После трёх уже поздно - Масару Ибука

Масару Ибука

После трёх уже поздно

Вступление к английскому изданию

Если за добротой и благожелательностью, с которой написана эта книга, вы почувствуете и важность того, о чём она повествует, то, возможно, вместе с другими подобными книжками она совершит в ваших представлениях одну из самых великих и добрых революций в мире. И я искренне желаю, чтобы эта цель была достигнута.

Представьте себе революцию, которая принесёт самые замечательные перемены, но обойдётся без кровопролития и мучений, без ненависти и голода, без смерти и разрушений.

У этой самой доброй из революций есть только два врага. Первый — закоснелые традиции, второй — существующее положение вещей. Не обязательно, чтобы укоренившиеся традиции разбивались вдребезги, и древние предрассудки исчезали с лица Земли. Не надо разрушать то, что всё ещё может приносить хоть какую-то пользу. Но то, что сегодня кажется ужасным, пусть постепенно исчезнет за ненадобностью.

Теория Масару Ибука делает возможным уничтожение таких реалий, как невежество, неграмотность, неуверенность в себе, и, кто знает, может быть, принесёт, в свою очередь, уменьшение бедности, ненависти и преступлений.

Книга Масару Ибука не даёт этих обещаний, но проницательный читатель всё время будет иметь перед глазами такую перспективу. По крайней мере такие мысли рождались во мне, пока я читал эту книгу.

Эта удивительно добрая книга не делает ошеломляющих заявлений. Автор просто предполагает, что маленькие дети обладают способностью научиться чему угодно. Он считает, что то, что они усваивают без каких-либо усилий в 2,3 или 4 года, в дальнейшем даётся им с трудом или вообще не даётся. По его мнению, то, что взрослые осваивают с трудом, дети выучивают играючи. То, что взрослые усваивают со скоростью улитки, детям даётся почти мгновенно. Он говорит, что взрослые иногда ленятся учиться тогда как дети готовы учиться всегда. И утверждает он это ненавязчиво и тактично. Его книга проста, прямолинейна и кристально ясна.

По мнению автора, одним из самых сложных занятий для человека является изучение иностранных языков, обучение чтению и игре на скрипке или фортепьяно. Такими навыками взрослые овладевают с трудом, а для детей — это почти неосознанное усилие. И моя жизнь — яркое подтверждение тому. Хотя я пытался выучить целую дюжину иностранных языков, поскольку работал учителем на всех континентах, обучая детей, как из самых привилегированных слоёв общества, так и из самых низов, по-настоящему я знаю только родной язык. Я люблю музыку, но не умею играть ни на одном музыкальном инструменте, даже не могу как следует запомнить мелодию.

Чтобы наши детишки, подрастая, свободно говорили на нескольких языках, умели плавать, ездить верхом, писать маслом, играть на скрипке — и всё это на высоком профессиональном уровне, — нужно, чтобы их любили (что мы и делаем), уважали (что мы делаем редко) и предоставляли в их распоряжение всё то, чему мы бы хотели их научить.

Нетрудно представить себе, насколько мир будет богаче, здоровее, безопаснее, если все дети будут знать языки, искусство, основы наук прежде, чем достигнут подросткового возраста, чтобы затем использовать последующие годы для изучения философии, этики, лингвистики, религии, а также искусства, науки и так далее на более продвинутом уровне.

Нетрудно представить себе, каким был бы мир, если бы огромное желание детей учиться не притуплялось игрушками и развлечениями, а поощрялась и развивалось. Нетрудно представить себе, насколько лучше был бы мир, если бы голод познания трехлетнего ребёнка удовлетворялся не только Микки Маусом и цирком, но и произведениями Микеланджело, Мане, Рембрандта, Ренуара, Леонардо да Винчи. Ведь маленький ребёнок обладает безграничным желанием узнать всё, чего он не знает, и у него нет ни малейшего понятия о том, что плохо и что хорошо.

Какие же у нас основания доверять советам Масару Ибука? Что говорит в его пользу?

1. Он не специалист в теории образования, следовательно, не знает, что можно, а что нельзя: необходимое условие для совершения значительного прорыва в устоявшейся области.

2. Он, безусловно, гений. Начав свою деятельность в 1947 году, когда его страна была опустошена, он с тремя молодыми компаньонами и 700 долларами в кармане основал фирму, которую назвал «Сони». Он был одним из тех первопроходцев, которые подняли Японию из руин и отчаяния на уровень мирового лидера.

