Фантастика 2025-32 - Алексей Викторович Вязовский

— Руля! — тупой он у меня все-таки. Но верный, а это важнее.

— Молчу-молчу, шеф. Кстати, а винный погреб планируете заказывать?

— Какой погреб на четырнадцатом этаже⁈ — удивился я. — На Рублевке сделаю.

Я вспомнил погреб на Кипре, в котором мы прятались от полицейских, и улыбнулся. Да, весело тогда получилось.

— Понял, понял, — Руля с хрустом вскрыл коробку с техникой. — Новоселье отмечать будем? Я телефончик сутенера тех девок из Советской сохранил. Мигом примчатся. Говорят, у них негритянка появилась — из института Патриса Лумумбы. Такие вещи вытворяет эта лумумба…

Ага, — поморщился я. Тоже мне советчик! Еще дешевых шлюх мне тут не хватало и негритянок с полным набором глистов из экваториальной Африки.

— Да они заблюют мне тут все, — отмел я его робкие поползновения поучаствовать в намечающемся празднике плоти. — Не надо новоселья. Поехали лучше в офис, надо узнать, что там с переездом.

* * *

В офисе на Ленинском тоже готовились к переменам, но делали как-то вяло, без искры. Дом приемов МИДа нам обещали передать только через три недели, не раньше, так что коробок пока было еще мало, но о них уже все спотыкались. А еще меня не оставляло хреновое предчувствие. Бесконечно валять дурака не получится. Даже я, человек с репутацией… с неоднозначной репутацией, в общем, не смогу отвертеться от серьезного разговора. И он, наконец, состоялся.

— Господин Гирш на проводе, — в кабинет вошла Настя, которая охраняла мое бренное тело, как все триста спартанцев, вместе взятые. Хрен прорвешься через эти Фермопилы третьего размера, выставленные напоказ. Но и в ее обороне нашли брешь.

— Он знает, что вы здесь, — извиняющимся тоном добавила она.

— Ясно, — кивнул я и махнул ей. Выйди, мол.

— Сергей! — услышал я недовольный голос. — Тебя стало найти тяжелее, чем девственницу в выпускном классе. Ты куда пропал?

— Дела, Аарон, дела… — ответил я неопределенно. — Мотаюсь как собака. В Лондоне был, дела по бизнесу решал.

На самом деле у меня были встречи не только по депутатским вопросам. Удалось заглянуть к юристам в Сити — провентилировать вопрос с созданием компании-нефтетрейдера. Если удастся отбиться от наезда с СНК, то это будет небесполезная история. Продавать оптом нефть трейдеру, и уже с него раскидывать наемными танкерами жижу мелкими партиями по миру. Как мне объяснили умные люди — так будет выгоднее.

— Подъезжай в казино сегодня, — тон Гирша был безапелляционным. — Кое-что обсудить надо. Кстати, ты слышал, сам Джордж Сорос в Москву приезжает?

— Певец, что ли? — выдал я в ответ. — Я иностранные песни не слушаю, я там не понимаю ничего. Мне Миша Круг нравится. Душевно поет, рекомендую.

На том конце провода что-то забулькало, и у меня появилась робкая надежда, что этот упырь жрал какую-нибудь маслинку и подавился. Нет, не с моим счастьем. Это он смеялся так, кажется, впервые за то время, что мы знакомы. Бульканье перешло в хрюканье, а потом в почти неприличное повизгивание. Вот как я хорошо умею высокое руководство радовать.

— Нет, не певец, — ответил он через пару минут, когда телефонная трубка перестала издавать дурацкие звуки. — Но личность творческая, безусловно. Такое исполняет, упасть можно. Он с тобой встретиться хочет.

— Ну, если надо, встретимся, — ответил я как можно более равнодушно. — В восемь буду в казино.

— В восемь тридцать! — поставил точку в разговоре Гирш и отключился.

— Вот и все, вот и кончилось теплое лето… — фальшиво пропел я дурацкую песенку, которую услышал сегодня по радио. Она как нельзя лучше подходила к ситуации. — Да что за срань крутят! Почему для нормальных пацанов музыки нет! Настя! — нажал я кнопку селектора.

— Да, Сергей Дмитриевич! — она уставилась на меня преданным собачьим взглядом.

М-да… Юбка стала короче, вырез глубже, помада ярче. Укладку каждый день делает. И эта вышла на охоту. Да что вам всем от меня надо? Дайте пожить спокойно.

— Во-первых, напоминаю тебе насчет дресс-кода. Что это за шлюшьи чулки в сеточку?

Настоя вспыхнула вся, опустила глаза в пол.

— Во-вторых, срочно найди Дмитрия Александровича и какого-нибудь деятеля по части радио, — удивил я ее.

— Сеульский телефон Дмитрия Александровича у меня есть, — ответила она. — Там сейчас вечер, но я попытаюсь набрать. Вдруг он на месте. А насчет радио я не поняла…

— Радиостанцию хочу для нормальных пацанов открыть, — пояснил я. — Надоело попсу голимую слушать. Шансон хочу! Поняла?

— Поняла, — мотнула она рыжей башкой и удалилась, завлекательно виляя задницей, как бы намекая, что я давно не радовал ее своим вниманием.

— Дмитрий Александрович на проводе, — отчеканила она в селектор, и я взял трубку.

— Серый, здоров! — услышал я недовольный голос Китайца. — Срочное что-то? А то спешу сильно.

— Куда это ты спешишь на ночь глядя? — удивился я.

— На свиданку, куда же еще, — ожидаемо ответил Димон.

— Симпатичная хоть? — поинтересовался я.

— Отпад, — честно ответил Китаец. — Такая вся… В общем, не такая, как наши телки. Но я тебе скажу, дорого с местными бабами дружить. У них тут калькулятор в голове стоит. Жесткая предоплата из подарков, и только потом допускают до священного вареника. По любви вообще не дают. Можешь умереть у ее ног.

— Что там насчет паспорта? — спросил я, резко отсекая его стенания.

— Да пока голяк, — расстроенно ответил он. — Оформить можно, но долго. Они таких, как я, бананами называют. Снаружи желтый, внутри белый. Ни языка толком, ни традиций местных не знаем. Ну и смотрят как на говно. Дают рабочую визу и гонят на завод, ящики таскать за миску риса. Ебал я, Серый, такое гражданство! Более-менее реально получить его только через загс. Тогда быстро делают.

— Ну раз так, дуй в ювелирку и покупай кольцо, — ответил я. — Ты мне нужен недели через две. С паспортом. Делай что хочешь, но чтобы от тебя ничего, кроме морды не осталось. Вкурил?

— Ты сейчас серьезно? — похоронным голосом спросил Димон.

— Да, — ответил я, прекрасно понимая, что паспорт за такой срок ему не получить. Ну, пусть сам думает, как выкрутиться, рожа косоглазая. А то ишь, телка у него отпадная… Разлакомился там, понимаешь, пока я вкалываю в поте лица.

* * *

Казино радовало огнями, посетителями, верящими в чудо, и отечественным бомондом, который еще пять лет назад носил свитер в катышках, а теперь всем своим видом намекал, что принадлежит к высшей касте. Все на свете знают, что самые высокомерные из москвичей — это те, что родились не ближе пятисот километров от столицы и прекрасно знают, как пережить зиму, вырастив картошку на шести сотках. Вот и эти такие, расхаживают на пафосе.

Люди лихорадочно