Операция "Невозможное" (Лето и осень сорок пятого) - Евгений Белогорский

Два бомбардировщика благополучно сели на аэродромы Тихоокеанского флота под Владивостоком. Две машины благополучно улетели за Амур и совершили посадку в Хабаровске. Ещё один бомбардировщик пересек Амур в районе Благовещенска, однако экипаж не рискнул совершить посадку. Посчитав машину обреченной, экипаж покинул самолет, выбросившись на парашютах.

После достижения такого успеха ограниченными силами, можно было надеяться, что удар главных сил эскадрильи, сможет вырвать ядовитые зубы японского дракона, но этого не случилось. В бой вступили японские 100 мм зенитные пушки, способные доставать американские самолеты на больших высотах. Под их огнем, строй бомбардировщиков собравшихся «огненным ковром» смести отряд 713 с лица земли, развалился, что свело на нет силу нанесенного ими удара.

Сброшенные летчиками бомбы добросовестно перепахали минные поля прикрывавшие подходы к запретной зоне и разнесли в пух и прах, гостевые дома для высоких персон и прочих столичных проверяющих. Вместе с ними были уничтожены слесарные мастерские обслуживающие автопарк отряда и подожжены склады с горючими материалами.

Черный дым от горящих нефтепродуктов, всегда радует глаз и тех, кто бомбил и тех, кому докладывают о результатах бомбардировки. Увидев столь зримый результат своего авианалета, американские штурманы поспешили запечатлеть его своими фотокамерами и с честным сердцем доложить об этом на Окинаву. Тот факт, что дым может скрывать неповрежденные корпуса института, об этом никто из них не подумал, или не захотел думать. Огонь проклятых японских зениток доставлял американцам серьезные неприятности и потому, у них не было особого желания докапываться до истины.

Удар по врагу нанесен, после него что-то загорелось, это зафиксировано на фото и значит, пора лететь домой. Тем более что в результате обстрела с земли, общий строй покинули три машины. Их пилоты посчитали, что полученные ими повреждения не позволят долететь до Окинавы, и они решительно развернули свои машины к советско-маньчжурской границе.

Экипажи двух самолетов без всякого затруднения достигли Амура и благополучно сели в Благовещенске, где были интернированы до конца войны. Третья поврежденная японскими зенитками машина, вместо северо-востока повернула на северо-запад и к огромному удивлению жителей Читы, совершала посадку на местном аэродроме.

Обрадованные столь королевскому подарку со стороны американцев, местные власти закатили в честь дорогих гостей шикарный банкет. Пять дней советские летчики и местное руководство щедро поило и кормило американских летчиков, а затем выслало их в Москву, не позволив взять из самолета даже личные вещи. Все они были изъяты сотрудниками НКВД и переданы экипажу под расписку перед самой его отправкой.

Попадание в руки русских столь большое количество самолетов, было для американской стороны очень неприятным фактом, но она была готова заплатить эту цену, ради уничтожения японского бактериологического центра.

В том, что он уничтожен, американцев убедили бравые доклады пилотов и многочисленные снимки пожаров и разрушений. Не имея первичной картинки, специалистам по фоторазведки было трудно сказать, что-либо с твердой уверенностью, но горящее от нетерпения начальство наседало на них и они дали положительное заключение об уничтожении института генерала Исии.

Кроме снимков воздушной разведки, эту информацию подтвердила и Москва. Через свою агентуру она узнала о масштабах разрушения в отряде 713 в результате авианалета и передала всю полученную информацию в Вашингтон.

В ней было и приблизительное количество разрушенных или поврежденных зданий. И большое количество раненых доставленных в японский военный госпиталь в Харбине и не меньшее число погребальных урн привезенных из Токио. И объявления вокруг института зоны карантина, и наличие скрытых признаков готовящейся эвакуации.

Единственно чего в нем не было, так это уточнения кто конкретно погиб, и какие здания были разрушены. Отлично зная, степень ущерба полученного японцами, хитрые азиаты решили предоставить благородным англосаксам сладкий пирог полуправды. Когда не было произнесено ни слова лжи, но при этом не была сказана и вся правда. Период доверительных отношений безвозвратно прошел, впереди маячили времена противостояний, и открывать все карты перед бывшими союзниками не были никакого резона.

