Константинополь-Босфорский - Алексей Николаевич Осадчий

пока ещё не сдавались, их отход на новые «заранее подготовленные позиции», разумеется исключительно для «выпрямления линии фронта» проходил чётко и согласованно, но уже ясно было; «недолго германцу лютовать осталось»…

Союзники меж тем потребовали от Руси Царьградской и Российской Республики усилить нажим на неприятеля, не отсиживаться пассивно в окопах, пока другие за них кровь проливают, что позволило деятельному Нехлюдову, заручившись поддержкой глав союзных миссий, выгрести с фронтовых складов изрядное количество снаряжения и боеприпасов. Одних только новёхоньких трёхдюймовок генерал-майор забрал 214 штук, якобы для десантной операции, равно как и три десятка шестидюймовых гаубиц. О винтовках и пулемётах разговор вообще не шёл — части желающие наступать, а не в окопах дожидаться победы, вшей давя, всё получали по первому требованию. Ясен пень, Нехлюдов пользовался благоволением комфронта Путинцева и брал снаряды, амуницию, орудия-пулемёты-винтовки с запасом, держа в уме вооружение добровольческих батальонов, сформированных для боевых действий в составе «Украинского корпуса». Чёрт и тут «добробаты», никуда без них в любой реальности…

Выход из войны Османской империи и вслед за ней Болгарии подкосил Союз Центральных держав, окрылил страны Сердечного Согласия. Победоносное завершение Великой Войны в Париже, Лондоне, Вашингтоне и Петрограде ожидали в июне-июле. Я же ждал появления «испанки». Хотя, в этом варианте запросто болезнь станут называть «австрийским гриппом», или «французским гриппом», мало ли…

Если пандемия начнётся, в Константинополе непременно пройдут волнения на религиозной почве, дескать стоило свергнуть султана и воцариться неверным, осквернить мечеть Айя-София, как по велению свыше случился мор и на род людской обрушились кары небесные. Под эту сурдинку ой как легко раскрутить беспорядки и погромы, которые весьма слабый гарнизон города вряд ли предотвратит. И хотя военным комендантом Царьграда назначен вице-адмирал Тихонов Вениамин Владимирович, мужчина крутой и решительный, перестрелять десятки тысяч фанатиков и мародёров ему не удастся. И что делать с послезнанием? Отбивать срочную шифровку его величеству Константину Второму? Так мол и так, Государь, заполучил сведения чрезвычайной важности. А от кого? От профессора медицины, подавившегося вишнёвой косточкой и на последнем издыхании поведавшего контр-адмиралу Колчаку страшную тайну?

Пока терзался и мучился Генерал Нехлюдов провёл блистательную операцию по высадке 15 тысяч бойцов в Бургасе. Тут хотелось бы отметить чёткую работу партии траления, обеспечившую беспрепятственный проход к пирсу пароходов с солдатами, боеприпасами и прочим снаряжением. Немцы пытались устроить минное заграждение, весьма куцее, из того что было, но ни хрена у дойчей не получилось, и все семь мин благополучно выловили наши тральцы, тем более дружественные братУшки указали где коварные тевтоны «спрятали» смертушку подводную. Против двенадцатидюймовых аргументов «Потёмкина» и «Трёх Святителей» немецкой пехоте противопоставить было нечего, они и не стали изображать Дон Кихотов, ушли из Бургаса за полтора десятка вёрст, позволив провести высадку в идеальнейших условиях. Конечно, всё равно случился бардак вселенский, как у славян заведено-заповедано, даже утопили одну гаубицу, а два разгильдяя искупались в прохладной январской черноморской водице. Но через 8 часов после начала высадки генерал-майор Нехлюдов с двумя батальонами разведчиков, настиг и после короткой перестрелки взял в плен обоз и полторы сотни немецких солдатиков, выглядевших не так браво как на агитационных плакатах. Молодые и здоровые держали фронт против французов и англичан, гнали русских из Прибалтики и Польши, а старичьё несло службу в дальних гарнизонах, у союзников-болгар.

