Накануне (СИ) - Кротов Сергей Владимирович

"Сколько их? Человек сорок… из них восемь молодых женщин… симпатичные. Чертёжницы? Просил же Лавочкина только инженерно-конструкторский состав собрать"…

Обвожу взглядом просторную комнату заставленную кульманами, людей рассевшихся на стульях вокруг меня полукругом, их напряжённые лица, тревожные глаза.

– Товарищи, – спокойно улыбаюсь я, сказывается опыт публичных выступлений накопленный в последнее время. – смутное время закончилось. Больше не будет никаких переездов и переформирований. Здесь будет базироваться ваше КБ. Ему передаются слесарно-механический, деревообделочный, дюралевый и сборочный цеха. На базе наших цехов в скором времени планируется создание опытного авиазавода при котором будет открыто фабрично-заводское училище. Понятное дело, получим новые станки и всё необходимое. Если всё же не будет хватать какого-то оборудования, то организуем производство нужных частей и деталей на соседнем артиллерийском заводе. Семён Алексеевич там работал, всех и всё знает, а оплату заказов обеспечит наш наркомат.

"Голованов дал ещё одну наводку: принято решение о перепрофилировании завода "Дирижаблестрой" в рабочем посёлке Долгопрудный на выпуск самолётов. Скорее всего подтолкнуло к этому недавнее крушение дирижабля В6. Побороться за него надо, тем более что на нём имеется вакуумное и компрессорное оборудование, но это дело не быстрое".

– КБ имеет свой аэродром, небольшой парк самолётов. Для испытания вместе с оружием не подходит, для этого будем использовать аэродром на Софринском полигоне. В общем всё необходимое для работы вашего КБ мы создали или создадим в самом ближайшем будущем, что становится очень важным в свете грядущих событий: на днях НКАП будет объявлен конкурс на истребитель, в котором вы примете участие…

Собравшиеся возбуждённо зашумели.

– … поэтому необходимо как можно скорее завершить переезд и начать работу, тем более что сроки выполнения задания исключительно жёсткие. Вопросы?

– Можно мне? – Тянет руку одна из чертёжниц.

– Представьтесь, пожалуйста.

– Мария Победоносцева, конструктор первой категории… – Поднимается со стула самая "пожилая" девушка, едва ли старше тридцати.

"Вот тебе и чертёжница"…

– … я по поводу транспорта, товарищ Чаганов, – значок "Ворошиловский стрелок" второй степени и золотой – "ГТО" четвёртой ступени на цепочках плавно качнулись на её груди. – у некоторых из нас на дорогу по два часа в один конец уходит: сначала на трамвае, потом пригородными поездами, которые зимой совсем редко ходят. Хорошо бы организовать подвозку для пятнадцати человек, хотя бы в зимнее время с Комсомольской площади.

"Улыбается, ни тени недовольства".

– Не вопрос, – улыбаюсь я в ответ. – будет автобус с завтрашнего утра: необязательно, кстати, с Комсомольской – подумайте сами как лучше ему проложить маршрут, чтобы вам лишних пересадок не делать…

– Через Сокольники… из Лефортово… – послышались голоса.

– … решите позже, – поднимаю руку вверх. – завтра сбор в восемь утра на Комсомольской площади у Октябрьского вокзала, на автобусе будет надпись – радиозавод "Темп". Это пока…. в планах – строительство жилого дома, здесь в посёлке или в Мытищах, общежитие… Как быстро это всё будет претворяться в жизнь зависит от вашей работы… касается всех, включая прикомандированного товарища из Коминтерна, исключая "спецконтингент", который тоже будем привлекать.

Сидящие рядом конструкторы стали ободряюще хлопать ничено не понявшего из моей речи Люссера по плечам.

– Ну вот, товарищ Шварцкопф, – приговаривают они. – а ты переживал, точно будет тебе скоро квартира, Светка ещё не успеет родить как будет!

– Можно вопрос, товарищ Чаганов, – тянет руку другая "чертёжница", чёрненькая. – я – Люда Сибиркина, раньше когда наша бригада "девушковую машину" строила…

"Девушковая… Что за слово за такое? Так у них женская бригада сама спроектировала самолёт"?

