Долгая дорога к свободе. Автобиография узника, ставшего президентом - Нельсон Мандела

Мы стремились обеспечить предстоящему Народному конгрессу как можно более широкую поддержку и пригласили около двухсот организаций (представлявших белое, черное, цветное население, индийцев) направить своих делегатов на конференцию по планированию, проведение которой планировалось в марте 1954 года в городе Тонгаат, недалеко от Дурбана. Созданный там Совет национального действия состоял из представителей четырех организаций, согласившихся оказать нам спонсорскую поддержку (каждая организация направила по восемь членов). Председателем Совета был вождь Альберт Лутули, а в состав секретариата входили Уолтер Сисулу (позже, после запрета властей на его деятельность и его вынужденной отставки, его заменил Оливер Тамбо), Юсуф Качалиа из Южноафриканского индийского конгресса, Стэнли Лоллан из Организации цветного населения Южной Африки и Лайонел Бернштейн из Южноафриканского конгресса демократов.

Образованная в Кейптауне в сентябре 1953 года лидерами и профсоюзными деятелями цветного населения Организация цветного населения Южной Африки явилась несколько запоздалым результатом борьбы за обеспечение голосов цветного населения в Кейптауне и стремилась представлять интересы этого населения. На учредительной конференции организации с приветственными речами выступили Оливер Тамбо и Юсуф Качалиа.

В свою очередь Южноафриканский конгресс демократов был сформирован в конце 1952 года (в немалой степени под воздействием Национальной кампании гражданского неповиновения) как радикальная, левая партия белого населения, выступавшая против политики апартеида националистического правительства. Южноафриканский конгресс демократов, хотя и являлся небольшой организацией, действовавшей, главным образом, в Йоханнесбурге и Кейптауне, имел в стране достаточно сильное влияние, несоразмерное с его численностью. Его члены, такие как Майкл Хармел, Брэм Фишер и Расти Бернштейн, активно выступали в поддержку нашего дела борьбы за свободу. Эта организация тесно координировала свою деятельность с Африканским национальным конгрессом и Южноафриканским индийским конгрессом и выступала за право голоса на выборах для всех граждан и полное равенство между чернокожими и белыми. Мы рассматривали Южноафриканский конгресс демократов как организацию, посредством которой наши идеи могут быть представлены непосредственно белому населению. Следует отметить, что эта организация играла весьма важную роль в общественно-политической деятельности африканцев: чернокожие, вступившие в освободительную борьбу под лозунгом свержения господства белых, обнаруживали, что существуют белые доброй воли, которые относятся к африканцам как к равным.

Совет национального действия предложил всем организациям, вошедшим в его состав, и их последователям представить свои предложения в отношении Хартии свободы. Соответствующие циркуляры (в том числе в виде листовок) были разосланы по городам и поселкам по всей стране. Предлагалось ответить на следующие актуальные вопросы: «Если бы вы имели право издавать законы… то какие именно законы вы бы издали?», «Как бы вы решали вопрос о том, чтобы превратить Южную Африку в место счастливого проживания всех ее жителей?» Некоторые вопросы были пронизаны поэтическим идеализмом, который неизбежно сопровождал подготовку Хартии свободы: «Мы обращаемся к чернокожему и белому населению Южной Африки – давайте вместе поговорим о свободе!.. Пусть будут услышаны голоса всех людей! И пусть будут записаны требования всех людей, как сделать нас свободными! Пусть все эти требования будут объединены в великой Хартии свободы!»

Этот призыв поразил воображение людей. Соответствующие предложения стали поступать от спортивных и культурных клубов, религиозных групп, ассоциаций налогоплательщиков, женских организаций, школ, профсоюзов. Они были записаны на салфетках, на листках, вырванных из тетрадей, на клочках бумаги, на оборотах наших собственных листовок. Было немного обидно видеть, как предложения от простых людей нередко намного опережали предложения от наших руководителей. Наиболее часто упоминаемое требование касалось принципа равного представительства при голосовании («один человек – один голос»). Предлагалось также признать, что страна принадлежит всем тем, кто сделал ее своим домом.

Отделения АНК внесли большой вклад в процесс обработки предложений и подготовки Хартии свободы, два ее лучших проекта поступили из Дурбана и Питермарицбурга. В совмещенном виде эти два проекта были затем направлены в различные регионы и местные исполкомы для возможных комментариев и уточнений. Сама Хартия свободы была подготовлена рабочим комитетом Совета национального действия и рассмотрена Национальным исполнительным комитетом АНК.

Хартии предстояло быть представленной на Народном конгрессе, каждый ее раздел должен был быть представлен его делегатам на утверждение. В июне, за несколько дней до запланированного форума, наша рабочая группа рассмотрела итоговый проект. Мы внесли буквально несколько отдельных изменений, так как времени оставалось уже мало, а документ был практически подготовлен для обсуждения.

Народный конгресс состоялся в Клиптауне, мультирасовом районе Суэто, клочке вельда в нескольких милях к юго-западу от Йоханнесбурга. Форум прошел 25 и 26 июня 1955 года, эти дни были ясными и солнечными. Более трех тысяч делегатов, несмотря на угрозы со стороны полиции, собрались, чтобы утвердить окончательную версию документа. Они приезжали на машинах, автобусах и грузовиках, приходили пешком. Хотя подавляющее число делегатов были чернокожими, на конгресс прибыло также более трехсот индийцев, около двухсот представителей цветного населения и около ста белых.

Я поехал в Клиптаун вместе с Уолтером Сисулу. Мы оба находились под правительственным запретом, поэтому решили встать на самом краю собравшейся толпы, чтобы иметь возможность наблюдать оттуда, при этом не смешиваясь с остальными и не бросаясь особенно в глаза. Толпа была весьма впечатляющей как по своим размерам, так и по дисциплинированности. «Добровольцы свободы» с черно-зелено-желтыми повязками на рукавах встречали делегатов и организовывали их рассадку. Среди этих добровольцев были пожилые женщины и совсем молодые девушки, одетые в юбки, блузки и косынки цветов Народного конгресса, пожилые люди и молодежь с нарукавными повязками и в шапочках таких же цветов. Повсюду были размещены плакаты: «Да здравствует свобода! Да здравствует борьба!» На трибуне были представлены все расовые группы: белые делегаты от Южноафриканского конгресса демократов, индийцы от Южноафриканского индийского конгресса, цветные представители от Организации цветного населения Южной Африки – все сидели перед копией колеса с четырьмя спицами, символизирующего четыре организации в Альянсе Конгресса. Вокруг толпились белые и чернокожие полицейские и сотрудники полицейского спецподразделения, фотографируя, делая записи в блокноты и безуспешно пытаясь запугать делегатов.

Звучали речи и песни, подавались различные закуски. Атмосферу Народного конгресса пронизывал одновременно дух ответственности и праздника. Во второй половине первого дня была зачитана вслух Хартия свободы, раздел за разделом, на английском языке, языках коса и сесото. После каждого раздела собравшиеся выражали свое одобрение криками «Африка!» и «Mayibuye!». Первый день конгресса прошел успешно.

Второй день был в значительной мере похож на первый. Каждый раздел