Отряд; Отряд-2; Отряд-3; Отряд-4 - Алексей Евтушенко

И только полное осознание сего факта удерживало до сих пор обе стороны от тотальной войны на уничтожение.

Но теперь в игру вступил новый фактор – была наконец заново «найдена» Пейана – планета–праматерь.

С самого начала своей истории свароги враждовали и, как положено настоящим гуманоидам, активно уничтожали друг дружку в стычках, конфликтах, а также малых и больших войнах. Сварог шел на сварога, село на село, город на город и страна на страну. Но потом якобы какие–то божьи посланники даровали им некий артефакт, который получил в летописях название Милосердие Бога.

Никто из современных историков сварогов не мог в точности сказать, что именно представлял из себя сей артефакт, да и существовал ли он на самом деле. Но легенда гласила, что Милосердие Бога было вначале подарено самому воинственному в то время владыке Северного континента, молодому и честолюбивому Свейну Отважному.

Как только Милосердие Бога попало к Свейну, тот сразу же отказался от расширения своих и без того обширнейших владений и вплотную занялся устройством лучшей жизни для своего народа.

Чем тут же воспользовались восточные соседи.

Не такой молодой, как Свейн, но не менее честолюбивый и воинственный правитель Восточных колоний Чарджу Толстый собрал остатки недавно разгромленного Свейном войска, наложил на своих подданных жесткую воинскую подать, призвал в армию голодных и безработных, пообещав им хлеб и золото, и в открытую напал на Свейна.

Свейн поступил неожиданно – приказал крепостям и городам не оказывать сопротивления, кормить и снабжать всем необходимым армию восставшего вассала и беспрепятственно пропускать ее к столице.

Окрыленный легким успехом, Чарджу Толстый скорым маршем прошел почти сквозь весь Запад, накладывая направо и налево контрибуции, но предусмотрительно не подвергая ограблению и разрушению «захваченные» города и села (зачем, если ему же их потом и придется восстанавливать?).

Сытое и порядком обленившееся за время похода войско Чарджу торжественно вошло в столицу Свейна, где правители и встретились за столом переговоров. На этот, в изобилии уставленный всевозможными яствами и винами, стол Свейн водрузил Милосердие Бога, и через час между бывшими врагами не осталось никаких разногласий. В течение какого–то десятка лет на всем Северном континенте наступил мир и покой. Наиболее ретивых вождей быстренько допускали к Милосердию Бога, и те, после соприкосновения с ним, становились прямо–таки другими людьми, напрочь отказываясь от своих недавних агрессивных притязаний.

По легенде, Милосердие Бога вершило над обреченным властью смертным (впрочем, и над любым другим) Страшный Суд при жизни и прощало его, хотя многие после этого кончали жизнь самоубийством, не выдерживая столкновения с полной правдой о себе самом. Те же, кто выдерживал, становились в большинстве своем мудрыми и справедливыми вождями и правителями.

Постепенно сложилась незыблемая традиция, и теперь всякий Владыка, будь он выбранный, назначенный или получивший власть по наследству, обязан был пройти через ритуал соприкосновения с Милосердием Бога.

И все бы хорошо, но обитатели Южного континента Пейаны развивались своим путем и не очень варили слухам о Милосердии Бога. Они видели одно: северяне процветают. Их амбары полны зерна, луга – тучного скота, а города – золота и драгоценностей. И у них практически нет армии! Те три–четыре десятка тысяч вооруженных сварогов, которых Северный континент держал на всякий случай, уже давно забыли, с какой стороны берутся за меч, и боеспособным войском их назвать было никак нельзя.

И вот «южане» построили громадный боевой флот, и семисоттысячное войско в один прекрасный день высадилось на пологих пляжах Северного континента.

«Южане», зная и памятуя о судьбе предыдущих завоевателей и агрессоров, применили тактику «выжженной земли».

Солдатам под страхом смертной казни были запрещены любые контакты с «северянами», кроме, разумеется, контактов боевых. В плен не брали никого. Тех, кто не спасался бегством, просто убивали – всех без разбора, включая женщин, стариков и детей. Города и поселения безжалостно грабили и сжигали, а богатую добычу грузили на корабли и отправляли домой.

И никаких переговоров.

