Эротические рассказы Рунета - Том 1 - Автор неизвестен Эротика и секс

А тем временем Ред, мой верный Ред, нерешительно опускал ладони на ее зад, который она от нетерпения подбрасывала вверх и с любопытством рассматривал что-то у нее между бедрами, которые эта проклятая фея все шире раздвигала… Да, ее непримерной величины клитор сводил с ума не одного мужчину…

Вся кровь мне бросилась в голову. Я знала, что еще несколько ударов ладонью и она кончит… Это было выше моих сил.

— «О нет! Этого не будет!»

Я подбежала к ним, схватила Реда за руку:

— Перестань бить! Сейчас же! Отпусти ее! Я так хочу!

Мой натиск был настолько стремителен, что Ред растерялся и отпустил Марию.

— Как хочешь… хорошо… А ты уходи!

Ред стал приподнимать с дивана Марию, которая по-прежнему лежала на нем животом вниз и чуть заметно, но сильно и судорожно сжимала и разжимала свои ягодицы и бедра. Она была на пороге оргазма. А может быть он у нее уже начался.

Я встряхнула ее за плечи, помогая Реду проводить ее до двери, вручила ей плетку и поправила сзади платье.

— Ну же, уходи! — понукала я ее.

У Марии дрожали колени, подгибались ноги, живот и бедра неестественно выгибались. Уходя она бросала на меня такой взгляд, что я поспешила отвернуться и закрыть за ней дверь.

Я вздохнула было спокойнее, но заметила немного растерянный вид Реда, прохаживающегося по комнате и сильно выпячивающиеся у него спереди брюк и… От возни с похотливой Марией он у него встал колом! Какой ужас!..

Был бы у меня под руками нож я, кажется, не задумываясь бросилась бы в след за ней, за Марией и…

Кое-как через некоторое время обоюдными усилиями инцидент этот был заглажен и забыт и мы легли в кровать. Но когда Ред брал меня его задумчивость, которую я подметила во время странной экзекуции над Марией, не покинула его, разговаривал он во время совокупления еще меньше, чем обычно, а вернее совсем молчал, но брал меня еще страстнее слаще и бесстыднее, чем обычно.

Изнемогая от похоти, я особенно задумывалась над всем этим, но неожиданно задыхаясь и прижав мне членом матку, Ред сказал:

— А ты… ты видела какой у нее клитор?… Как орган у мальчика.!! А!

И еще что-то он говорил о возможностях ее клитора… И странное дело, сжигавшая меня ревность, настолько усилила мою похоть, что я неожиданно для себя самой как-то сразу и быстро кончила. Ред это заметил, на минуты две он прекратил свои движения, не извлекая своего члена из влагалища, а затем вновь принялся прижимать меня членом к постели. И что же. Акт закончился у меня вторым оргазмом, да таким сладким, что я вопила и извивалась, как-будто распинаемся на кресте.

Прошло еще несколько дней и я почувствовала, если не поняла, что Ред был в моей власти. Однажды, когда после любовных игр мы лежали на кровати усталые, я без всякой подготовки спросила его прямо:

— Хочешь узнать, что было написано на этой бумажке?

Ред очень серьезно посмотрел на меня, долго молчал и, наконец, твердо сказал:

— Нет!

— Почему? — удивилась я, — ты же все время добивался этого.

— А теперь не хочу ничего знать! Эта проклятая бумажка еще наделает нам неприятностей.

Я повисла у него на шее и еле слышно прошептала ему на ухо:

— Давай от сюда убежим, Ред! А?… Вместе… Я ведь тебя так люблю. Денег у меня много, ты сам это говорил и мы заживем с тобой тихой, спокойной, счастливой жизнью, убежим, милый…

Ред очень долго молчал и мне стало страшно. Наконец он сказал:

— Я сам об этом думаю… Все время думаю. Но это очень сложно. У босса длинные руки и куча долларов. Он нас достанет из-под земли… А хорошо бы уйти… — мечтательно добавил он, — с моей маленькой мадемуазель.

Я плотно прижалась к нему и зашептала:

— Я знаю, куда нам уйти и там нас спрячут, хорошо спрячут… Слушай, вот что было на этой бумажке…

И я слово в слово рассказала ему содержание записки. Задумавшись Ред начал размышлять:

— Несомненно то, что «Хр» — это Хиросима, что «ИКГ» — это Иокогама, но это дает очень мало. То, что существует сильная, тайная организация «Мирные люди» я тоже знаю. А Ришар был членом этой организации… Что ж может быть, ниточка в наших руках. Посмотрим, попытаемся. Но расшифровать эту записку вряд ли нам удастся легко. Я это чувствую. Не исключено, что это пароль, а может быть девиз, а может быть указание кому-то на что-то. Сложно, очень сложно!

Остаток ночи мы с Редом обсуждали всевозможные планы побега, но ничего реального не могли придумать.

— Давай спать! — предложил Ред, — утром что-нибудь сообразим.

