Проводник (СИ) - Киселев Борислав

— Илья!

Громко крикнул Ноль, стоя от двери на расстоянии около двух метров.

— Илья! Новенького нужно экипировать, открывай!

Послышался скрип металла и тяжёлое дыхание. Дверь медленно стала отъезжать в сторону, при этом немного проминаясь в середине, из-за двери тут же вырвался сильнейший жар, ощущение было такое, что за дверью жерло вулкана.

— Входите!

Зычно, как контрабас, прорычало существо за дверью, явно превышающее размеры самой двери.

— Знакомься, это сорок восьмой, новенький, он электрорезистентный. Одень его для «Грома».

Я сделал пару шагов в дверной проём. Оказалось, что дверь не крепилась петлями, Илья её просто вставлял в стену и вытаскивал, когда нужно. И, видимо, чересчур внимательно изучал я дверь, потому что Илья хохотнул и сказал.

— Вылетает всё время. Много оружия, много взрывчатки, стены крепкие, двери нет.

— Я поняяяял.

Протянул я, понимая, что тут не совсем безопасно. Илья, кстати говоря, даже не поворачивался ко мне, но видя его со спины я не мог не заметить, что с ним не так абсолютно всё. У него было три руки, и эти руки вроде бы даже не крепились к телу, а парили на небольшом расстоянии от него. Огромная, гипертрофированная спина с небольшим горбом, лысая голова, перекачанные ноги, и одет этот чудо-человек был в старинный кузнечный фартук на голое тело.

— Илья Геф.

Одна из рук быстро подлетела ко мне и схватила за ладонь. Потрясла в знак приветствия и улетела обратно к своему хозяину.

— Сорок вось…

— Он ушёл.

Перебил меня Илья, когда я только хотел представиться.

— Кто ушёл?

И тут же заметил, что Илья имел ввиду «Ноля».

— Ушёл, настоящее.

Пробасил Илья, повернувшись уже наконец ко мне, и я заметил расползающуюся по лицу без единого волоска улыбку.

— А ты немногословен.

— А ты хитрец. (Илья)

В одной части моего сознания я понимал, о чём говорит Илья, так же я помню, что Понтий говорил, что его «палицу» сделал сам «Илья». Значить это могло только одно, что речь шла именно об этом мастере. Но я не был до конца уверен в том, что Илья понял кто я или каким-то образом узнал меня.

— Вижу естество, тело новое, душа нет. Мастер. (Илья)

— Почему не сдал?

— Незачем, ты своё дело, я своё. (Илья)

— Почему ты им помогаешь? На тебя же наверняка надеялись Понтий, Керус.

— Не здесь, идём.

Махнул одной из рук Илья, всё так же улыбаясь, призывая идти за ним вглубь мастерской. Помещение мастерской было заполнено разнообразными станками, светящимися камнями, рунами, вырезанными прям в воздухе, технологиями, которые можно увидеть только в фантастических фильмах про далёкое будущее. Мы шли, пока не дошли до огромной печи, из которой прямо-таки давило жаром. И в самой печи не было угля или дров, или нагнетателей. Там, свёрнутые в кольца, лежали метровые ящерицы. Поначалу я принял их за причудливые спирали, но стоило Илье подойти вплотную к печи, одна из ящериц перевернулась на спину, выставляя раскалённый добела живот. Илья, продолжая улыбаться, почесал животик ласковой (как я успел сообразить) саламандре, та довольно заурчала и уснула.

— Тут не услышат.

Сказал, глядя на саламандру, Илья.

— Ты тут пленник?

Спросил я, двойственно надеясь услышать утвердительный ответ. Мне больше не было понятно, за кого я на самом деле сражаюсь.

— Одна цепь на всех. Я тут, потому что нужен сейчас тут, так же, как и ты. Все мы что-то потеряли. Я потерял отца, Геф это не фамилия, это имя отца. Это его руки.

Руки, паря в воздухе, показывали друг на друга.

— Извлекаю суть, даю вторую жизнь, обращаю в предметы. (Илья)

— Не понимаю, так оружие, которое ты делаешь, состоит из душ богов? В том числе из души твоего собственного отца?

Меня действительно прошиб холодный пот. Мне казалось, что я попал в логово серийного убийцы, о котором не один год писали в газетах, а по итогу он оказался твоим лучшим другом.

