Звонок из Мемфиса - Андрей Михайлович Коротаев

Неожиданно, без предупреждения, в шале появился Чума. Богли, услышав доклад дворецкого, обрадовался:

– Зови скорее. Приготовь нам что-нибудь на стол.

С час хакер ждал в столовой, пока Эстом, соблюдая предосторожности, мылся, брился, приводил себя в порядок, смывая с лица ночной кошмар. Когда же Богли спустился в гостиную, Чума доедал поданную ему кашу и выглядел недовольным.

– Что приехал? С хорошей новостью? – сразу начал разговор Эстом.

– Во‐первых, доброе утро, – проворчал хакер.

– Доброе, доброе, если доброе. Говори, не томи, – присаживаясь рядом, подвигая к себе плошку с кашей, торопил Эстом.

– Во‐вторых, если у прокураторов есть твой код, но ты еще при должности, значит, неприятности не начались. Это хорошая новость.

– Да, похоже на то. И?

– Значит, есть время со всем разобраться.

– Логично.

– Мой клиент просит тебя еще об одной услуге.

– Меня? Твой клиент? Ты шутишь.

Богли вспомнил все причины соглашения с Заказчиком.

– Я дал тебе имя наглюка в обмен на решение моей проблемы с прокуратурой.

– Я только посредник, условия ставит Заказчик. В общем, если ты заинтересован, чтобы…

– Черт возьми, конечно, заинтересован. Не тяни кота за хвост.

– Тогда поговори с самим Заказчиком, так сказать, без посредника.

Чума положил планшет на стол, постучал пальцем по экрану. На нем возникла ангельская головка курчавого подростка.

– Старший специалист Амадей Моцарт. Слушаю вас.

– Передай Заказчику: я готов.

– Подождите.

Старший специалист исчез, и, разрывая голубое пространство планшета, из его центра возникла черная дыра, увиденная Эстомом накануне. Из устройства раздался голос:

– Привет, Эстом!

– Добрый день! Вы кто?

– Я Заказчик. У вас была ко мне просьба относительно прокураторов…

Богли вздрогнул. Чума поспешно вышел на балкон.

– Да.

– Я показал вам свои возможности, но, оказывается, на вас висит преступление.

– Не совсем понимаю.

– Видео, которое скрывается за кодом.

– Теперь понимаю.

– Выполните мои условия, и я решу все ваши вопросы. Скройте одного человека – Николая Георгиевича Кошку. Он представляет для меня исключительный интерес. Исключительный!

– Скрыть – это убить? – испугался Богли.

– Помилуйте, никаких убийств. Уже легче?

– Да, значительно. Я, знаете ли, не киллер.

– Ха-ха-ха, – засмеялась дыра, тут же сменив тон. – Но перейдем к делу.

– Вы хотите похитить наглюка? Вы агент Империи Любви?

– Если вам будет легче, я – Зло, и я – Добро. С какой стороны посмотреть.

Богли показалось, что с ним разговаривает змий-искуситель. Он пугал своим голосом. Эстому захотелось спрятаться. Из одной игры его тянули в другую. В обоих исход не был очевиден.

– Кошка – очень важный наглюк, – говорил змий. – Вы меня понимаете?

– Нет, – на всякий случай сказал Богли.

– Ничего, поймете. Так вот, Кошку будут искать. Но вы скроете его так, чтобы он не сбежал и его не нашли. Ясно?

– Теперь понял. Но какое отношение к этому имею я? – икнул Эстом.

– Прямое. Кошка работает в группе «Кольцо» с Кондратьевым. Вы же курируете «Кольцо»?

– Как вам сказать… – не определился с ответом вице-премьер по науке.

– Курируете. Войдите в курс дела. Время у вас есть. Далее я скажу, что делать с Кошкой.

– Значит ли это, что мое дело у прокураторов исчезнет, когда я исполню ваше поручение?

– Да. Не только это дело, но и прошлое.

– Каковы гарантии?