3. Он не только говорит, он делает. В качестве исполняющего обязанности директора Ассоциации раннего развития и директора организации «Обучение талантов» в Мацумото он в настоящее время даёт возможность тысячам японских детей учиться по той программе, которую описал в этой книге.

Масару Ибука предлагает изменить не содержание, а способ обучения ребёнка.

Выполнимо ли всё это или это розовые мечты? И то и другое. И я тому свидетель.

Я видел, как в Австралии плавают новорождённые дети супругов Тиммерман. Я слышал, как четырехлетние японские малыши говорили по-английски с доктором Хонда. Я видел, как совсем маленькие детишки выполняли сложные гимнастические упражнения под руководством Дженкинса в США. Я видел, как трехлетние дети играли на скрипке и на рояле с доктором Сузуки в Мацумото. Я видел трехлетнего ребёнка, который читал на трёх языках под руководством доктора Верса в Бразилии. Я видел, как двухлетние дети из Сиукса катались на взрослых лошадях в штате Дакота. Я получил тысячи писем от мам со всего мира с просьбой объяснить им те чудеса, которые происходят с их детьми, когда их учат читать по моей книге.

Я думаю, что предлагаемая книга — одна из самых важных книг, когда-либо написанных. И я думаю, что её должны прочитать все, живущие на Земле родители.

Глен Доман, директор Института развития потенциальных возможностей человека, Филадельфия, США.

Предисловие

С древних времён считается, что выдающийся талант — это прежде всего наследственность, каприз природы. Кода нам говорят, что Моцарт дал свой первый концерт в возрасте трёх лет или что Джон Стюарт Милл читал классическую литературу по-латыни в этом же возрасте, большинство реагирует просто: «Конечно, они же гении».

Однако подробный анализ ранних лет жизни и Моцарта и Милла говорит о том, что их строго воспитывали отцы, которые хотели сделать своих детей выдающимися. Я предполагаю, что ни Моцарт, ни Милл не были рождены гениями, их талант развился максимально благодаря тому, что им с самого раннего детства создали благоприятные условия и дали прекрасное образование.

И наоборот, если новорождённый воспитывается в среде, изначально чуждой его природе, у него нет шансов развиваться полностью в дальнейшем. Самый яркий пример — история «волчьих девочек», Амалы и Камалы, найденных в 1920-е годы в пещере к юго-западу от Калькутты (Индия) миссионером и его женой. Они приложили все усилия, чтобы вернуть детям, воспитанным волками, человеческий облик, но все усилия оказались напрасны. Принято считать само собой разумеющимся, что ребёнок, рождённый человеком, — человек, а детёныш волка — волк. Однако у этих девочек и в человеческих условиях продолжали проявляться волчьи повадки. Получается, что образование и окружающая среда, в которую попадает младенец сразу после рождения, скорее всего и определяет, кем он станет — человеком или волком!

Размышляя над этими примерами, я всё больше и больше думаю о том, какое огромное влияние на новорождённою оказывают образование и окружающая среда. Эта проблема приобрела величайшее значение не только для отдельных детей, но и для здоровья и счастья всего человечества. Поэтому в 1969 году я занялся созданием организации «Японская ассоциация раннего развития». Наши и зарубежные учёные собрались, чтобы в экспериментальных классах изучить, проанализировать и расширить применение метода доктора Шиничи Сузуки обучения малышей игре на скрипке, который привлекал тогда внимание всего мира.

По мере того как мы продвигались в своей работе, нам стало совершенно ясно, насколько порочен традиционный подход к детям. Мы привычно считаем, что знаем о детях всё, тогда как очень мало знаем об их реальных возможностях. Мы уделяем много внимания вопросу о том, чему учить детей старше трёх лет. Но согласно современным исследованиям к этому возрасту развитие клеток головною мозга уже завершено на 70–80 %. Не значит ли это, что мы должны направить свои усилия на раннее развитие детского мозга до трехлетнего возраста?

Раннее развитие не предлагает насильственное вскармливание грудных детей фактами и цифрами. Главное — введение нового опыта «вовремя». Но только тот, кто ухаживает за ребёнком изо дня в день, обычно это мама, может распознать это «вовремя». Я написал эту книгу, чтобы помочь этим мамам.