Германские мифы. От Водана и цвергов до Дикой охоты и веры в вихтелей - Владимир Васильевич Карпов

Волшебный знак у вашего порога

В детективном романе Ганса Германа «Чертова трава» (Teufelskraut) один из персонажей, пожилой мужчина, после рассказа своей внучки о мучившем ее ночном кошмаре вонзает в дверной косяк старый швейцарский нож и оставляет висеть как оберег. На ироничное замечание девушки, наблюдавшей за ритуалом, он с обидой в голосе отвечает[157]: «Это древнее знание, им пользовались еще алеманнские племена, и передается оно от поколения к поколению. Наши предки знали, как вести себя с духами, кобольдами и всякой нечистью. Что тогда считалось полезным, то и сейчас пригодится. Тоггели — не выдумка, поверь мне. Лучше меня никто этого не знает — мне пришлось долго терпеть его ночные издевательства».

Многообразие магических средств, с помощью которых в Швейцарии отгоняют или даже пытаются изловить тоггели, свидетельствует о том, что вера в злых духов жива и сегодня. Чаще всего используют складной нож, который втыкают в деревянное изголовье кровати или кладут лезвием вверх на пороге. Считается, что тоггели, подкрадываясь, поранится и отступит, а по кровавым следам можно будет обнаружить, кто его насылает. Ножи вставляют в щели между балками, в дверные косяки, а также в те места, через которые дух может проползти. Иногда там находят до десятка ножей, повернутых лезвием вверх. Вместо ножа используют ржавые ножницы или штык. Одна пожилая женщина в кантоне Люцерн не соглашалась ехать в дом престарелых, пока ей не позволили взять с собой и держать в кровати завернутый в тряпки штык, унаследованный от отца; она утверждала, что он отгоняет тоггели. Проделывают также отверстие в стене и вбивают в него деревянный дюбель с пучком конопляных волокон. Туда же закладывают церковный воск, конские волосы или листок с молитвой. Даже духовные лица прибегают к таким языческим средствам, чтобы оградить себя от назойливых ночных демонов[158].

До сих пор немцы рассказывают страшные истории о домах, где по ночам на чердаках слышны глухие шаги или из окон выглядывают призрачные фигуры. Для защиты от подобных ночных явлений прибегают к молитвам и окропляют помещение святой водой или приглашают священника, который изгоняет беспокойного духа в потолочную балку. Предостерегают и от использования строительной древесины из ранее разобранных домов: неизвестно, какой энергией пропитано это дерево, существует большая опасность затащить беспокойного духа вместе со старыми бревнами. Старожилы вспоминают[159]:

В деревне Гроссдитвиль, что в кантоне Люцерн, стоит дом, в котором, по слухам, некогда обитал призрак. Он проник вместе с балкой, взятой из старого здания. С самого начала этот призрак не давал покоя обитателям дома, появлялся ночью в образе большого черного человека, вставал у запертых дверей или подходил к окнам, мучил жителей различными способами. Священник изгнал духа, заточив его в просверленную в балке дыру, которую затем закрыл освященной шишкой. Если шишку вынуть, дух вырвется и вновь будет хозяйничать в доме.

Похожую историю о «черном человеке» публикует в 1982 году цюрихская газета «Тагесанцайгер». Читательница описывает один эпизод из своего детства, когда она, будучи двенадцатилетней девочкой, неожиданно столкнулась с призраком. Во время сенокоса ей доверили присматривать за младенцем из соседской крестьянской семьи. Готовя малышу бутылочку с молочной смесью, девочка вдруг заметила, как рядом на кухне возник черный большой мужчина. Он долго стоял и пристально смотрел на нее, а затем внезапно исчез, словно провалился сквозь землю. Охваченная ужасом, девочка схватила младенца и с громкими криками выбежала, чтобы сообщить об увиденном родителям ребенка. Те позвали монаха, который взялся избавить дом от привидения. В том самом месте, где появился черный человек, он приколотил к стене квадратную раму, собранную из четырех коротких досок, благословил ее, весь дом и хлев. Тихо произнося латинскую молитву, монах накрыл раму еще несколькими досками. С тех пор странных происшествий в том крестьянском доме больше не случалось. Дух был надежно запечатан раз и навсегда.

Люди верят, что срубленные деревья не теряют связи с высшими силами, даже когда из них изготавливают мебель или возводят дома. Множество плотнических обычаев направлены на то, чтобы расположить к себе природных духов, проникающих с древесным материалом в здания: в честь окончания рабочего дня принято стучать топором по деревянной поверхности, а для защиты свежевыстроенного дома или хлева вешают бычий череп над входной дверью; помогают и устрашающие маски, которые обычно располагают внутри помещений по центру.

Drudenfuß — магический символ на доме в Арвайлере, 1639.

Ramessos / Wikimedia Commons

Надежным оберегом от любых недобрых духов считается изображение в форме пятиконечной звезды. Помните, как Мефистофель проник в кабинет к Фаусту, приняв облик пуделя, но не смог выбраться обратно:

Нет, трудновато выйти мне теперь.

Тут кое-что мешает мне немного:

Волшебный знак у вашего порога[160].

«Не пентаграмма ль этому виной?» — с издевкой спрашивает Фауст, удивляясь бессилию демона перед обычной магией. В оригинале «волшебный знак» по-немецки называется Drudenfuß, или «друдова лапа». Уже по форме слова видно, что оно связано с ночным кошмаром: «друдову лапу» рисуют на спинке кровати, детской колыбели или на двери, ведущей в спальню, а иногда — на стене дома снаружи и на воротах, выстраивая цепь заграждений на пути нечистой силы. Пятиконечную звезду можно усилить, поместив ее в круг и снабдив инициалами святых. Весь набор магических знаков в комплексе действует следующим образом: друда проникает в дом, но не может обнаружить нужного ей человека — защитные символы делают его невидимым для нее. Чтобы отвлечь ее внимание, у кровати ставят деревянную куклу, с которой друда начинает играть, забывая о причине своего визита.

Мощной магической силой обладает мандрагора (по-немецки Alraun, отсюда старинный вариант перевода на русский язык — «альраунов корень»). И хотя Мефистофель потешается над суевериями, связанными с этим растением («О мандрагорах вздор твердите»[161]), люди по-прежнему верят, что корни, похожие на человеческую фигурку, надо носить как амулеты на шее, тогда ни одна ведьма не страшна, или подвешивать в хлеву, если на домашний скот наведена порча. В чуланах и сенях старых сельских домов