Эротические рассказы Рунета - Том 1 - Автор неизвестен Эротика и секс

— Его проблемы, — равнодушно пожала я плечами.

Георг скривился.

— Иди спать. Немедленно.

Я с удивлением посмотрела на него. Георг не собирается меня наказывать?

— И не смотри на меня так. Я вовсе не собираюсь забывать это. Но сейчас — иди спать.

Георг выглядел как-то странно. Он словно осунулся и стал ниже ростом.

— Иди, Кира, иди…

Заснула я быстро. И всю ночь мне снились зеленые глаза Тимо.

Сейчас я был на концерте «Мoral Limit». Я поражен. Ребята выкладывались по полной программе, энергия из них буквально била ключом. Каждая песня звучала так, словно исходила из глубин их душ. Красивый голос Киры моментально заводил публику, заставляя каждого зрителя подпевать мелодичным песням. В зале огромного крытого стадиона пели все. Я сам не раз ловил себя на том, что напеваю очередную композицию.

— Привет! — Кира, приподнявшись на стуле, радостно улыбнулась мне, когда я пришёл к ним в гримерку после окончания концерта.

— Добрый вечер! Вы сегодня хорошо выступили.

— Мы всегда хорошо выступаем, — резко сказал Георг, пристально глядя на меня. Почему-то он меня невзлюбил, я еще вчера это заметил.

— Я не сомневаюсь, — я улыбнулся, стараясь разрядить обстановку. Кира расплылась в очаровательной улыбке.

— Не обращай внимания, Георг просто устал. Правда, Георг? — Кира повернулась к брату и пристально посмотрела на него. Георг фыркнул и вышел из гримерки, жестом головы позвав за собой своего телохранителя.

— Прости, — расстроенно проговорила Кира.

— Ничего, — пожал я плечами. — Может, поедем куда-нибудь, выпьем? Или ты останешься на after-рartу?

Кира, похоже, задумалась, склонив голову чуть назад и потирая изящной рукой длинную белую шею.

— Ну, поехали, — Кира чуть прикусила губу и посмотрела на меня снизу вверх, захлопав длиннющими ресницами. — Только я несовершеннолетняя, — предупредила она, поднимаясь со стула.

— Я же не собираюсь тебя спаивать! — засмеялся я, и мы в сопровождении телохранителя уселись в такси.

Всю дорогу Кира посматривала на меня, хихикая каждый раз, когда я перехватывал её любопытный взгляд. Почему-то мне совсем не верилось, что ей уже восемнадцать.

— Я слышала, ты хочешь жениться на Эмме, — прервала она затянувшееся молчание.

— Да, а что?

— Ничего, — пожала плечами Кира. — Просто… Ты такой весь из себя идеальный: умный, воспитанный, красивый…

— Ты считаешь, что Эмма мне не подходит? — сразу вспыхнул я.

— Нет, конечно, — рассмеялся Кира. — Если ты не заметил, я только что сделала тебе комплимент, а не пыталась посмеяться над твоей невестой.

— Прости, — смутился я. — Просто меня все пытаются убедить, что Эмма мне не пара, — я вздохнул. Только потом до меня дошел смысл сказанного Кирой: — Ты действительно считаешь меня…

— Конечно, — не дала мне договорить Кира. — Ты идеальный. Хотя, я ничуть не хуже, — и она, смеясь, показала мне язык.

В этот момент Кира выглядела совсем девчонкой. И я, вспомнив поручение отца, помрачнел. Неужели мне придется стать ниточкой, за которую «Юниверсал» будет дергать эту незаурядную девушку? Неужели мне придется делать из неё марионетку?

Я вспомнил мою милую, добрую Эмму, всегда учившую меня поступать правильно.

«Ну уж нет», — мысленно возмутился я. — «Не получится у вас ничего. Она — личность. Она — особенная. И вы, богатые дяди, эксплуатирующие чужой талант, не получите своего. Уж я-то об этом позабочусь».

В квартире было удручающе пусто. Я слонялся из угла в угол, сам себе напоминая загнанного в клетку зверя. Может, было бы лучше остаться на вечеринку и напиться? Или подцепить какую-нибудь девицу…

Я рухнул на кровать, пустым взглядом уставившись в потолок. Ну почему меня так беспокоит «свидание» Киры с этим Тимо? Может, на этот раз мы перегнули палку? Зачем нам понадобилось спорить на этого «идеального» парня?

Звук поворачивающегося в замке ключа заставил меня подскочить на кровати.

— Кира?

Она была бледной и какой-то растерянной. Я уже давно не видел сестру такой.

— Что-то случилось?

Кира посмотрела на меня и скривила губы в своей обычной ухмылке. Растерянность и беззащитность моментально исчезли, и я даже засомневался, были ли они когда-то вообще.

— Ничего, достойного твоего внимания, о Георг, мой великий господин! — издевательски пропела Кира, снимая с себя куртку.

