Прибалтика и геополитика. 1935-1945 гг. Рассекреченные документы Службы внешней разведки Российской Федерации - Лев Соцков

Прибалтика и геополитика. 1935–1945 гг

Рассекреченные документы Службы внешней разведки Российской Федерации

(составитель Л. Ф. Соцков)

От составителя

Настоящий сборник содержит в себе рассекреченные Службой внешней разведки Российской Федерации документы, относящиеся к событиям вокруг Прибалтики в предвоенные годы и в период Великой Отечественной войны. Они освещают эволюцию в подходах государственных деятелей ведущих стран антигитлеровской коалиции к оценке роли этого региона с точки зрения противодействия агрессивной политике фашистской Германии, обеспечения безопасности Советского Союза и соблюдения национальных интересов США, Великобритании и СССР.

Публикуемые материалы полезны для понимания геополитических и военно-стратегических реалий сложнейшего для СССР и его западных союзников времени. Осмысление этих реалий и сегодня имеет большое значение для поддержания стабильности в мире.

Зафиксированные в документах и высказываниях влиятельных государственных деятелей выводы и аргументы интересны в плане объективного исследования побудительных мотивов и скрытых механизмов принятия важнейших политических решений во имя достижения главной цели – уничтожения нацизма. Не меньший интерес представляют также отраженные в документах вопросы послевоенного устройства мира.

Представленные в сборнике документы соответствуют оригиналам, в них сохранены стиль, орфография и основные элементы оформления первоисточников.

Составитель посчитал уместным предварить издание краткими пояснениями.

Прибалтика и Рейх

15 сентября 1938 г. в баварской резиденции А. Гитлера «Бёрхтесгаден» состоялась встреча рейхсканцлера Германии с премьер-министром Великобритании Н. Чемберленом. Заканчивалась отработка сценария удовлетворения притязаний немцев на Судетскую область и расчленения, а затем и ликвидации Чехословакии как самостоятельного государства. Все, по мнению английского премьера, складывалось наилучшим образом – надежда направить гитлеровскую агрессию на Восток, казалось, сбывается. Главное, считали в Лондоне и Париже, чтобы Германия ввязалась в войну с Советским Союзом, а там видно будет. Это потом Мюнхенский сговор назовут преступлением, осудят политику умиротворения агрессора, а пока собеседники уточняли план действий.

Когда англичанин спросил фюрера, не возникнут ли у Германии новые территориальные притязания, тот ответил, что все, мол, в порядке: Судеты он берет себе, Тешин отдает полякам, из Словакии делает дружественное государство, на оставшиеся от этого пасьянса Богемию и Моравию распространялся германский протекторат. Что же касается еще одной населенной немцами территории – Мемеля, то, по словам фюрера, пока он был удовлетворен существующим положением вещей.

Однако на самом деле страны Балтии интересовали имперский Берлин как с политической, так и сугубо военной точки зрения. Этот регион виделся отличным плацдармом для развертывания сил вермахта в предстоящей войне с Советским Союзом. Имелось в виду, что существующие в странах Балтии режимы полностью ориентированы на Германию и будут действовать в русле германских интересов. Полученные внешней разведкой документы иностранных миссий и Министерств иностранных дел Эстонии, Латвии, Литвы и Финляндии указывали на конкретные фигуры политических верхов, являвшихся проводниками прогерманской линии. Наблюдатели из числа дипкорпуса относили к числу германофилов и президента Латвии К. Ульманиса, и министра иностранных дел В. Мунтерса. Сообщалось о тесных личных контактах с немцами президента Эстонии К. Пятса и командующего эстонской армией генерала Й. Ляйдонера. В одном из спецсообщений разведки указывалось, что президент Эстонии и главком уверены в том, что немцы оккупируют их страну. Именно в этом контексте рассматривались поездки начальника эстонского Генштаба в Берлин. Из Литвы загранаппарат информировал о том, что мемельские немцы ведут интенсивную работу по подготовке присоединения этой области к Германии.

Тем не менее нельзя не отметить, что, в частности, Мунтерса в 1939 г. приглашали в СССР для беседы на высшем уровне, чтобы убедить в необходимости принятия адекватных нависшей угрозе потери независимости мер. Для конфиденциальных консультаций в Москву приезжали начальники генеральных штабов всех трех прибалтийских стран, хотя по линии разведки и поступали сведения о том, что в случае вторжения германской армии в Прибалтику военное руководство и политическая верхушка региона настроены на капитуляцию.

