Чё за дела, брат? - Олег Жмылёв

Из него выходили… Люди - не люди, а не поймёшь кто. По фигурам напоминали людей, но головы были не то, что звериными, а какими-то странными. И двигались эти существа как ходячие механизмы. А вооружены - каким-то непонятным автоматом. Почему – непонятным. Да потому что оружие такой конструкции я тоже никогда не видел.

- Огонь!- закричал командир чести.- Огонь! Огонь!

Я забыл, что когда стреляют из пушек, надо открывать рот, чтобы не оглушили. Поэтому уже после выстрелов трёх танков я открыл рот, но было поздно. Мне заложило уши. Я зажал их ладонями, но смотрел, как одни наступающие противники разлетались на куски от прямого попадания в них, а других врагов, которые не были похожи на фашист- ских солдат, взрывной волной тоже разметало по разным сторонам.

Кто-то из моих однополчан выпустил, по атакующим, два гранатомётных выстрела. Кто-то стрелял из автоматов. Я почувствовал сильную головную боль и, сняв каску, обхватил голову руками в районе мозга. Почему очень громкие звуки так болезненно подействовали на мою «репу»? «Мой танк» выстрелил ещё раз. Я слез на землю и, всё также, держась за голову, пошёл, пошатываясь, ко второй линии обороны. Потом направился к третьей линии. Меня никто не остановил и не назвал дезертиром. Такое отношение мне понравилось. Да. Такое отношение украшает человека.

- Что с тобой?- подскочил ко мне товарищ полковник.

- Оглушило сильно.

- А где твоё оружие?

- Ой, там - на танке осталось.

Я повернулся и стал возвращаться к бронемашине, но заметил, что какой-то тонкий луч из тоннеля быстро срезал башню танка по горизонтали. Но башня была срезана не под основание, а под ствол, который потянув за собой срезанную часть башни, уткнулся в землю.

Я остановился, обернулся к командиру части и крикнул:

- Товарищ полковник, как вообще такое может быть?

- Мы - вляпались. Мы очень здорово вляпались. Мы не сможем противостоять этому противнику. Тоннель надо срочно замуровать и засыпать. Но бетону нужно какое-то время, чтобы «схватиться». Но этого времени у нас нет. И что делать дальше - я не знаю. Генералы обещали «подогнать» «Черные акулы». Но я думаю, что эффекта от их ракет будет мало. Два танка продолжали стрелять в подземный ход, а из поврежденного, вылез экипаж и побежал в нашу сторону.

- Товарищ полковник, - закричал один танкист, - там не немцы. Там….

- Да я все понял, - перебил командир части.

- Там венгры или итальянцы? – спросил я.

- Какие венгры? – ответил танкист. – Там инопланетяне. Роботы.

Слово «робот» я слышал впервые, а может и раньше слышал, но забыл о нём. А вот слово «инопланетяне» хоть и не было мне знакомо, но не трудно было догадаться о ком речь.

- Какие инопланетяне? – не понял я. – Лунатики что ли?

Я усмехнулся. Придумают же – инопланетяне напали. Да откуда же им здесь появиться – то. У страха глаза велики. Увидели танкисты фашистов в бронежилетах и новой форме вот и испугались. У немцев оружие новое - вот это беда.

- Лунатики – это те, которые ходят во сне, - пояснил товарищ Вещагин. – Сонными ходят. Туда – сюда. Даже по крышам бродят. А эти, наши противники, с другой галактики прилетали.

- С другой галактики? – я сделал вид, будто поверил офицеру. – Это какая же у самолёта должна быть скорость, чтобы прилететь с другой галактики? Интересно, а как она называется и где находится?

- А они не на самолёте прилетели, а на летающей тарелке, которую вы каким-то чудом умудрились сбить из гранатомётов. И как инопланетяне могли подпустить вас с оружием так близко к себе?

- Получилось так, что я отвлек их внимание, и они не заметили угрозы с тыла. Товарищ полковник, я не могу понять – если мы расширяли тоннель в двадцатый век, то как попали… а в какой век мы попали?

- Не знаю. Скорей всего мы попали в будущее.

- Находясь у вас – я и так в будущем.

- Значит, вы ходили в свое двойное будущее. Может, в двадцать второй век. Или даже в двадцать третий. Стреляйте. Ну, стреляйте же, - товарищ Вещагин побежал к первой линии обороны.

Хм. Я был в двадцать втором веке? Землю захватили какие-то инопланетяне? Стоп. Я не видел в городе разрушений. А на автобусную остановку спокойно шли обычные люди, а не те которые выходили из тоннеля. Но может, эти инопланетяне наши друзья, а мы по ним из гранатомётов и танков. Но виноват в этом я, мне и расхлебывать. Зачем я крикнул хлопцам: «По вражескому вертолёту огонь!» Я так крикнул потому, что подумал, что в летающем диске находились фашисты. А почему я так подумал? Ответ один – только от незнания ситуации.

