Дорога миров - Владимир Поляков

Компания собралась, как говорится, небольшая, зато крайне приличная и значимая. Сам патриарх семейства, его дети числом четверо — я, Лукреция, Изабелла да Джоффре, толку с коего было немного, но всё ж — Бьянка с Мигелем, ради такого случая оставившего дела сербские, да сумевший всеми правдами и неправдами пролезть в этот узкий круг Хуан Борджиа Льянсоль де Романи. Чисто в теории могли бы присутствовать Ваноцца с Хуаной по праву крови и полного к ним доверия, однако… Они сами не особенно то желали участвовать в подобных сборищах, предпочитая узнавать нужное — и в не самом подробном изложении — от кого-то из нас.

— Начнём, наверное, — обведя взглядом всех собравшихся — кого за столом, кого стоящего у стены, как Мигель, или у открытого окна, как предпочла Бьянка — произнесла первые касающиеся сути сегодняшнего собрания слова Лукреция. — Мы снова на войне, причём и враг смутен и сроки начала действительно серьёзных сражений неизвестны.

— Годы. Долгие, — не преминул отметить важный факт Мигель. — Если с избрания Его Святейшества на конклаве прошла всего дюжина лет, а столько всего изменилось… Даже если минет всего десять до появления этих новых и опасных врагов — мы многое успеем.

— Нужно успеть не много, а достаточно, чтобы не уподобиться крысам, бегущим с обречённого потонуть корабля, — привычно для себя выдала очередную порцию яда Белль, с некоторых пор вообще переставшая ограничивать свою истинную суть. Дескать, развитие завершилось, теперь я совсем новая и вообще, посмотрите на Чезаре. если кто не верит в возможность таких вот изменений. — Развитие наук, войска, культуры, продолжение изменения мыслей у не большинства, но действительно важных в империи людей. И поиск новых сил и их источников. Все же понимают, о чём я сейчас.

— Артефакты. Обучение их использованию, а там, если удастся, и способность обходиться без подобного рода костылей.

Тут уж и я вступил в начавшееся обсуждение, благо момент выдался чрезвычайно подходящий. Как ни крути, а тут присутствующие не просто убедились в возможности и действенности использования уже имеющихся у рода Борджиа артефактов, но и почувствовали изменения самих себя в процессе использования оных.

— Ищем, — процедил Льянсоль де Романи. — Полученное тобой, Чезаре, при контакте с Черным камнем, нанесли на карту. Много всего, очень. Мифы и легенды скандинавов, бывшей Киевской Руси, земель французских, испанских и иных европейских, их проверить легче. Сложнее с Новым Светом, Востоком, иными далёкими землями, о которых мы едва-едва знаем.

— Сложно, но искать надо. Настойчиво, упорно, покупая сначала сведения, а потом и сами нужные нам артефакты. Золотом или сталью, смотря какая плата окажется для нас более выгодной.

— Да, сын, — всё ещё с заметным трудом произнося слова так, чтобы они выходили без искажений, подтвердил Родриго Борджиа. — Если Господь не даёт помощи нам, возносивших ему молитвы долгими годами… Что ж, пришло время посмотреть на мир иными глазами. Нельзя отрицать чудеса, даруемые доставшимися нам артефактами. Идущее на благо Борджиа не может быть объявлено проклятым или греховным.

— Ведь что хорошо для Борджиа, хорошо и для империи… даже для всего мира, — хитро так протянула Бьянка, только и ждущая возможности лично поучаствовать в чём-либо авантюрном. — А теперь, после уже третьего для нас Крестового похода, авторитет никто не оспорит.

Что да, то да. Пускай мы и покинули Мекку, но остались как в Джидде, так и ещё в целом ряде прибрежных крепостей, тем самым окончательно контролируя Красное море как собственными силами, так и с помощью союзников, которым тоже достались не самые скромные куски очередного пирога. Плюс заключённый с мамлюкским султаном Аль-Ашрафом Кансух аль-Гаури негласный, но договор. Какой? По сути о возврате ему Мекки в обмен на то, что там будет расположено не то чтобы посольство, а скрытый наблюдательный пост из числа тамплиеров. Цель последнего? Единственная, но крайне важная — наблюдение за поведением Чёрного камня.

Не согласиться тот не мог, поскольку альтернативой была бы полная оккупация столь значимого для всего магометанского мира места и, что логично, падение его личного влияния. А так… Да, очередной проигрыш в войне. Однако Мекку то ему как бы удалось за собой удержать, пускай и ценой потери куска прибрежных земель. Типа Защитник Веры, изо всех сил превозмогая, таки да защитил важнейшую святыню! Ну-ну, пускай пудрит мозги своим подданным и не только им. Нас пока устраивал и такой вот вариант. Факт оставления Чёрного камня на исконном его месте? Объяснялся просто и банально — дескать, больше он угроз не представляет, а перемещать его как трофей — не стоит по целому ряду причин,. Часть из оных была озвучена для широких народных масс, часть же осталась либо для верхушки крестоносцев, либо и вовсе для очень узкого круга посвящённых. Что до покинутой Мекки, так подготовленная совместными усилиями речь об итогах состоявшегося Крестового похода объясняла это со всей возможной убедительностью. Дескать, нам чужие святыни не нужны, а показательная порка и без того была организована. Это если совсем кратко и примитивно выражаясь.

Собственно же султан и его племянничек? Они всё равно помрут, просто не вот оче-очень скоро. а просто скоро. И не во время штурма их укрывищ, а тихо и неожиданно: от яда в кубке или еде либо от тихо свистнувшего в ночи либо ясным днём арбалетного болта. Ну и ещё способы имелись, самые разные. Совершённое ими не прощалось. Никак. Никогда.

Обсуждение временно свернуло в сторону более обыденных дел. Те самые результаты Крестового похода, политическая обстановка в Европе и не только, отношения с союзниками, нейтралами и затаившимися недоброжелателями. Всё это было нужно, важно, однако…

— С делами обычными мы разберёмся, как и всегда, — без тени сомнения вымолвила Лукреция. — Империя будет становиться ещё сильнее, войска умелее, науки двигаться вперёд, всё убыстряясь. Только главная угроза, она вне этого мира. Охотники, Экзекуторы, стоящие над ними Держатели. Дорога Миров, которая связывает привычный и единственный ведомый нам мир и нечто иное, о чём можем только догадываться или опираться на очень обрывочные сведения.

— Мы понимаем, дочь. Поиск артефактов, их изучение. Обучение использованию их и не только. Это уже не раз обговорили. Что ты предлагаешь, кроме известного?

—