Убийство в кукольном доме - Брюс Голдфарб

Его друг Маграт после выпуска с медицинского факультета остался в Гарварде и стал помощником патологоанатома. Он обучал студентов медицинской школы и практиковал в нескольких больницах в районе Бостона.

Фанни стала совершеннолетней в 1896 году. Теперь ее чаще называли Фрэнсис, что приличествовало ее новому статусу. Мать записала в дневнике: «В среду Фанни исполнилось 18 лет. У нас было 18 гвоздик, 18 ландышей, 18 свечей, и к завтраку подали отличный торт. Мы подарили ей красивые часы с цепочкой».

Глесснеры отпраздновали важную дату в жизни своей дочери, отправив ее за границу с Хелен, сестрой Фрэнсис Макбет. В мае 1896 года Фрэнсис и Хелен на лайнере Etruria отплыли в Лондон, где провели несколько месяцев. Затем они посетили Норвегию, Голландию, Германию и Францию и возвратились домой 14 месяцев спустя, в июле 1897 года.

Спустя несколько месяцев после возвращения Фрэнсис начала проводить время в компании тридцатилетнего адвоката Блеветта Ли. Их представил друг другу Дуайт Лоуренс, партнер Ли в юридической компании и гарвардский знакомый Джорджа Глесснера. Блеветт часто посещал Глесснеров в конце 1897 года, ужинал с семьей и забирал Фрэнсис на прогулки в экипаже.

Уроженец города Коламбус, Блеветт был единственным ребенком Стивена и Регины Ли. Стивен Ли, в прошлом военный, был уважаемым лидером армии Конфедерации, самым молодым генерал-лейтенантом Гражданской войны. Именно он в возрасте 28 лет, будучи капитаном артиллерийской службы ополчения Южной Каролины, передал официальное требование о капитуляции майору Роберту Андерсону в форт Самтер 11 апреля 1861 года. Когда Андерсон отказался сдаваться, Стивен Ли дал приказ обстрелять форт Самтер, тем самым начав Гражданскую войну. Впоследствии он участвовал во втором сражении за Манассас, в битве при Энтитеме, самом кровавом событии войны, а также в осаде Виксберга[65].

После Гражданской войны Стивен Ли состоял в сенате штата Миссисипи и был первым президентом Сельскохозяйственного и машиностроительного колледжа штата, сегодня известного как Государственный университет Миссисипи. Некоторые считают Ли родоначальником промышленного образования на юге. Он также оставался активным участником ветеранских организаций.

Блеветт Ли был среди первых выпускников Сельскохозяйственного и машиностроительного колледжа Миссисипи, два года посещал Университет Вирджинии и получил степень юриста в Юридической школе Гарварда. Он год проработал помощником судьи Верховного суда США, а затем переехал в Атланту, чтобы начать собственную юридическую практику. Вскоре молодой человек понял, что ему сложно пробиться в своей профессии и она не особенно доходна.

Однажды Ли, остро нуждавшегося в работе, посетил мужчина, который попросил юриста помочь с открытием компании. Клиент планировал производить напиток на основе тайной формулы. У него было мало денег, так что он предложил Ли расплатиться либо акциями новой компании, либо 25 долларами наличными. Блеветт попробовал напиток, решил, что он ужасен на вкус, и согласился на оплату наличными.

Этим человеком был Эйза Кэндлер, а его компания называлась Coca-Cola[66].

Ли переехал в Чикаго, чтобы преподавать право в Северо-Западном университете. Чтобы увеличить свой доход, он создал партнерство с Дуайтом Лоуренсом, исключенным из Гарварда, но имевшим богатые связи в светском и деловом мире. Это устраивало Ли, потому что он знал юриспруденцию, но не имел связей в Чикаго.

Помолвка Блеветта и Фрэнсис была объявлена в конце декабря 1897 года.

Существует предположение, что Фрэнсис не поступила в университет, потому что один или оба ее родителя запретили ей это. Доказательств данной версии не существует. Джон Джейкоб и Фрэнсис Макбет Глесснер были любящими родителями, которые, несомненно, помогли бы дочери осуществить ее мечту.

Впрочем, девушке из состоятельной семьи не требовалось волноваться о карьере или высшем образовании. От Фрэнсис не ждали, что она будет работать вне дома. Ей никогда не нужно было зарабатывать на жизнь, она могла рассчитывать на комфортное существование, полное роскоши и удовольствий.

Позже Фрэнсис рассказывала журналистам, что, возможно, в молодости ей бы подошла профессия медсестры или учеба на медицинском факультете, но это просто «было не принято». Все немного сложнее. Фрэнсис могла бы поступить в университет и даже на медицинский факультет, если бы она действительно этого хотела.

Разумеется, медицина была необычным выбором для женщин. Бытовало мнение, что эта область знания слишком вульгарна для деликатного женского ума и что женщина не должна знать, как человеческий организм устроен изнутри. Тем не менее к концу 1800-х годов в Соединенных Штатах сотни женщин работали в этой сфере и уже было несколько женских медицинских школ. Благодаря усилиям пяти выдающихся уроженок Балтимора, собравших 500 тысяч долларов, чтобы основать Медицинскую школу Джона Хопкинса, из восемнадцати студентов первого выпуска в 1893 году три были женщинами[67].

Сара Хакетт Стивенсон, первая дама, добившаяся членства в Американской медицинской ассоциации, была давней подругой Фрэнсис Макбет и часто проводила каникулы с семьей, так что концепция женщины-врача не была чем-то незнакомым Глесснерам[68].

Возможность у Фрэнсис была, но это было не то, чего она действительно хотела. Существовал только один университет, где она хотела учиться, только одна медицинская степень, стоящая того, чтобы за нее побороться, но совершенно ей недоступная, — это был Гарвард.

Она хотела учиться в Гарварде — как ее брат, как Джордж Берджесс Маграт, как Блеветт Ли, Генри Гобсон Ричардсон и почти все важные мужчины в ее жизни. Глесснеры были гарвардской семьей. Фрэнсис хотела получать знания в этом университете и принадлежать к клубу святого Ботольфа, как и все остальные. Но Гарвардская медицинская школа не принимала студенток.

Несмотря на то что Фрэнсис не могла посещать Гарвардскую медицинскую школу, она сохранила тягу к этому университету. В конце концов, ведь это был Гарвард. Лучший и славнейший. Цвет голубой крови Новой Англии. Со временем ее чувства стали сложнее, и прошло несколько десятилетий, прежде чем Гарвард снова стал важной частью ее жизни.

Фрэнсис оставался месяц до 20-летия, когда она вышла замуж за Блеветта Ли, который был на десять лет ее старше. «Мы бы предпочли, чтобы она была немного взрослее, — писала мать в дневнике, — но мистер Ли явно воплощает собой почти все, что есть в мире хорошего и прекрасного, а потому мы не можем найти в себе сил помешать их окончательному счастью».

Свадьба состоялась в пять вечера в среду, 9 февраля 1898 года в резиденции Глесснеров на Прейри-авеню. Мужчины перенесли рояль на второй этаж и убрали всю мебель из вестибюля и холла. Полы были покрыты муслином, вестибюль украшен лилиями, дикой сассапарелью и белыми орхидеями. На Фрэнсис было шелковое платье с