– Никаких, но и других вариантов у вас нет.

– Я совершу звонок?

– Пожалуйста. Как вам угодно, – ответила дыра.

Обдумав ситуацию, Богли взял смартфон и набрал Гогу.

– Алло! – раздался в трубке хорошо знакомый голос. – Товарищ Эстом, как хорошо, что ты позвонил. Эта твоя женщина… Что за женщина! Ты знаешь, что она ненормальная? Она каратистка. Она избила меня. У меня больше нет денег на таких женщин, которые дерутся и слова доброго не скажут. Где ты их берешь? В спортивной секции?

Эстом возликовал. Любовь привычно уселась ему на плечо, скрестив ножки и махая крылышками. «Милая, дорогая Медея, ты снова вернешься ко мне. Я буду стоять перед тобой на коленях: просить прощения, любить тебя…»

– Гога, слушай, потом об этом поговорим. У меня дело.

– Дело – давай, а твоих женщин – не надо. Дуры набитые…

– Сам дурак! Не надо трогать чужое.

Гога промолчал.

– В «Кед-Кеди» сейчас никого?

– Нет, никого. Я там был. Вчера вернулся.

– Я займу все поместье, ладно?

– Да бери, не жалко.

– Где сейчас Медея?

– Где-где… Мою «Чайку» разбила, чтобы я ее не догнал. Не знаю где… Может, по горам ходит. Может, ее волки съели.

– А ты где?

– Я в Тбилиси.

Вошел Миша. Он нес поднос с чаем, шоколадными круассанами и любимой пастилой хозяина.

– Ладно, сын гор. Мою невесту украл, сам виноват. В два часа я буду в «Кед-Кеди». Устрой, чтобы никого вокруг. Только персонал.

– Рассчитываться как будешь?

– Я уже рассчитался, – довольный собой, весело ответил Эстом.

– Хорошо, батоно. Мы же друзья.

– Вот именно, друзья, а то некоторые забывают об этом… Конец связи.

Чума с планшетом равнодушно слушали разговор, словно ничего особенного не происходило.

– Сделка считается заключенной, – сказала дыра. – Приятного аппетита.

Экран устройства погас.

– Ну, садись, – сказал Богли Чуме. – Выпьем чаю – я полечу.

– Не переживай, у всех есть скелеты в шкафу, – хакер хотел показать, что сочувствует товарищу в пределах кооперативной этики.

– Кто этот Заказчик?

– Кто его знает.

– Как он на тебя вышел?

– Через интернет. Дурацкий вопрос.

– Много же обо мне в интернете знают… – недовольно проворчал Богли.

Тапочек спал с ноги, Эстом решил, что уже с утра у него получается слишком трудный день.

– В Сети приватности нет.

– Не учи ученого, все сливают в ваш интернет, как дерьмо в унитаз. Вы там копаетесь, как жуки навозные! Честных людей позорите.

– Ну ты, мастер, разошелся… Это не ко мне.

– Ладно. Погорячился. Прости.

Они молча позавтракали.

– Прощаться не буду, – сказал Эстом. – Чует мое сердце, скоро увидимся.

Чума хмыкнул и вышел из шале. Михаил открыл ему калитку, хакер пешком пошел на станцию Красной Лавры. Чума любил ходить – привычка молодости. Когда-то он был не только умен, но красив, силен, отважен. Высокий, стройный, кудрявый юноша с с твердым гипнотическим взглядом так нравился женскому полу, что они называли его «прекрасный Ясон». Первой любовью Чумы стала девушка из Ленинграда по имени Медея. Он увел ее у какого-то старика. Через пять лет она бросила Чуму из-за его зависания в сетях, предложив выбор – либо она, либо компьютер. Сам не зная отчего, хакер выбрал компьютер. Медея ушла, разломав все электронные устройства и выбив дверь в квартиру. Каренина с обложки журнала «Бесбалбес» как две капли походила на Медею. Рассказывать об этом