Противник ждал наступления от Бургаса на Габрово и Софию, потому победный марш Второй бригады Украинского корпуса к Эдирне, где десант торжественно и помпезно побратался с нашим Четвёртым пехотным батальоном, ошарашил и огорошил очень и очень многих. Греки, не особо и скрывавшие, что намерены оттяпать у Руси Царьградской значительную часть территории, бомбардировали Гучкова паническими телеграммами и затребовали международный арбитраж. Во время мировой войны, ага, ждите…

То, что герой войны, легенда среди «окопников» генерал Нехлюдов пользуясь случаем займётся созданием подконтрольных ему лично вооружённых формирований, абсолютно не беспокоило Ставку, зато перемещение боевых кораблей Черноморского флота из далёкого Петербурга отслеживали архивнимательно.

— Только подумайте, Виктор Васильевич, — возмущался Семёнов, — «Жаркий» объявился в Одессе, принял на борт лейтенанта Полетаева, добрал воды и ушёл обратно к Варне. Так умники из-под шпица шифровками затюкали. Хотят знать, чем обусловлен переход миноносца!

— Вам грех жаловаться, Владимир Иванович, что там отчётность, мелочи. После вызывающей телеграммы-отповеди самому Гучкову и остаться на посту.

— По правде говоря, захотел в отставку вылететь, чтоб не наблюдать разложение в экипажах и присутствовать на многочасовых собраниях-говорильнях матросских комитетов. Ведь ни черта не решается на таких сборищах, мало нам дезертирства и некомплекта, считай собственную флотскую Думу учредили с ораторами и буфетом.

— Балтийцы же как-то справляются.

— Ай, не слушайте оптимистов из Маркизовой лужи, у Канина точь такая же петрушка, но там выручает близость Питера с учебными заведениями. Гардемарины старших курсов и прапорщики по адмиралтейству жаждут морской романтики и идут младшими специалистами на крейсера и бригаду дредноутов с превеликим удовольствием. Но братцы-матросики и на Балтике бегут при первой возможности. Не все, разумеется, костяк в экипажах есть. Ну так и у нас половинной командой хоть сейчас выйдем в море…

Март 1918 года оказался богат на события. Румыны, обрадовавшись «наезду» на болгар корпуса Нехлюдова и прибытию в Бухарест первой дивизии Чехословацкого корпуса, решились атаковать венгерские части, засевшие в обороне. Формирующаяся национальная армия без пяти минут независимой Венгрии, врезала обнаглевшим мамалыжникам так, что те обратились за помощью к России. Генерал Рузской, которому после каталажки никакого поста в отличие от «подельника» по заговору, Путинцева, не предложили, подвизался в «Ведомостях», едко и желчно критикуя дела армейские. Фраза Рузского: «А что вы хотели, гуляш всегда победит мамалыгу», стала крылатой менее чем за сутки…

Кстати, чехословаки начинать боевые действия не спешили, напротив разделение сил корпуса произошло из-за разногласий по возвращению домой. Одни хотели напрямки, через Карпаты проскочить, короткой дорогой, те остались на Юго-Западном фронте, другие же предпочли не связываться с Гонведом и пройти Румынией, Сербией, Хорватией и собственно самой Австрией, только не цепляться с вооружёнными силами Венгерского королевства. Хотя, амбициям Будапешта сбыться уже не суждено, Транслейтании не будет — хорваты и словенцы грезят о независимости и не позволят верховодить ни венграм, ни сербам. Белград, понимая, что планы по созданию Великой Сербии придётся существенно урезать, не стал выёживаться и постарался утвердиться в Косово, прихватить Македонии побольше, благо Болгария — по ту сторону фронта, на стороне сил зла. Но с греками у сербов тёрки уже начались, что велено отслеживать с особым тщанием и немедленно докладывать в Константинополь.

А с венграми шла уже Большая Игра, неуступчивых