Северная Корея. Эпоха Ким Чен Ира на закате - А. Панин

Молодой Ким дает указания развернуть новую идеологическую кампанию, направленную на возвеличивание отца, его заслуг перед «народом, партией и страной». Очередная волна индоктринации концентрируется на «наследовании» революционных традиций. Ким Чен Ир выдвигает новый политический лозунг: «И производство, и учебу, и жизнь — по примеру антияпонских партизан». Что это означает? Народ не должен забывать, что страна живет и борется в тяжелых условиях, революция еще не завершена. Юг оккупирован американскими войсками, «в любую минуту готовыми вторгнуться на Север республики». Следуя этому лозунгу, вся партия, армия и народ непременно «доведут до победного конца революционное дело чучхе». Если перевести эту фразу на понятный язык, то это будет означать, что «революция на Юге победит, войска США покинут Южную Корею и страна будет объединена на основе «чучхе», то есть на северокорейских условиях и под эгидой северокорейских вождей.

Следующим кимченировским лозунгом стал лозунг «жить по-нашему», т. е. продолжение уже известного тезиса Ким Ир Сена — «жить по-чучхейски». Вот как Ким Чен Ир толкует этот лозунг: «Наш способ есть чучхейский, нет лучшего способа; нам нельзя отбросить свой способ под нажимом других и жить по-другому; надеваешь одежду, которая тебе идет и в которой тебе удобно действовать и выглядишь ты красиво; бросишь свою одежду и наденешь чужую — тебе неудобно, да и действуешь неуклюже; мы должны жить от начала и до конца по-нашему; и политику надо вести по-нашему, экономику и культуру следует развивать по-нашему, и обороноспособность страны нужно укреплять по-нашему».[70]

В общем-то, Северной Корее никто не мешал жить по-северокорейски. Времена, когда СССР мог указывать Ким Ир Сену, что нужно говорить и писать, как строить и развивать страну, давно прошли. Да, если быть правдивым до конца, Ким Ир Сен по большому счету никогда и не следовал советским советам. Ему больше импонировал китайский опыт. И это понятно. Столетия китайского вассалитета над Кореей не прошли, да и не могут пройти бесследно. К тому же обе страны и оба народа тесно связывает конфуцианство. Конфуцианские обычаи и традиции, несмотря на чучхейскую идеологию, сильны в Северной Корее. Поэтому «жить по-нашему» — это, скорее, призыв к возрождению корейского национализма. Одновременно это — стремление упрочить идейно-политические основы созданного на Севере режима.

80-е годы — период относительной стабильности в социально-политическом развитии КНДР. «Вожди» провели в 1980 году съезд партии и наметили «10 экономических высот» в надежде сократить отставание от Южной Кореи и вырваться вперед в межкорейском политическом, экономическом и военном соревновании. В военном отношении Северная Корея в этот период еще была впереди Юга, и только американское присутствие в РК «уравновешивало» баланс сил на Корейском полуострове. С какими же экономическими результатами подошла КНДР к 1990 году? Это видно из следующей таблицы.

Как видно, страна более или менее развивалась до начала 80-х годов, когда получала льготные советские кредиты и советскую экономическую помощь. Однако в 80-е годы северокорейское руководство принимает решение приступить к форсированной модернизации оборонной промышленности, строительству новых военных объектов, развитию ядерной промышленности. В районе Нёнбена начинается сооружение нового ядерного объекта, который в начале 90-х годов вызовет северокорейский ядерный кризис и угрозу нового военного конфликта на полуострове.

Итак, активное включение Ким Чен Ира в руководство партийными и государственными делами в 80-е годы, проведенные широкие идеологические и политические кампании от его имени и под его непосредственным руководством стали прологом для принятия дальнейших мер по укреплению авторитета преемника «вождя» в обществе. В этот период северокорейские СМИ, в целом пропаганда КНДР стремились 50 процентов материалов отводить отцу и столько же сыну, то есть «уравнять» авторитет обоих лидеров. Тем самым пропагандистский аппарат стремился убедить население КНДР в том, что управление партийным и государственным кораблем переходит в надежные руки.

