«Я – АНГЕЛ!». Часть третья: 'Клякса бифуркации' - Сергей Николаевич Зеленин

Было решено в целом не прекращать сотрудничество советских спецслужб с компартиями — но только с согласия местных ЦК и, никак иначе. Мало того, если члены компартии переходят на работу в какую-нибудь советскую разведку — то они обязаны предварительно выйти из рядов своей компартии.

* * *

Про высшую верховную власть.

Кто же стал главой Советского Союза, Вождём, Отцом и Учителем, вершителем миллионов судеб?

После Сталина, на должности Генерального секретаря — перебывало множество народа, я даже перечислять не буду и, уже зимой 1925−26 годов — эта должность стала чисто технической, а влияние её — чисто номинальной.

Весной же, при очередной «оптимизации» разбухшего партийного аппарата — Генеральный секретариат вообще отменили, лишь оставив при ЦК ВКП(б) его «Учетно-распределительный отдел», возглавляемый неким Иваном Москвиным. Кто такой и что от него ждать-ожидать — вообще без понятия. У меня на компе про него ничего нет[3].

Так кто ж правил, после того как нагнали Сталина?

А фиг его знает!

Формально, страной управлял Совет народных комиссаров СССР (Совнарком, СНК) Правительство СССР, по Конституции — Правительство Союза Республик, высший коллегиальный орган исполнительной и распорядительной власти.

Однако после смерти Ленина, сменивший его на этом высшей государственной должности Алексей Иванович Рыков — как был в «реале» «ни рыбом, ни мясом» — так таковым и остался, уже в «альтернативной». Так… Вроде британской королевы — чисто чтоб «место» не пустовало, бумажки с гербом подписать, да на дипломатических приёмах присутствовать.

Рисунок 29. Председатель СНК СССР Алексей Иванович Рыков.

Фактически же, силой своего авторитета и былых заслуг перед партией, революцией и трудовым народом — правила как могла разношерстная группа «старых ленинских гвардейцев», находящиеся на различных должностях в партии и правительстве, формально не объединённых ничем.

Кроме членства в ВКП(б), конечно.

Бухарин, Луначарский, Ярославский, наш знакомец Богданов, Невский, Коллонтай, Томский…

«Все промелькнули перед нами, все побывали тут»!

Думаю, перечислять всех не стоит, да? Это ничего не даст в понимании «текущей реальности».

«Не может быть такого, — скажите, — потому что, так не бывает!».

«Вполне может быть, — отвечу, — и причём, без всякой исторической фантастики — уже бывало и не раз».

При монархии, такой «стиль» управления возникал тогда — когда на троне восседал недееспособный «помазанник»: малолетний Иван Васильевич или его умственно отсталый сынок Фёдор Иванович.

Ситуацию, также можно сравнить с самым поздним «Застоем» — когда «дорогой и уважаемый Леонид Ильич» Брежнев, уже ничего не соображал и следовательно — не принимал решений. Только рот на съездах открывал, да на Мавзолее мумию Ильича дублировал… А его соратники рулили его именем — ни за что персонально не отвечая при этом.

Кто конкретно страной правил?

А фиг его знает, может сама как-то управлялась? Божьим промыслом? На автопилоте?

Вот и, здесь — такая же шняга!

В газетах писали, даже подчас не поминая Рыкова: «Политбюро — то, Политбюро — сё…», «на пленуме решили, на пленуме постановили…».

В народе их метко окрестили «Семибоярщиной» и мы тому последуем, хотя численность этой правящей клики — никогда не равнялась «семи» и, вообще не была постоянной. Из этой группы — то вылетали с треском и скандалом, то снова в неё торжественно вступали.

Кстати, далеко не все «семибояр» — даже были членами ЦК или Политбюро, а не все члены этих структур — имели право рот открывать на этих «пленумах»!

Не знаю отчего (но подозреваю вследствие моих парижских «пророчеств» товарищу Иванову), но «Семибоярщина» — жутко боялась установления единоличной власти какого-нибудь «вождя», поэтому всех заподозренных в таких намерениях — беспощадно гноблила.

Говоря словами Льва Каменева:

«Товарищ Сталин не может выполнять роль объединителя большевистского штаба. Мы против теории единоначалия, мы против того, чтобы создавать вождя».

Поэтому всех трёх претендентов в вожди — Троцкого, Зиновьева и Сталина, они в свои ряды не допускали. В тех, в ком они видели хоть малейшую угрозу «бонапартизма» — с треском изгоняли из своих недружных, но сплочённых угрозой утраты власти, рядов.

Надо отдать должное, «Семибоярщина» — засучив рукава и, как это у нас водится — с три короба наобещав народу, за дело взялась было рьяно…

Из «Рабоче-крестьянской инспекции» (Рабкрин), был выделен «Высший партийный контроль» (ВПК) — взявшийся следить за моральным обликом партийных бонз. Тут же были вскрыты многочисленные коррупционные безобразия в наркоматах ВСНХ. Особенно поражала контрабанда, нецелевое использование средств и транспорта в Наркомате путей сообщения.

Положили на стол партбилеты около ста представителей кремлёвской элиты, другие были лишены постов и отправлены с понижением на периферию.

«Козлик», например, то бишь любитель балерин Калинин — отправился в родную Тверь Секретарём городского исполнительного комитета ВКП(б). Другой их «любитель» — Луначарский, был снят с должности Наркома просвещения и был направлен послом в Испанию.

Закончилось всё предсказуемо и довольно скоро — как это обычно и бывает при подобных компаниях по укреплению «облико-морале» элиты. Постепенно к «новой метле» приноровились: жалобщиков выявляли, затем подкупали — причём подкупали очень щедро и вовлекали в свою деятельность. В условиях ухудшения экономической ситуации — это было не так и сложно или дорого. Принципиальных же, переводили в отдалённые места службы и работы… Или, без всяких лишний затей — просто физически уничтожали.

К весне 1926 года, всё вернулось «на места своя» и, причём — с очень хорошо заметным ухудшением общего состояния в «кремлёвской больнице».

А как же спросите — съезды, партийные конференции?

Шли один за другим всю осень и зиму!

Вот только на них ничего не решалось: межфракционые склоки, идейный разброд и шатание…

Начав за здравие, заканчиваем «за упокой»!

«Семибоярщина», правильно определив исходящую угрозу — приостановила «Ленинские призывы» в ВКП(б), а среди уже принятых в партию «призывников» — начались чистки. И вот здесь, она стремительно начала терять популярность в народе.

И постепенно, как при позднем же «Застое» — началась медленная, почти незаметная — но уверенная стагнация верховной власти и распад СССР.

* * *

«Ремейк наоборот» Советско-китайского конфликта на КВЖД.

Пред угрозой интервенции блока НАТО по плану генерала Гофмана, в Кремле тоже решили поиграть мускулами — проведя широкомасштабные военные учения в районе Минска, с переброской из-под Москвы и Ленинграда двух кадровых дивизий и пробной мобилизацией на месте двух территориальных.

Наблюдающий за учениями командарм Август Иванович Корк, констатировал полный провал: из-за слухов о грядущей войне — у кадровых произошло массовое дезертирство, а