— Как продвигаются отношения с Тимо?

— Все замечательно, — Кира кинула дорогую куртку прямо на пол. Она никогда не знала цену вещам. — Мы с ним уже чуть ли не лучшие друзья. Еще немного — и он будет ползать у меня в ногах.

— Значит, ты думаешь, что месяца тебе хватит? — я скептически посмотрел на неё. Кира была прекрасна, её сексуальности невозможно было противиться, но несколько разговоров с Тимо заставили меня засомневаться в этом.

— Разумеется, — холодно ответила Кира, снимая с себя блузку. При виде засосов на её спине я кое о чем вспомнил.

— Вчера ты провинилась.

Кира резко развернулась, в её глазах промелькнул едва заметный страх. Неужели она настолько боится наказания?

— Что, опять отымеешь меня вибратором? — с издевкой спросила она, скрывая под грубостью смущение.

— Нет уж, — усмехнулся я. — Помнится, тебе это даже понравилось. Какой смысл в наказании, если оно в удовольствие?

Кира отвернулась. По её напряженным плечам я понял, что мои слова её задели. Она, конечно, не раз говорила мне, что ей нравится быть и чувствовать себя шлюхой, но в тот раз я действительно сильно её унизил. И это ей понравилось. Понравилось настолько, что она даже испугалась этого.

— Потому в качестве компенсации за моральный ущерб я потребую ночь любви, — я развернул Киру лицом к себе и, приблизившись к её уху, нежно прошептал. — Любви, а не секса.

Кира вздрогнула и хотела мне что-то сказать, но я заткнул её поцелуем. Не страстным и яростным, не собственническим, а очень нежным, почти любовным. Наверное, я так целовал бы свою девушку, если бы она у меня была. И если бы я мог любить.

Я осторожно подтолкнул Киру к стене и, крепко обняв за талию, углубил поцелуй, лаская изнутри её сладкий рот. Руки сами собой пролезли под тесные джинсы и осторожно сжали напряженные ягодицы. Кира выгнулась и протяжно застонала.

— Не здесь, — тихо прошептал я и, подняв её на руки, понес в спальню.

Положив Киру на кровать, я отстранился и посмотрел на неё. Она лежала, закрыв глаза, на её лице было какое-то страдальческое выражение. Прерывистое дыхание легкими толчками вырывалось из её приоткрытых накрашенных губ. На бледных щеках выступил нежный румянец.

Я закрыл глаза, и по моим щекам скатились две слезинки. Сейчас Кира выглядела точь-в-точь так же, как и в нашу первую ночь. Тогда она еще не была такой ненасытной и умелой шлюхой, как сейчас.

Кира, что же ты с собой сделала? Что мы оба с собой сделали?

Я покрывал её нежную кожу мягкими поцелуями, от которых Кира морщилась, словно от ударов. Она выгибалась и стонала, выпрашивая более сильных ласк, которых я не мог дать ей. Не сейчас.

Сняв с Киры джинсы, я как-то робко развел в стороны её ноги. Кира покраснела еще сильнее и приоткрыла глаза.

— Чего же ты ждешь? — тихо спросила она. — Трахни меня.

Я помотал головой. Нет, Кира, я тебя не трахну. Не сегодня. Я займусь с тобой любовью. И это будет худшим наказанием для тебя — показать то, чего ты лишилась.

Моя жестокость порой поражает даже меня самого.

Дотянувшись до прикроватного столика, я взял тюбик какого-то крема и обильно смазал пальцы. Кира любит жесткий секс без смазки и подготовки… но сегодня все будет так, как захочу я. И я с каким-то садистским удовольствием долго и нежно растягивал её, не обращая внимания на её гортанные стоны и просьбы «Еще!..», «Сильнее!..»

Когда я почувствовал, что она уже почти на грани, я медленно и очень осторожно вошел в её содрогающееся и извивающееся тело.

— Сильнее, — громко застонала Кира.

Но я лишь замедлил движения. Я брал её очень нежно, любя, осыпая влажную кожу груди и живота бесконечными поцелуями. Кира стонала, словно от боли, и шептала:

— Нет, нет… сильнее! Прошу тебя…

Обычно Кире было достаточно чьего-то большого твердого члена в попке, чтобы кончить. Но сегодня все было иначе. Её болезненные стоны резали мне слух, и я заткнул её рот глубоким, нежным поцелуем.

Кончили мы одновременно.

Я бережно обтер её простыней и, обняв пышущее жаром тело, лег рядом.

— Никогда больше так не делай, — дрожащим голосом сказала Кира, отворачиваясь от меня. — Никогда, ты понял?

— Никогда, — согласился я, поглаживая её плечи.

Впервые за долгие годы она заснула на моих руках. А я долго не мог погрузиться в сон, вспоминая, как же мы с ней ступили на этот путь…