Журнал Наш Современник 2007 #7 - Журнал Современник

Свой вклад в нагнетание истерии внесла американская печать, жестко координирующая свои публикации с официальными кампаниями (а нам-то всё вещают о "свободной прессе"!). Газета "Лос-Анджелес таймс" сообщила, что ее сотрудники в течение трех месяцев занимались изучением иранской ядерной программы. Они пришли к выводу, что "коммерческая ядерная программа призвана лишь маскировать планы Тегерана стать очередной ядерной державой". Газета била тревогу: "Иран упорно и быстро продвигается к тому, чтобы иметь возможность для создания ядерного оружия" (цит. по: "Вестник Online").

В начале 2003-го Иран признал, что занимается обогащением урана - в научных целях и в небольших количествах. В Натанзе, на который указывали американцы, установлено 100 центрифуг (для промышленного производства высокообогащенного урана нужны т ы с я ч и). Другой объект - Арак является заводом по производству тяжелой воды.

Международное агентство по атомной энергии (МАГАТЭ) сразу же потребовало допустить своих инспекторов на оба объекта. Иран отказал. Однако уже в конце 2003 года правительство Хатами уступило давлению и подписало дополнительный протокол к Договору о нераспространении ядерного оружия, дающий право специалистам МАГАТЭ проверять любой иранский объект. В Натанзе, а также в ядерном научном центре в Исфахане были установлены "десятки камер, направленных на каждый элемент оборудования и каждый контейнер, содержащий уран" (NEWSru.com).

Подписанию дополнительного протокола предшествовали драматические события. Видимо, Хатами не зря называли "иранским Горбачевым". Процессы разложения при нем зашли так далеко, что один из высших чиновников, занимавшихся ядерной программой, представитель Ирана при МАГАТЭ Али Салехи публично - через прессу - призвал правительство согласиться на более тщательную инспекцию ядерных объектов. Обозреватели отмечали: "Призыв государственного иранского чиновника к собственному правительству - событие из ряда вон выходящее. По-видимому, раскол между "муллократами" и "реформаторами" в Иране достиг такого уровня, что разногласия между теми и другими уже выплескиваются на страницы государственной прессы" ("Вестник Online").

Между тем инспекторы МАГАТЭ, тщательно проверив ядерные центры, вынуждены были признать: "К настоящему времени не удалось обнаружить свидетельство того, что декларированная Ираном ядерная программа и наличие у него ядерных материалов имеют отношение к производству ядерного оружия". Если перевести этот корявый канцелярит на нормальный русский язык, получится: Иран - чист! Кстати, все последующие инспекции дали тот же - нулевой - результат.

Но читатели, наверное, обратили внимание на коварную бюрократическую оговорку в докладе: "к настоящему времени". Международные ищейки вцепились в страну. Они приготовились терзать ее снова и снова. Как это происходит и что из этого получается, мы знаем на примере Ирака: инспекторы денно и нощно обследовали "подозрительные", а проще говоря, военные объекты, собирая информацию, которую затем передавали США. Необходимость "более детальных" проверок стала одним из поводов для вторжения в Ирак. А когда мифическое оружие массового уничтожения так и не было обнаружено, инспекторы благородно развели руками: "Извините, обознались!"

Вот и в случае с Ираном наблюдатели признают: "Большая часть того, что американской разведке известно о ядерной программе Ирана, исходит от инспекторов МАГАТЭ" (NEWSru.com). Ничего противозаконного обнаружить не удалось, но на оперативных картах Пентагона наверняка появились точнейшие координаты иранских ядерных объектов.

Показательно, уступчивость Хатами не только не смягчила, но еще более ужесточила позицию Запада. Добившись права инспекции любого объекта, он потребовал от Ирана взять обязательства по бессроч-н о й остановке программы обогащения урана. Хатами снова завибрировал: сначала отказал, а затем принял ультиматум.

Как далеко зашел бы в своих уступках безвольный президент, можно только догадываться. Но летом 2005-го его сменил Ахмади Нежад. Через месяц после его избрания министры иностранных дел "евротройки" (Великобритания, Франция и Германия) предъявили Тегерану очередной ультиматум: возобновление работ по переработке урана будет означать конец переговоров. Ахмади Нежад не дрогнул: через четыре дня пломбы с ядерного центра в Исфахане были сняты. На с л е д у ю щ и й день в Вене состоялось экстренное совещание МАГАТЭ, где было объявлено о нарушении Ираном Парижских соглашений - тех самых, к которым Запад принудил Хатами.