Тут бы «северянам» и конец, но в это время Милосердие Бога самым таинственным образом исчезло, а вместе с ним исчезли и его чары.

Как водится, мгновенно нашлись вожди, возглавившие вооруженное сопротивление, и мечи северных сварогов вновь отведали вражеской крови…

Чуть позже оказалось, что Милосердие Бога объявилось на Южном континенте, где вся история повторилась, но, так сказать, в более быстром темпе.

Рассвирепевшие от жутких потерь и обезумевшие от крови «северяне» за четыре года непрерывных боев практически уничтожили армию вторжения «южан» и сами, преследуя отступавшего противника, нанесли «дружественный визит» на Южный континент.

Теперь уже запылали города и села «южан», толпы беженцев ринулись в глубь материка, а облагороженные Милосердием Бога правители «южан» не знали, что делать, до тех пор, пока, в свою очередь, артефакт не пропал и у них. На этот раз окончательно. «Северяне» были благополучно сброшены в океан, и все вернулось на круги своя.

Куда пропало Милосердие Бога, было неизвестно. Если существование сего артефакта подтверждалось не только легендами, но и вполне достоверными свидетельствами, то его окончательное исчезновение было одной сплошной легендой.

Наиболее распространенная среди ученых Пейаны версия гласила, что некая обособленная и глубоко законспирированная группа жрецов, с самого начала считавшая Милосердие даром не Бога, но Дьявола, выкрала артефакт и спрятала его в горах. Предварительно эти жрецы, многие из которых были выдающимися алхимиками, якобы открыли и произвели некое вещество, при употреблении которого можно было успешно сопротивляться воздействию Милосердия Бога в течение нескольких часов. Но все это, повторимся, было лишь легендой, никакими фактами не подтверждалось, а многочисленные попытки энтузиастов отыскать Милосердие Бога ни к чему не привели, так что в конце концов и само существование артефакта приобрело более мифический, нежели реальный смысл.

А потом, как уже говорилось, свароги вышли в космос и…

Факт обретения прародины буквально потряс обе Космические Империи.

Каждая из них совершенно справедливо считала найденную материнскую планету своей собственностью; грандиозные здания культур обеих цивилизаций были построены на общем фундаменте культуры Пейаны, и никто теперь не смог бы отказаться от нее в пользу противника.

Мысль же пользоваться планетой сообща, разумеется, приходила в голову многим, но она означала первый и очень крупный шаг к воссоединению враждующих сторон и поэтому не пользовалась популярностью у обеих правящих династий. К тому же планета–мать оказалась населена! Пусть в небольшом количестве, но на ней до сих пор продолжали жить свароги, которые, судя по всему, давно остановились в своем развитии и не выходили в космос, но тем не менее с ними приходилось считаться. Вернее, не столько с ними, сколько с общественным мнением, которое вряд ли одобрило бы любую попытку геноцида по отношению к вновь обретенным родственникам.

Первый министр двора «северных» сварогов обедал в компании ведущих дипломатов, высших офицеров и личных секретарей.

Он был не в духе и чувствовал себя предельно утомленным.

Обед проходил в обширной зале восточного крыла Дворца Владык, который был полностью восстановлен и отреставрирован к началу переговоров. Но ни великолепное убранство обеденного зала, ни изысканность блюд и тонкость вин не в силах были развеять мрачное настроение Первого министра. Не прекращающийся ни на минуту настойчивый поиск выхода из сложившейся ситуации вконец истощил его мозг, и теперь господин министр вяло пережевывал пищу, глядя на стол перед собой глазами, в которых уже погасла надежда.

Обед проходил в полном молчании. Устали все. Это да еще многолетняя привычка к жесткой субординации создавали за столом отнюдь не дружескую атмосферу. Пожалуй, лишь военные в предчувствии надвигающейся войны были несколько возбуждены и поэтому выглядели неестественно радостными на всеобщем унылом фоне.

Резкий звон разбившейся посуды произвел эффект выстрела из старинного пулевого оружия – это старший советник Первого министра, глубоко задумавшись, выронил из пальцев бокал, и тот весело разбился о полированные каменные плиты пола. Однако, не замечая ни разбитого бокала, ни устремившихся на него со всех сторон любопытных и хмурых взглядов, он смотрел остановившимися глазами в какую–то невидимую остальным точку прямо перед собой.