Нефть. Люди, которые изменили мир - Сборник

1903 г. поступил в Горный институт.

1910 г. по окончании института получил место в Геологическом комитете.

1910-е гг. открыл «рукавообразное» нефтяное месторождение в районе Майкопа.

1918 г. вошел в комиссию Главного нефтяного комитета.

1920 г. возглавил особую комиссию по изучению Курской магнитной аномалии, стал профессором Московской горной академии.

1922–1930 гг. занимал пост ректора Московской горной академии.

1930 г. основал и возглавил Московский нефтяной институт.

1932 г. опубликовал фундаментальный труд «Учение о нефти».

1939 г. скончался в Москве.

23. Гарольдсон Хант

(1889–1974)

Американский нефтяной магнат, один из первых в мире миллиардеров

Гарольд Хант был игроком от природы. Всю жизнь он ставил по-крупному, шел ва-банк и потому оказывался в выигрыше. Его нефтяная империя стоимостью в миллиарды началась с 50 долларов, взятых в долг. Быстрый живой ум, природная деловая хватка и, конечно же, удача позволили Ханту взлететь до небес. Оказавшись на деловом Олимпе, он сыграл важную роль и в политической жизни страны.

Мечтатель с далекой фермы

В 1889 году на одной из удаленных ферм в штате Иллинойс в семье преуспевающего заводчика скота Гарольдсона Лафайета Ханта родился мальчик, которому однажды предстояло стать одним из самых богатых людей на земле. Младшего из восьми детей наудачу назвали так же, как отца. Впоследствии мальчик преуспеет во много крат больше Гарольдсона-старшего.

«Все, что мне нужно для успеха, – это колода карт и несколько покерных фишек».

Гарольдсон Лафайет-младший (или просто Гарольд) получал домашнее образование. Отец готовил его к карьере в собственной фирме, но мальчик с детства мечтал об удаче, приключениях и настоящем богатстве. Унылая и предсказуемая жизнь в богом забытом городишке была ему не по душе. В 16 лет он отказался от места клерка в отцовской конторе, покинул родной дом и отправился в путешествие по Среднему Западу[268]. Во время скитаний паренек работал грузчиком и лесорубом, собирал хлопок, освоил профессии дорожного рабочего и парикмахера. Но наибольший доход ему приносила игра в покер: он обладал феноменальными математическими способностями, имел фотографическую память и к тому же брал на вооружение не совсем честные приемы игры, благодаря которым он раз за разом обдирал соперников до нитки.

Тем временем Гарольдсон Лафайет-старший умер, оставив младшему сыну небольшой капитал в 6 тысяч долларов. Гарольд решил взяться за крупное дело и вложил полученное наследство в «белое золото», коим тогда славился юг Соединенных Штатов. Он купил хлопковую плантацию в Арканзасе. Поначалу дела шли неплохо, но к 1920 году цены на хлопок медленно поползли вниз. Окончательный удар по оказавшемуся в затруднительном положении Гарольду нанесло наводнение, затопившее его плантацию и оставившее молодого плантатора без гроша в кармане.

Белое становится черным

Но тут судьба дала ему отличный шанс снова встать на ноги, которым он воспользовался на все сто. Как раз в это же время в арканзасском городке с символическим названием Эль-Дорадо[269] нашли нефть. Ставка на «белое золото» не сыграла, и Гарольд, игрок по натуре, поставил на «черное золото». Стартовый капитал он заполучил характерным для себя способом – выиграл в карты. Он взял в долг 50 долларов и отправился в Новый Орлеан, где талант картежника принес ему 100 тысяч долларов.

Положив в саквояж внушительную сумму, Хант отправился на нефтяные промыслы. Первоначально он брал в аренду участки земли, а затем за определенное вознаграждение передавал нефтяникам право на разведку и добычу на этой территории. Получившуюся разницу он клал себе в карман.

Добиться успеха Ханту помогло природное умение завязывать полезные знакомства: он сплел вокруг себя целую сеть информаторов – рабочих, трудившихся на промыслах и передававших ему сведения о перспективных участках.

Вскоре Гарольд стал владельцем собственной нефтяной вышки. А к 1923 году в его активе числилось уже 44 буровых. Многие из этих участков он заполучил, сидя за игорным столом. Покер выручал его и в те неудачные периоды, когда денег не хватало даже на то, чтобы расплатиться с бурильщиками. По данным на 1924 год состояние Ханта оценивалось в 1,5 миллиона долларов. Годом ранее за 600 тысяч долларов он продал участки в Арканзасе и приобрел нефтяные наделы в Оклахоме. Помимо этого, ему принадлежали скважины в Луизиане и Техасе.

