Горцы - Зарема Ибрагимова

При изготовлении оружия мастера использовали в своем творчестве, с одной стороны, стилевые особенности форм других национальных традиций, с другой стороны-иностранные материалы, в первую очередь клинки. Так, мастера-оружейники из Златоуста виртуозно украшали русскими узорами шашки и кинжалы, имевшие формы, традиционные для Северного Кавказа. Таких примеров творческой переработки традиционно сложившихся форм можно привести немало14. В настоящее время в парижском Музее Армии можно увидеть образец кавказской шашки с надписью: «Кавказская шашка, принадлежавшая капитану Розену, адъютанту генерала Меншикова, позже Горчакова во время осады Севастополя. Розен отдал эту шашку капитану Вансону в лагере Камеш после окончания военных действий в апреле 1856 года. Дар генерала Вансона»15

С завершением Кавказской войны производство горского оружия, прежде всего огнестрельного, сокращается. Впервые меры по ограничению распространения вооружения на Кавказе среди горских народов были приняты во время Кавказской войны. В высочайше утвержденных «Правилах для таможенного надзора по Кавказской линии» от 13 марта 1835 г. точно определялось, какие из видов вооружения запрещалось пропускать к горцам по всей Линии. Оружие и боеприпасы для армии, а также холодное и огнестрельное оружие, в небольших количествах находящиеся при приезжающих из России, пропускалось через Кавказскую линию только в городах Екатеринодаре и Кизляре. Частным лицам и нижним чинам запрещалось провозить через Кавказскую линию свыше положенного комплекта патронов16.

Помимо преследования властей свою роль сыграло всё более широкое распространение скорострельного оружия российского и иностранного производства. У Лаудаев приводит несколько названий для огнестрельного оружия, свидетельствующих о его происхождении: «Из ружей преимуществуют мажартоп, – вероятно, венгерские; ценятся также ружья, называемые грыме (крымские) и бахчисарай. Из пистолетов славятся вендит, или венецианские; перенг, или французские; генже, получившие название от пистолетов из Генуи»17. Итак, огнестрельное оружие в значительной мере было привозным из Европы (французское, итальянское и др.). В годы Кавказской войны горцы получали современные нарезные английские ружья через посредство Турции и отдельных перекупщиков. С помощью этих «заграничных» поставок они поражали русских военных с расстояния 500–600 метров18. Со временем в Чечне стало преобладать только холодное оружие, являвшееся незаменимым атрибутом национального костюма19.

Большими достоинствами отличалась кавказская винтовка. Прежде всего, она была очень лёгкой. Горцы раньше, чем было усовершенствовано русское пехотное ружьё, дали своему ружью нарезы и достигли этим дальнобойности, поэтому кавказская винтовка, при особом устройстве прицела, далеко превосходила русское солдатское ружьё (до введения штуцеров). Оригинальными были и кавказские пистолеты с хитроумными приспособлениями для многозарядности, изобретёнными раньше, чем европейский револьвер барабанной системы. Интересно отметить, что некоторые кавказские пистолеты имели ложи, по форме напоминающие ружейные20. Случалось, что за ружье или шашку платили двести баранов, или столько же рублей21. По свидетельствам старожилов, чеченцы добывали свинец на руднике близ селения Хакмадой. По некоторым данным чеченцы делали порох, извлекая селитру из некоторых трав22. Помимо военных целей свинцовые пули использовались чеченцами в различных обрядах в качестве жертвоприношения в местных святилищах. В склепах нередко находят свинцовые пули-в кожаных мешочках, в кисетах, которые прикреплены к поясам умерших23.

Пули горцев, сделанные в большинстве случаев из сплава свинца и меди, имели малый калибр (иногда размером с горошину) и, благодаря высокой скорости полета, «прошивали» мягкие ткани, не нанося тяжелых повреждений противнику. Имелось много примеров, когда солдаты с прострелянными руками и даже ногами совершали длительные переходы. После и даже во время боя горцы осматривали деревья и выковыривали из-под коры застрявшие там пули. Самодельный порох горцев был очень гигроскопичен и не мог применяться в сырую погоду, поэтому его смешивали с «русским», который добывался всеми правдами и неправдами. Лакомой добычей были патронные сумки павших солдат, а также фуры с боеприпасами24.