Очень может быть, что со временем институт заработает снова и тогда будет отличный повод для новых торгов с американской стороной. Ведь никто не мог с уверенностью сказать, что у института господина Исии не было какого-нибудь филиала в Маньчжурии. За его местонахождение можно попросить у янки что-нибудь важное и нужное для страны Советов, подставив под бомбовый удар мирные строения. История знала подобные примеры.

Военные аналитики Пентагона все это прекрасно понимали, но главнокомандующему американскими вооруженными силами Гарри Трумэну, как воздух были нужны победные реляции. Применение против населения Соединенных Штатов Америки бактериологического оружия нельзя было утаить. Миллионы американцев требовали от своего президента немедленной защиты от происков врагов, и они её получили.

Вновь все центральные и местные газеты вышли с аршинными заголовками об уничтожении института господина Исии. В приложенных к ним статьях, было мало конкретной информации об отряде 713, но она и не требовалась. Главное, простые американцы получили фото-факты, что благодаря мужеству и героизму американских летчиков, враг лишился своего тайного оружия и теперь можно уже не бояться чумы, холеры, лихорадки и прочих гадостей.

Куда более мелким шрифтом и не в столь патетическом стиле был написан секретный доклад генералу Макартуру, о случившемся с кораблями американского флота на Окинаве, в день, когда вся страна ликовала от одержанной ею победы.

В нем сообщалось, что в 13.23 по гавайскому времени, локаторы американских кораблей на высоте в пять тысяч метров засекли две быстро движущие цели. На стоявших, на якоре кораблях была объявлена тревога и на их перехват были подняты дежурные истребители с острова Окинава. Вместе с ними в воздух успели подняться две пары истребителей с авианосцев «Интерпид» и «Уосп». Всего в воздух было поднято пятнадцать самолетов, но из-за высокой скорости объектов, свыше 800 километров перехват осуществить не удалось.

Согласно рапортам летчиков, это были два самолета неизвестной им конструкции, имевшие на крыльях и фюзеляже японские опознавательные знаки.

Приблизившись к передовой группе кораблей, они пошли на снижение с целью их дальнейшей атаки. Первый самолет успешно преодолел заградительный огонь зенитных установок эскортного авианосца «Суони» и протаранил стоявшие на палубе истребители.

В результате столкновения и последовавшего затем взрыва, было уничтожено четыре истребителя «Хэлкэт» и ещё двое были серьезно повреждены огнем. На полетной палубе образовалась дыра около 40 квадратных метров, в ангаре возник сильный пожар, уничтоживший девять истребителей и два бомбардировщика «Эвенджер». Всего на «Суони» погибло 164 человека, и 197 было ранено.

Второй самолет противника попытался атаковать авианосец «Тулаги», но при подлете к нему резко потерял ход и упал, не долетев до цели десяти метров. От удара о воду он взорвался, но взрыв не причинил судну никакого вреда.

Через два с половиной часа, стоявшие у Окинавы корабли снова подверглись парной воздушной атаке. Однако на этот раз цели были низколетящими, из-за чего были поздно замечены радарами. Поднятые по тревоге истребители вновь не смогли перехватить самолеты противника, хотя на этот раз их скорость составляла около 700 километров.

Эти воздушные объекты также имели японские опознавательные знаки, хотя по своей конструкции и виду, отличались от самолетов, ранее атаковавших авианосцы. В этом, пытавшиеся совершить перехват американские пилоты были единого мнения. Точно также как и в этом, что самолеты управлялись живыми людьми, а не по радио. Траектория движения самолетов не была прямой, а изменялась во время полета.

Цель атаки этих летательных аппаратов был тяжелый крейсер «Солт-Лейк-Сити». Находясь в отрытом океане в движении, он был поражен ими с интервалом в три минуты.

Первый самолето-снаряд поразил палубные надстройки американского корабля в районе боевой рубки. Произошедший потом взрыв полностью снес мостки, уничтожил боевую рубку крейсера и главную носовую башню.

Всепожирающая стена огня ворвалась в развороченное взрывом внутренне пространство крейсера. Множество людей сгорело или задохнулось от дыма и огня, но к счастью для экипажа, огонь не проник в артиллерийские погреба.

Огонь уверенно начинал свое победное шествие по крейсеру, но набрать полную силу не успел. Второй самолет врезался в правый борт крейсера, как раз под кормовую башню и через огромную пробоину в корабельный трюм устремились потоки воды.