Назвать Ханта бездельником, которому случайно повезло, язык не повернулся бы ни у кого. Впервые отправляясь на нефтедобычу, Гарольд не знал ровным счетом ничего об этом ремесле. Но всего через пять лет он уже считался одним из ведущих специалистов в своей отрасли. Именно ему, например, принадлежит новаторская идея закачивать соленую воду в нефтеносные слои для увеличения объемов добычи.

Нефтяная империя

К началу Великой депрессии Хант почувствовал, что пришла пора осваивать новые территории. Среди нефтяников ходили слухи о баснословных залежах «черного золота» в Восточном Техасе, но разведка давала противоречивые результаты. Один из матерых волков нефтяного бизнеса, 70-летний Коламбус Джойнер по прозвищу Папаша, едва не разорился, пытаясь разыскать заветный нефтяной источник на восточно-техасских землях. Его последней надеждой был участок земли в графстве Раск, который, впрочем, считался настолько бесперспективным, что Папаше разрешили бурить на нем бесплатно. Хант провел собственное исследование, которое показало, что на участке Джойнера скрываются богатейшие во всех Соединенных Штатах нефтяные запасы.

За право разрабатывать надел Гарольд заплатил старому бурильщику 1 миллион долларов. Момент, когда под контрактом были поставлены подписи, стал для Ханта звездным часом. Отыскать сокровище для него было делом техники, и вскоре из-под земли забил настоящий фонтан из долларов, который каждую минуту делал Гарольда богаче. Самый большой источник оказался на задворках фермы некоей Дэйзи Брэдфорд. Ее именем впоследствии было названо месторождение, которое сегодня считается крупнейшим в мире.

В 1934 году (по другим данным – в 1936-м) нефтяные активы искателя приключений из Иллинойса были консолидированы в компанию Hunt Oil[270]. На долгие годы она стала гегемоном на рынке нефтедобычи. Получать сверхприбыли нефтяным нуворишам помогали искусно найденные лазейки в налоговом кодексе. По американским законам, по мере разработки нефтеносного участка его ценность падает, потому как чем больше нефти добыто на участке, тем меньше ее запасов осталось в земле. Таким образом, чем больше дохода приносила скважина, тем меньше налогов можно было за нее платить. При наиболее удачном исходе наиболее выгодные участки вообще освобождались от налогообложения. Эта и другие подобные хитрости помогли Ханту и его коллегам-конкурентам быстро сколотить большие состояния.

Как и многие азартные люди, Гарольд Хант был весьма суеверным человеком. Опасаясь, что от него отвернется госпожа Удача, он следовал раз и навсегда заведенным традициям. Хант верил, что успех ему приносят слова из шести букв, начинающиеся с «П». Поэтому все его компании были названы соответствующим образом: «Панола пайплайн», «Пенрод дриллинг компани», «Плэсид ойл компани», «Парэйд газолин компани»[271].

Успеху хантовского предприятия сопутствовала Вторая мировая война. Военная мощь Соединенных Штатов и стран-союзников нуждалась в топливе, и Гарольд с избытком обеспечивал армию нефтепродуктами. К 1946 году его месторождения давали 60 тысяч баррелей нефти в день, принося еженедельный доход в миллион долларов. Хант с гордостью заявлял, что одна только его компания в годы войны давала союзникам больше нефти, чем добывали все завоеванные Германией страны вместе взятые.

Большая политика

Несмотря на дух воинского братства, сближавший американских и советских солдат, Гарольд Хант был непримиримым противником «красной чумы», выступал против союза США и СССР и призывал к заключению перемирия с Германией.

По мере того как росло состояние нефтяного магната, он становился все более последовательным идеологом антикоммунизма и носителем ультраправых взглядов. К концу 1940-х годов построенная Хантом машина по выкачиванию денег из земли была отлажена идеально и работала без его личного вмешательства. Hunt Oil ежегодно вводила 300 новых скважин, в ее активе находились нефтеперегонные заводы и автозаправочные станции. Компания разрабатывала крупнейшие месторождения США, Канады и Ливии. Кроме того, Гарольд вышел на фармацевтический и продовольственный рынок и продолжал активно играть в азартные игры, дополнительно приносившие ему до миллиона долларов в год.