Оцените оперативность и масштабность ответа: в Исфахане расположен всего-то учебно-исследовательский центр с маломощным реактором, построенным без малого 30 лет назад. Какую опасность представляло возобновление его работы? Но Запад явно хотел проучить молодого президента. Через месяц Совет управляющих МАГАТЭ принимает решение о возможности передачи "иранского досье" в Совбез ООН. Путь, ведущий к карательным мерам, был открыт.

Иран предпринимает ряд изобретательных маневров. С одной стороны, Ахмади Нежад срывает пломбы с других ядерных объектов и требует с Запада к о м п е н с а ц и ю (!) за их простой. С другой, иранские дипломаты предлагают компромисс - отказ от промышленного обогащения урана на два года при продолжении лабораторных исследований.

Запад отвергает этот вариант. Ему н е н у ж н ы компромиссы! Именно в это время Белый дом объявляет Иран "главной угрозой" для США. Тогда же Илан Берман, вице-президент американского Совета по внешней политике и по совместительству директор программы "Инициатива за свободу Ирана", делает поразительно откровенное и циничное заявление: "Проблема, с точки зрения администрации США, состоит не в ядерной программе Ирана, а в характере режима (разрядка моя. - А. К.)… Америка хочет смены иранского режима, а не простого разрешения ядерной проблемы" ("Независимая

газета", 6.06.2006).

На фоне этой декларации все рассуждения о том, что стоит Ахмади Не-жаду остановить центрифуги в Натанзе, и его оставят в покое, выглядят как беспардонное лукавство.

30 июля 2006 года Совет безопасности ООН принял резолюцию 1696, требующую от Ирана прекратить работы по обогащению урана до 31 августа. Против высказался лишь представитель Катара, пояснивший: "Нельзя принимать его (документ. - А. К.) сейчас, когда земля Ближнего Востока в огне" ("Независимая газета", 1.08.2006). Напомню: в то время, когда западные державы демонстративно сдерживали Иран, Израиль безнаказанно бомбил города Ливана и Палестины.

В декабре Совбез принял резолюцию 1737, "наказывающую" Иран за неисполнение предписаний. К радости американцев, дело дошло до санкций.

В марте 2007-го, несмотря на ожесточенное сопротивление стран третьего мира (ЮАР, Индонезия, Катар), была принята резолюция 1747, существенно расширяющая режим санкций.

Уже одно перечисление номеров показывает, насколько целенаправленно "международное сообщество" занимается "иранским досье", игнорируя другие проблемы, оборачивающиеся кровью не только в Палестине и Ливане, но и в Ираке, Афганистане, Сомали, Судане, Шри Ланке, Кот д'Ивуаре и других государствах. Маленькими шажками, но с устрашающей последовательностью мир приближается к большой войне.

А что же Иран? На первый взгляд может показаться, что он, как говорят нынче, "нарывается". Противопоставляет себя коллективной воле сообщества государств. "Демонстрирует неповиновение", - как выразилась Кондолиза Райс ("Коммерсантъ", 27.10.2006).

На самом деле, Иран просто следует букве и духу международного права, прежде всего Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО) - основного документа, регламентирующего поведение государств в данной сфере. Это признают международные наблюдатели, сохраняющие объективность, в том числе авторитетные российские эксперты - академик Е. Примаков и глава Центра изучения современного Ирана Р. Сафаров. Последний четко сформулировал: "По большому счету не было оснований для… резолюций по Ирану, поскольку отсутствует доказательная база под этими документами. Ни МАГАТЭ, ни другие структуры не смогли установить военный характер ядерной программы Ирана. Обогащение же урана не запрещается никакими нормами, являясь частью развития мирного атома ядерной энергетики" ("МК", 26.03.2007).

Поразительно, но все меры, принятые против Тегерана, начиная с исключительной по интенсивности информационной кампании и кончая санкциями, основываются на н и ч е м н е п о д т в е р ж д е н н ы х подозрениях и туманных аналогиях, строго говоря, никакого отношения к Ирану не имеющих. Вот какую "доказательную базу" под эту кампанию подводит, к примеру, координатор программы "Проблемы нераспространения оружия массового уничтожения" Московского центра Карнеги В. Евсеев: "Руководство Ирана считает, что имеет право на приобретение и развитие технологий по обогащению ядерных материалов, если соответствующие производства находятся под контролем МАГАТЭ. Действительно, ДНЯО позволяет это. Но пример КНДР, которая была членом ДНЯО и, находясь в Договоре, тайно создала научно-технические предпосылки разработки ядерного оружия… вызывает тревогу у мирового сообщества".