— Но почему?

— Не хочу убивать, пусть живут так. Не двигайся.

Я замер, его руки облетели меня по кругу, изредка ощупывая, как бы измеряя. И улетели в разные стороны, чтоб через пару секунд вернуться с белой экипировкой и продолговатым свёртком.

— Твоё, одевай, береги, не сломай. (Илья)

На фразе «не сломай» рука опустила мне в ладони свёрток, указала на него пальцем и сжалась так, что было слышно хруст каждого сустава.

— Уходи. Скоро братьев привезут, нужно приготовить для них вместилища. Уходи.

Я практически был сломлен. Кузнец богов был одним из тех, кто пленил их же самих, и я не понимал до конца, почему так происходит. Мне было одновременно и жалко его, и стыдно за его действия. Хотя у меня и не было времени проникнуться особой симпатией к «проектам», но чтоб свой же! Это выбивало меня из колеи, я настолько растерялся внутренне, что уже не знал, кому верить. Столько лет жил без «богов» и прожил бы столько же, если бы не их война. Люди могут и без них, и всегда могли без них, исходя из сказанного самими «богами» и тем, что сказал «Ноль». Я помню, что мне говорили Пон и Кер, они не влияют на свои природные проявления, а значит тут что-то другое, и больше похоже на геноцид со стороны людей, чем тиранию со стороны «богов».

На этот раз мне удалось убедить себя в том, что «Ноль» не прав, первый раунд одного моего я против другого выигран в сторону бесполезных, но угнетённых. В этих печально жутких мыслях я покидал мастерскую, где за отверстием для двери меня уже ждал Ноль.

— О, я смотрю, Илья и тебе объяснил, что ты абсолютно бесполезен без его гаджетов. Отсюда все выходят с таким лицом, ну он даже в чём-то прав, без его умений у нас явно не шло бы всё так хорошо. (Ноль)

— Именно так.

Не стал я спорить, раз так удачно подкрался очередной рояль из-за кустов.

— Ну ничего, сейчас я тебя отведу к нашему «советнику», там ты вообще потеряешь все остатки мыслей о своей значимости.

Улыбнувшись, хлопнул меня по плечу Ноль, не обозначив, шутит он или нет. Не насторожить это не могло. Пройдя по коридорам ещё какое-то расстояние, мы пришли в тупик.

— Это какая-то шутка?

— Какие уж тут шутки, мы ждём, пока нас пригласят. (Ноль)

— Так, стоп, а ты тут разве не главный?

— Я-то?! Неееет, я основной, главных у нас тут нет, есть только детали механизма, и каждая деталь по-своему важна! А тут у нас тот, кто всё знает.

Ну конечно, как я мог забыть про корпоративную этику (а кружки вы выдаёте с номером один и мотивирующими фразами?).

— Ну, я имею ввиду, директор тут есть?

— Технически нет, но я старший оперативный сотрудник. Просто я старше всех и знаю больше всех, по эту сторону сте…

Не успев обозначить смысл сказанного, Ноль замер. Не застыл по своей воле, а именно моё восприятие времени изменилось, и обернувшись, я понял, что стою по другую сторону стены, причём я вижу Ноля, стена стала вроде как стеклянной, но когда я успел переместиться? Я повертел головой, и за мной был только мрак, огромное пространство, уходящее бесконечно далеко вглубь и вверх, при этом границы пола были обозначены более-менее чётко. На границе видимого пространства тьма приобрела очертания человеческой фигуры и стала приближаться ко мне, каждый шаг отдавался эхом.

— Здравствуй. Зачем ты пришёл?

Мне хотелось начать разыгрывать спектакль, но при приближении фигуры все мои чувства потеряли для меня смысл, и я сказал правду, всю от начала до конца, осознавая, что это конец.

— Ты рассказал мне то, что я и так знаю. Я спрашиваю не причины, по которым ты оказался тут, а почему ты хочешь сражаться?

У этого голоса было миллиард оттенков, он был и старый, и молодой, и мужской, и женский, и не знаю, как я это понял, но он превосходил все эти понятия и был чем-то всем сразу и ничем одновременно. А сама фигура, сколько бы не шагала в мою сторону, не приближалась ко мне физически, но всё равно становилась ближе. Готов спорить, это могло продолжаться вечно, но она так бы и не дошла до меня.