Несколько дней подряд мы ни о чем, кроме планов побега не могли думать и говорить. В конце концов Ред решил связаться с «Мирными людьми» о которых говорилось в записке.

К великому нашему несчастью, мы не знали и даже не догадывались, что каждое утро, когда я уходила завтракать, проклятый Хаяси прослушивал у себя магнитофонную запись наших с Редом разговоров!

Однажды ночью, когда усталые от любви мы с Редом крепко заснули, меня разбудил какой-то шум. Открыв глаза я не сразу поняла, что происходит, а затем просто окаменела от ужаса. Передо мной было злобное, ухмыляющееся лицо Хаяси и направленный на меня пистолет.

— Один звук и ты умрешь! — прошипел он.

А на полу… Боже мой!.. лежал крепко связанный, с тряпкой, во рту Ред. Вокруг него, тяжело дыша, стояло несколько японцев, а еще два натягивали ему на голову грубый мешок. Хаяси, не отводя от меня пистолета, снял с вешалки мой старый халат и бросил его мне.

— Одевайся, быстрее!

Он подошел к двери и распахнул ее. Японцы с трудом подняли Реда. Он глухо застонал. Один из японцев коротким, но сильным ударом по тому месту мешка, где находилась голова, заставил Реда умолкнуть. В дверях мелькнуло и тот час скрылось красивое, искаженное гримасой злорадства, лицо Мари и…

Дверь отворилась и вошла сестра… Увидев мои открытые глаза она улыбнулась…

— Как вы себя чувствуете. — голос у нее был приятный и нежный…

Она снова проверила мой пульс и сунула мне под мышку градусник.

— Почему я здесь. Что со мной случилось. — нетерпеливо спросил я.

Медсестра улыбнулась. Положительно, это была очень симпатичная японка.

— Не так много вопросов сразу!

Она говорила по-английски с легким акцентом, смешно выговаривая грудные слова. Мне она нравилась. Надо попытаться привлечь ее к делу. Может пригодиться…

— Вы не ответили на мой вопрос, — капризно сказал я, — можете говорить по японски. Я немного понимаю…

Польщенная девушка улыбнулась.

— О… господин…

— Меня зовут Анри. Анри Ландаль…

— Я знаю, — сказала девушка и покраснела.

— А как вас зовут? — спросил я в свою очередь, переходя на японский язык.

— Кито…

— Кито-сан… Вы очень хорошая девушка и очень красивая…

Сестра покраснела от удовольствия и поклонилась…

— Вам нельзя много говорить, господин, — сказала она…

— Анри, — поправил я.

Девушка замялась и повторила.

— Господин Анри, доктор запретил…

— Хорошо, Кито-сан, еще только пару вопросов, — и не давая ей опомниться, я быстро спросил:

— Давно я здесь?

— Четыре дня.

«Здорово же меня отделали» — подумал я.

— Что со мной произошло?

— Вас ранили.

— Куда? — нетерпеливо спросил я.

— В спину.

Лицо у девушки было испуганное.

— Неужели?

— Да, и рана очень опасная. Вам нельзя разговаривать.

— Как я сюда попал?

— Вас привезли.

— Кто? — нетерпеливо спросил я.

Девушка замялась…

— Кто?

— Полиция… Но вам…

— Еще один вопрос моя милая Кито-сан, и я буду нем как рыба. Что это за больница?

— Это военный госпиталь, — после некоторого колебания ответила она.

— Он охраняется?

Девушка отвернулась.

— Кито-сан очень прошу вас ответить на мой последний вопрос.

Девушка испуганно посмотрела на меня и прошептала:

— В коридоре стоит часовой.

Все ясно… Конечно, так и должно быть. Неприятности, как из рога изобилия.

— Большое вам спасибо, Кито-сан! Дайте вашу руку.

Она нерешительно протянула мне свою маленькую, как у девочки, руку. Я с трудом поднес ее к своим губам и поцеловал.

Кито испуганно отдернула руку и покраснела. Она была очень хороша в этот момент.

— Так нельзя, господин…

— Анри, — перебил я ее…

— Анри… — повторила она чуть слышно. — Мне очень попадет, если узнают, что я отвечаю на ваши вопросы, — шепотом добавила она.

Я одобряюще улыбнулся и прижал палец к губам…

— Могила! — подмигнул я ей…

Она уже улыбалась.

Я вспомнил, что очень голоден и жалобно взмолился:

— Надеюсь меня лечат не для того, чтобы уморить с голоду.

Кито засуетилась. Ее приветливое лицо приняло заботливое выражение и она, поклонившись, вышла…

«Пожалуй, она пригодится. Хороша девчонка». — подумал я. Во мне проснулось желание. Мысленно я раздевал Кито, и разглядывал ее нагую. Когда я представил ее на коленях с раздвинутыми бедрами и высоко поднятым задом у меня началась эрекция члена, правда, еще слабая и неполная, но такая приятная, что на минуту я забыл мучивший меня голод.