Прибалтика занимала вполне конкретное место в планах германского командования, и политическое руководство СССР стремилось минимизировать угрозу, поскольку в неизбежности войны сомневаться не приходилось. О подготовке нападения на Советский Союз говорили агентурные сообщения, поступавшие от военной и внешней разведок, вопрос был лишь в том, какой момент для этого изберет гитлеровская Германия.

В проекте директив по действиям германских властей на подлежащих оккупации восточных территориях (этот проект был представлен фюреру рейхсминистром А. Розенбергом еще до нападения на Советский Союз) предусматривалось образование на Востоке пяти генерал-губернаторств. Эстония, Латвия и Литва мыслились в составе одного из них под названием Остланд. На совещании нацистского руководства в июле 1941 г. фюрер подчеркнул, что «вся Прибалтика должна стать областью империи».

Последней надеждой сформировать коалицию держав для противодействия германской агрессии стали предложения советского правительства Великобритании и Франции заключить соглашение о взаимопомощи, оформив обязательства сторон по использованию вооруженных сил в конкретных направлениях ответственности: СССР – на Восточном, Великобритании и Франции – на Западном фронтах. Однако британское и французское правительства, подписав Мюнхенское соглашение 1938 г. и сделав таким образом ставку на сговор с Гитлером, сорвали Московские переговоры по этому вопросу.

Единственно доступной мерой самообороны, призванной оттянуть войну, выиграть время для реорганизации и дово оружения Красной Армии, для Советского Союза стало заключение договора о ненападении с Германией 23 августа 1939 г. В результате мы получили передышку почти в два года и главное – Вторая мировая война возникла вопреки стараниям архитекторов Мюнхена не на Востоке, а на Западе.

В 1939–1940 гг. в странах Балтии – Эстонии, Латвии и Литве – произошли события, которые противоречиво оцениваются вплоть до настоящего времени. Публикуемые документы государственных ведомств союзников Советского Союза по антигитлеровской коалиции – Великобритании и США – дают, как представляется, достаточно объективную оценку шагов советского руководства по обеспечению безопасности СССР и противодействию гитлеровской агрессии. При этом надо учитывать, что речь идет о секретных документах, предназначенных для узкого круга лиц и рассматривавших проблему Прибалтики исключительно под углом зрения военно-политических реалий того сурового времени, когда в противоборстве с Третьим рейхом решался вопрос кто кого. Знакомство с документами предоставляет историкам дополнительную возможность взглянуть на драматические коллизии конца тридцатых – середины сороковых годов глазами государственных деятелей, взявших на себя тяжелую и ответственную миссию избавления человечества от нацизма.

Секреты «Форин Офис»

Назначенный послом Великобритании в СССР Р. С. Криппс прибыл в Москву в мае 1940 г. Именно с этого момента ему довелось наблюдать и оценивать события в странах Балтии – конечно, под углом зрения британских интересов. Противоборство Великобритании и Германии только разворачивалось, но перспектива для англичан была далеко не радужной.

Через неделю после подписания договора о ненападении между Германией и Советским Союзом вторжением вермахта в Польшу началась Вторая мировая война. Британия оказалась в морской блокаде, подвергалась бомбардировкам германской авиации, в короткие сроки немцы захватили Норвегию, Данию, Бельгию, Нидерланды, Люксембург, оккупировали Францию.

В мае 1940 г. после отставки Н. Чемберлена правительство Великобритании возглавил лидер Консервативной партии У. Черчилль – именно его кабинет и надлежало информировать Криппсу. Следует сказать, что в тридцатых годах Криппс занимал ключевые посты в Лейбористской партии. В политических кругах высоко оценивалась его правовая компетентность. Однако в январе 1939 г. за призыв к созданию единого фронта всех левых организаций, включая коммунистические, деятельность которого была бы направлена на активное противодействие германскому фашизму, он был временно исключен из партийных рядов (восстановлен в марте 1945 г.). В октябре 1942 г., после завершения миссии в Москве и короткого пребывания в Индии, он был назначен министром авиационной промышленности и на этом посту оставался до конца войны.