Многоликая Франция. Портретная галерея - Александр Г. Артамонов

В этой области Франция может поделиться опытом – она лучшая! Как мы знаем, свыше 80 % нашей электроэнергии вырабатываются атомной промышленностью. В России – 20 %), и столько же в Штатах. Сейчас мы должны принять решение, так как атомный сектор во французской промышленности не получает в последнее время развитие. Мы должны определиться, что мы будем делать – или дальше развивать его, или потихоньку сворачивать.

– Вас привлекает наша страна?

Ж.Р.: Ещё в детстве мои родители приобщили меня к русской культуре – к русским книгам. Потом в 70-е мы жили под знаком покорения космоса. Это было время, когда имя Гагарина было у всех на устах. По образованию я юрист. Работал в частном секторе (тогда государственная служба во Франции была крайне престижна). Тогда я решил заняться международной деятельностью. И стал работать с СССР на последней стадии его существования. Это был необыкновенный по своему богатству опыт. Я выучил язык и отправился в те края, куда другие боялись ехать. Влияние России распространяется далеко в Азию, так что владение русским мне сильно помогает в моих делах. Русский стал основным средством общения в том регионе: я говорю на этом языке без переводчика с главами государств, руководителями крупных компаний. Это язык межстрановой коммуникации.

Финансы и романсы

Шарль Санна является главным редактором крупного французского финансового сайта INSOLENTIAE.com. Будучи специалистом в области финансов, он достаточно долго работал в среде крупнейших французских банков. Он активно выступает за твёрдый курс евро и отказ от подчинения этой валюты политическим интересам определённых групп влияния.

Естественно, помимо вопросов энергетики, базовым и основополагающим направлением любой национальной политики является обретение финансовой самостоятельности. Поэтому я решил встретиться с Шарлем и обсудить эту деликатную тему.

– Внешний курс Франции сейчас очень прихотлив. Кроме того, сейчас принимается ряд судьбоносных решений, которые повлияют не только на французскую политику, но и на макроэкономику. По этому поводу у нас возник вопрос о перспективах общеевропейской валюты евро.

Шарль Санна: Я хотел бы отметить, что в настоящее время мы имеем дело с комплексной проблемой. Во-первых, речь идёт о франко-французских реформах, которые нам необходимо провести внутри страны. Эти реформы достаточно сложно имплементировать. Кроме того, существует ещё и франко-германский диалог, который тоже продвигается с определёнными затруднениями. Также существует и отдельный срез проблем, связанных с построением Общей Европы.

Наконец, и наша валюта евро также обладает отдельной логикой существования. Здесь опять-таки надо учитывать всё разнообразие факторов. Так что предлагаю вам последовательно разобрать все три аспекта стоящей перед нами проблемы.

Итак, в том, что касается проведения реформ внутри Франции, могу сказать, что сегодня мы видим, как Францию сотрясают относительно серьёзные забастовки. Конечно, всё вовсе не так трагично, как это было в 1995 году, когда политика французского правительства вызвала жёсткое противодействие нашего населения. Сейчас страна вовсе не парализована, и даже ощущается, что движение социального протеста уже практически выдыхается именно в тот момент, когда мы с вами беседуем.

Полагаю, что реформы будут проведены в жизнь, так как они законны и их давно ждали. А французское население, наконец-то, готово уступить по ряду пунктов для того, чтобы приспособиться к новому миру. Тут немаловажную роль играют и молодость, и реактивность президента Макрона, что побуждает французское общество всё же принять определённое количество реформ.

Эти перемены, этот сдвиг к новому миру с глобалистской экономикой, с массовым приходом на рынок роботехники – всё это приводит к осознанию того, что мы живём в мире, развивающемся на очень больших скоростях, и что нам необходимо к этому адаптироваться. Сегодня мы живём в стране, которая начинает осознавать эту проблему. Ну, а когда приходит осознание, далее необходимо претворить решение в жизнь. Здесь-то и начинаются все проблемы.

То, что остаётся, к сожалению, вне поля реформирования, – это сокращение расходов государственного аппарата. Конечно же, мы уже начали реформирование Французской компании железных дорог SNCF, но это всего лишь малозначительный элемент гораздо более сложной и комплексной проблемы. Так что пока сокращения расходов на государственный сектор не происходит. Поэтому-то и государственная задолженность у нас никак не сокращается, и вот уже на горизонте возникает угроза дефолта.

И таким образом, мы с вами плавно переходим ко второй обозначенной плоскости. То есть мы не решаем вопрос о сокращении расходов на содержание госаппарата. Дело в том, что если мы хотим сократить эти расходы, то нам строго необходимо урезать различные выплаты населению. И тут-то и начинается «скрежет костей по металлу», так как француз готов к тому, что вы упраздните какое-нибудь пособие его соседа, но только не его!!!

Например, когда Макрон понизил на 5 евро вспомоществование неимущим по аренде жилья, то начались настоящие акции протеста! Я говорю о различных выплатах – помощь неимущим, пособия безработным, пенсии и проч. Все эти средства выплачиваются в миллиардных значениях. Мы это называем перераспределением благ в обществе, но на самом деле эти операции крайне затратны. Отсюда возникает проблема госдолга, потому что мы финансируем всё это при помощи тех средств, которых у нас просто-напросто нет! Именно это нам и вменяют в вину наши немецкие друзья. Это и затрудняет максимально франко-германский диалог, потому что немцы, со своей стороны, затягивают пояса уже много лет подряд. У них там, в Германии, развился феномен настоящей бедности. В Германии применяется строгая политика урезания любых социальных расходов. Немецкий народ с честью переносит это испытание. Но они считают, что вот этой самой чести нам, их французским соседям, откровенно недостаёт. И вряд ли они так уж не правы!

Так что франко-германский диалог сейчас очень сложен. И ещё больше это усугубляется тем, что на сегодня евро можно рассматривать как некое логическое продолжение дойчемарки. То есть речь идёт о валюте, которая очень хорошо подходит Германии, но гораздо хуже другим странам.

Таким образом, Германия научилась использовать евро в своих интересах. А помимо того, что это была очень хорошая политическая идея, на сегодня евро превратился в некое орудие немецкого доминирования.

При помощи евро Германия удерживает за собой экономическое лидерство. По, в том числе, и политические инициативы относительно всех остальных европейских стран, входящих в зону евро. Такое состояние дел не может не породить целый ряд