4. Ким Чен Ир — «великий толкователь и последователь идеологии “чучхе”»

В начале 80-х годов северокорейская пропагандистская машина разворачивает широкие политические кампании вокруг Ким Чен Ира, стремится представить его «величайшим» наряду с Кимом-старшим теоретиком «идей чучхе», верным последователем политического курса отца. Идеологический аппарат ЦК ТПК работает в полную нагрузку, чтобы найти что-то новое в идеях Ким Ир Сена и приписать это «центру партии». Немало потрудился на этом поприще секретарь ЦК Хван Дян Об, ушедший в конце концов на юг и раскритиковавший там Ким Чен Ира как «бездарного» политика, умеющего только «обманывать» всех и вся.

Как упоминалось выше, по инициативе «любимого руководителя» после VI съезда ТПК разворачивается политическая кампания по «преобразованию общества» на основе «идей чучхе». Главный лейтмотив кампании — весь народ, все кадровые работники, «крепко вооружившись идеями чучхе, способны преодолеть любые трудности и испытания и добиться побед в революции и строительстве».[71]

Любимый руководитель указывал, что еще в 1930 году Ким Ир Сен выдвинул «чучхейский курс» на осуществление корейской революции, что якобы позволило «самостоятельно» развивать революционное дело в Корее. Это, конечно, — миф; миф, который партийная пропаганда КНДР взяла на вооружение в 50-е годы, а сочинители этого мифа постоянно корректировали как сами идеи, так и их содержание.

К 80-м годам «идеи чучхе» были введены в ранг философского принципа, который, согласно утверждению Кима-младшего, базируется на том, что «человек — хозяин всего». «Человек — властелин мира и хозяин своей судьбы. Он обладает самостоятельностью, что позволяет ему разрушать природные оковы, бороться против всех форм зависимости»,[72] утверждает Ким Чен Ир.

Отталкиваясь от этих рассуждений, «любимый руководитель» переходит к характеристике истории человечества, которая, по его словам, — «это история борьбы народных масс за самостоятельность».[73]

Далее Ким Чен Ир подводит к главному постулату — установить «чучхе» в идеологии означает развернуть борьбу против «низкополконства» («садэчжуый»). В этом одна из основных задумок северокорейских вождей — утвердить национализм в обществе, ликвидировать многовековое преклонение корейцев перед Китаем, его духовной и материальной культурой. А заодно — отбить «охоту» у населения вообще следовать примеру других.

Последовательное «выкорчевывание низкопоклонства» — это попытка утверждения националистического взгляда на прошлое, настоящее и будущее нации и страны. «Низкопоклонничество» характеризуется как «рабское, угодливое преклонение перед большими и развитыми государствами» и одновременно «нигилистическое отношение к своей нации».[74]

История, действительно, распорядилась так, что Корея как единое государство на протяжении многих веков находилась в вассальной зависимости от Китая, которая формально завершилась в самом конце XIX века.

Ким Чен Ир, сам воспитанный на идеях национализма, естественно, стал ярым сторонником и продолжателем националистических идей своего отца.

В 80-е годы население Северной Кореи подвергалось форсированной индоктринации — «окрашиванию в единый цвет идей вождя». Утвердив в идеологии «чучхе», северокорейские лидеры провозгласили другие составляющие элементы этой националистической платформы: «независимость — в политике», «самостоятельность — в экономике», самооборона — в защите страны».

«Великий теоретик» Ким Чен Ир утверждает, что «независимость в политике» предполагает соблюдение полного суверенитета страны, недопустимость вмешательства извне, отвержение внешнего давления.

«Самостоятельность в экономике» достигается путем опоры на собственные силы, преимущественного развития тяжелой промышленности.

«Самооборона в защите страны» обеспечивается путем вооружения всего народа и превращения страны в крепость. При этом Ким Чен Ир добавляет, что для реализации этого постулата нужно готовить высокообразованные военные кадры, постоянно осуществлять модернизацию вооружения и боевой техники.

Итак, северокорейские теоретики сочинили «четыре» составные части «кимирсенизма — кимчениризма». Действительно, в 80-е начале 90-х годов во внутренней пропаганде КНДР этот термин получил широкое хождение. Некоторые зарубежные деятели написали даже большие тома о новом учении конца ХХ века «кимирсенизме — кимчениризме». Однако после смерти Ким Ир Сена этот термин как-то потерялся, но его «составные части» остались и по-прежнему являются «теоретической основой кимченировского политического курса.