– … не слышали разве про двухмоторный моноплан "Комета"? – Уголки губ брюнетки опустились вниз.-… так вот, тогда наше КБ при ЦАГИ числилось на заводе опытных конструкций. Вопрос мой такой, если конкурс будет объявлен, то всем потребуется срочно продувка макетов их самолётов в аэродинамической трубе, теперь у них КБ товарища Чижевского своё, к тому же мы из другого наркомата сейчас, как бы здесь не было задержки.

"Хорошо работает голова у девушек".

– Насколько я понимаю, товарищи, у вас деревянный макет истребителя ИП-2 готов, так? – Лавочкин кивает головой. – То есть можно отдавать его в продувку уже сейчас, пока конкурс ещё не объявлен официально.

Девушки смущённо переглянулись.

– Понимаете, товарищ Чаганов, – встряхнула головой конструктор первой категории. – в трубе обычно продувают уменьшенную деревянную модель. Иногда самолёт целиком, но уже не деревянный. Тот деревянный макет, что вы видели на ЗОКе он уже после продувки строился.

"Блин, лажанулся. Молчи больше и выделяй кислород".

– Ещё один вопрос, – подаёт голос один из самых пожилых конструкторов лет тридцати пяти. – у нас расчётчики разбежались, остался один начальник группы и его заместитель. Меня фамилия Люшин.

"Соавтор Лавочкина по истребителю "ЛЛ" под пушки Курчевского".

– Могу предложить вам взамен, Сергей Николаевич, машинное время вычислительной машины РВМ. Вполне может заменить труд десяти инженеров – расчётчиков. Слышали о такой?

– Слышал, о таком чуде из ленинградского физтеха, но сам не видел.

– Приезжайте к нам на Большую Татарскую, всё покажем, научим программировать.

– Ну мне уж поздно начинать, – проводит рукой по редким седеющим волосам Люшин. – пусть вон лучше наш практикант Наум этим займётся, он – молодой.

– Я с удовольствием, хоть сейчас, – встрепенулся худой высокий парень с пышной чёрной шевелюрой и густыми бровями похожий на Брежнева. – я – Наум Черняков, студент Московского Авиационного Института.

"А я-то всё думаю, откуда мне лицо этого парня знакомо? Вечно "второй"… будущий создатель "сотки" Сухого и "Бури" Лавочкина".

– Сейчас так сейчас… поехали, если, конечно, больше вопросов нет.

– А меня не подвезёте до метро, – пискнула Сибиркина. – и меня, и меня…

– Не вопрос, у меня в авто четыре места свободных… Если больше вопросов нет, то дайте мне коротко с вашим начальством преговорить и – в путь.

– Спасибо вам, Алексей Сергеевич, – Лавочкин закрывает за нами дверь своего кабинета. – прямо камень с души… у нас ведь большинство работников из Москвы, приходится им под расписание пригородных поездов подстраиваться… на работе не задержаться.

– Обращайтесь, помогу – чем смогу. Так что, Семён Алексеевич, сможем мы бросить вызов "королю истребителей" со своим ИП-2?

– Постараемся. – Лавочкин усаживает меня в единственное мягкое кресло. – Я переговорил уже по этому поводу с Дмитрием Павловичем…

– Когда это вы успели? Я о конкурсе узнал только два часа назад.

– Наш круг очень тесный, – улыбается он. – слухи распространяются быстро… Сошлись мы с товарищем Григоровичем, что самолёт потребует значительной переделки и потому потребуется новая продувка… Мы уже наметили измения крыла, упростится его форма, шасси будут складываться по направлению к фюзеляжу, из пулемётов останутся только два синхронных ШКАСа и мотор-пушка ШВАК. Понятное дело изменится система охлаждения двигателя…

"Вон оно как, а я-то спешил…. выступление ансамбля ложечников Московского военного округа пропустил"…

– Товарищ майор госбезопасности, – виновато вздыхает сержант. – может вы вперёд на моё место сядете, а я уж с ними?

Семеро тоненьких "чертёжниц" и ненамного более "толстый" Черняков выстроились в ряд у моего лимузина.