизнь исполнила свое предназначение.

Он прожил на земле все что мог, узнал все, что хотел, и в конце концов пришел к простой и ясной мысли: настала пора уходить к той, с которой всегда был неразделим – к своей жене. И к своему сыну, который, конечно же, ждет его вместе с матерью и простил ему его смертный грех. Глядя через окно на заснеженный пейзаж немецкого города, он вспомнил, как умирали русские православные старики. Они всегда чуяли приближение смерти и, готовясь к ней, ложились под образа.

Профессор достал привезенные из России иконы, поставил их на полку, зажег свечи, помолился и лег на диван, погружаясь в воспоминания прошлого. Перед его внутренним взором вереницей проходили картины его жизни с папенькой и маменькой, с женой, с любимыми друзьями. Он мысленно протягивал к ним руки и говорил о своей любви к ним, ко всему, что ему подарил Бог и счастливое чувство исполненности земного пути порождало в его сердце тихую и благодарную песнь Творцу. Потом, когда в окне появилась ночная звезда, разум его стал затуманиваться тем легким старческим сном, который однажды поднимает чистые души в бесконечный и высокий полет.