Из люка танка первой линии обороны высунулся танкист и крикнул:

- Товарищ полковник, снаряды закончились.

- Экипажи других танков перенесите по четыре осколочных снаряда на первую линию обороны, - приказал командир части, но было поздно.

Тонкий луч из тоннеля также аккуратно срезал под стволы башни двух танков первой линии обороны.

- У них лазерное оружие, - закричал товарищ Вещагин. – Снаряды несите обратно в свои танки и заряжайте, заряжайте.

Танкисты второй линии обороны развернулись на сто восемьдесят градусов и со снарядами побежали к своим танкам.

«Дорога каждая секунда, - подумал я – а танкисты пока влезут в свои бронема- шины, пока зарядят пушки, да пока прицелятся – сколько времени пройдет».

Из поврежденных танков никто не вылез. Чеснаускас не стрелял. Другие красноармейцы замерли как статуи и никак не реагировали на происходящие события. ЧТО с ними произошло? Не ранены, не убиты, а не шевелились. Макаров стрелял «с колена», да так и замер, положив пустой гранатомет на землю. Я почувствовал себя лучше и поэтому решил действовать незамедлительно. Я побежал к «своему танку». Быстро вскарабкался на него и пустил в ход все гранатомёты, которые у меня были. Спрыгнул позади танка на землю, схватил у Макарова гранатомёт и выпустил гранату в темноту тоннеля. Потом дал хорошего пинка Стасу:

- Не спи, замерзнешь.

Макаров завалился на бок, не меняя позы. ЧТО это с ним? Парализовало его что ли?

Ко мне подскочил боец двадцать первого века:

- Чё за дела, брат?

- Да вот Стас какой-то заторможенный и другие мои однополчане как загипноти- зированные.

Макаров лежал, не шевелясь, медленно дышал, и смотрел в одну точку, редко мигая.

- Зови своих, - сказал я, - и пусть отнесут моих хлопцев за третью линию обороны.

Все гранатомёты, какие только были возле испорченных танков, я разрядил по тоннелю. Хоть и не видно было - наступали на нас, или противник залег, но, на всякий случай, я в течение нескольких секунд сдерживал вражескую атаку. Потом, пригнувшись, подбежал к убитым атакующим, схватил одного за металлическую руку и потянул за собой к товарищу Верещагину, который с тремя генералами находился за второй линией обороны.

- Ну, товарищ солдат, ты – герой, - один товарищ генерал похлопал по моему плечу и пожал мне руку. – Этот что ли - инопланетянин?

- Не могу знать, товарищ генерал-лейтенант. Я их никогда раньше не видел. Даже во сне.

Командир части склонился над убитым.

- Руки и ноги металлические. Ага. Нога переломана. Вместо колена – шарнир. Осколок пробил грудь и … - офицер заглянул в отверстие…- что-то там замкнул, и поэтому робот сгорел. Может, какая плата перегорела. Но… - товарищ полковник снял каску с головы инопланетянина и потрогал его лицо… - похоже, что это… не может быть! Это биоробот.

- Как биоробот? – спросил один из товарищей генералов.

Слово «биоробот» я тоже слышал впервые, и, естественно, не знал - ЧТО оно означает. И если командир части знал ЧТО такое биоробот, то почему удивился, увидев вблизи это существо?

- Я думал, что биороботы – это выдумка фантастов, - проговорил не то растерянно, не то задумчиво товарищ генерал-лейтенант.

Сына – офицера моего тезки не было. Вероятно, он находился рядом с раненым Антоном.

- А это ЧТО? - продолжал товарищ генерал-лейтенант. – Бластер что ли?

Я не понял – на что кивнул товарищ генерал-лейтенант, потому что слово «бластер» раньше никогда не слышал, а товарищ Вещагин сразу понял - о чём речь. Он взял оружие противника, внимательно его оглядел и ответил:

- Похоже на то. И вот эти штуки легко режут броню. Не завидую я нашим потомкам.

- Да это же просто гиперболоид инженера Гарина, но только небольшого размера, - сказал товарищ генерал с одной звёздочкой на погоне.

Этот военный, наверное, генерал-майор.

А об этом инженере Гарине и его гиперболоиде я что-то слышал, но ЧТО именно - не помню. Но что-то о Гарине рассказывали – это точно.

Бойцы из двадцать первого века без проблем перенесли моих однополчан и таких же заторможенных танкистов из двух поврежденных танков за третью линию обороны.

- Соберите всё оружие у противника, - крикнул товарищ полковник нашим пехотинцам, - и принесите сюда их два трупа.