Д.А. Милютин принимал непосредственное участие в боевых действиях на Кавказе и имел возможность ознакомиться с действиями кавказских войск и убедиться в несовершенстве их тактики. Тут не было того превосходства, которого следовало ожидать от «европейского регулярного войска», победившего армию Наполеона, над «неустроенными толпами вооруженного населения». Напротив, по его мнению, превосходство часто оказывалось на стороне горцев. Это объяснялось не только хорошо знакомой им и удобной для обороны местностью, умением приспосабливаться к ней, хорошим качеством огнестрельного и холодного оружия, но и меткостью ружейного огня противника25. Генерал-майор А.Ф. Сорокин также отмечал, что «…Горцы владеют оружием с особенною, только им свойственною ловкостью»26. У крепости Грозной и в районе села Гехи чеченцы использовали не только ружья, но и пушки. Горские пушки были вполне приспособлены к местным условиям, имели относительно небольшой вес и не уступали русским орудиям по дальности стрельбы. Горцы очень умело, и весьма результативно использовали свою артиллерию27.

Отсталость отечественной военной промышленности, с одной стороны, и отсутствие средств для приобретения новых видов вооружений за границей-с другой, сильно тормозили дело перевооружения и помешали Милютину добиться сколько-нибудь существенных результатов в этой области. Ему приходилось непрерывно бороться с Министерством финансов, отстаивая требуемые им ассигнования на перевооружение армии, причем министр никогда не получал требуемых сумм. Большим препятствием, по словам Милютина, было «вмешательство в это дело, под эгидой наследника цесаревича, людей неспециальных, вовсе не знакомых с техникой оружейного дела и взявшихся за переделку наших ружей по какой-то случайно попавшейся им в руки неиспытанной системе». Вокруг наследника увивались различные дельцы только с одной целью: как бы побольше нажиться на поставке оружия, предлагая закупать вооружение в Европе. Милютин же придавал большое значение развитию отечественной военной промышленности, понимая, что только она может обеспечить армию в мирное и тем более в военное время. В одной из своих резолюций относительно приобретения ружей за границей военный министр писал: «Россия-не Египет, чтобы ограничиться покупкой ружей за границей на всю армию. Мы должны устроить свои заводы для изготовления в будущем наших ружей.»28.

В ходе реформ 60-70-х годов XIX века были выработаны основополагающие принципы снабжения армии артиллерийским вооружением и боеприпасами. Они сводились к следующему: к иностранным заказам прибегать только в исключительных случаях, опираясь, прежде всего, на отечественного производителя; наряду с казенными заводами по производству артиллерийского вооружения и боеприпасов должны существовать и частные. При этом казенные предприятия должны служить «регулятором-конкурентом» для частных, школой для накопления специалистов. Не менее 60–70 % заводов, производивших вооружение, и от 80 до 100 % занятых производством боеприпасов должны были контролироваться государством, т. е. быть казенными. Размещение заказов на снаряды за границей в интересах государственной безопасности запрещал Государственный Совет, к зарубежному производителю прибегали только в случаях ведения войны29.

Перевооружение позволило Кавказской армии вести борьбу равноценным оружием. Офицер 82-го Дагестанского пехотного полка писал, что после пленения в 1859 г. Шамиля среди горцев распространилась идея, что «русские водят дружбу с чертями». Сталкиваясь со своим противником на базаре, горцы пытались выяснить, откуда появились «ружья, которые бьют так далеко, а главное, такою большою пулею, в которой есть и свинец, и куски железа (горные орудия)». Подобная пуля, по утверждению горцев, попадая в руку, ломала кость. Если прежних ружей горцы не боялись, т. к. солдаты из них стреляли очень плохо, особенно после дождя, то после перевооружения русской армии положение горцев значительно усложнилось30.

Кавказ на протяжении многих лет был для русской артиллерии военным полигоном, где отрабатывались тактические приемы, и испытывалось новое оружие31. В 1830 г. на Кавказе началось формирование постоянных частей горной артиллерии. В 1838 г. на вооружение армии были приняты первые горные орудия специальной разработки-% пудовый (122 мм.) единорог и У пудовая мортира (на Кавказе испытывались с 1834 г.). В 1834 г. начальник артиллерии Кавказского корпуса генерал Г.Ф. Козлянинов писал: «…артиллерия нового устройства служит с пользой; она открыла пути в неприступные места, где никогда не была бы нога без ее содействия; а во многих случаях спасла отряды и самих отрядных начальников…»32. В 1840 г. были введены картечные гранаты, изобретенные в 1803 г. английским генералом Шрапнелем; в 1844 г. утверждены новые правила для вооружения крепостей; в 1845 г. получили новую организацию бригады кавказской артиллерии и учреждены особые горные роты. При Михаиле Николаевиче (наместнике на Кавказе), началась усиленная деятельность по артиллерийскому перевооружению. С 10 августа 1860 г. в армии стали использовать нарезные пушки, заряженные цилиндрическими гранатами33.