Фарадей - Моисей Радовский

Два железных бруска в 6 дюймов длиной и в 1 дюйм диаметром были каждый окружены двумя соленоидами и затем помещены перпендикулярно на поверхности якоря и между ним и полюсами магнита так, что каждый брусок образовал как бы продолжение полюсов и, когда магнит возбуждался, к ним приставал якорь. С этим устройством ток от одного соленоида дал отклонение в 37°; от двух соленоидов, находящихся на одном и том же бруске, — 52° и от трех — 59°; но, когда были применены четыре соленоида, отклонение равнялось только 55°, и после прибавления к ним соленоида с меньшим проводом вокруг якоря отклонение было не больше 30°. На этот результат, возможно, несколько влияло отсутствие надлежащей изоляции в нескольких витках соленоидов, но он все же устанавливает тот факт, что возрастание электрического тока получается благодаря применению не менее двух или трех соленоидов вместо одного. Тот же принцип был применен к другому устройству, которое, повидимому, дает максимальный электрический ток, могущий быть полученным из данной магнитной силы; вместо двух кусков железа и якоря, применявшихся в последних опытах, полюса магнита были соединены одним железным бруском, изогнутым в форме лошадиной подковы, и его концы были при помощи напильника сделаны совершенно плоскими, так чтобы они могли притти в полное соприкосновение с поверхностью полюсов; вокруг середины дуги этой подковы два проводника медного провода были плотно намотаны один на другой. Ток от одного из этих соленоидов отклонил иглу на 100°, и, когда были применены оба — игла отклонилась с такой силой, что завертелась. Но наиболее удивительный эффект был получен, когда, вместо пропускания тока по длинным проводам к гальванометру, противоположные концы соленоидов придерживали почти в соприкосновении друг с другом и магнит внезапно возбуждали; в этом случае видели, как между концами проводов проскакивала небольшая, но яркая искра, и этот эффект повторялся все время, пока менялось состояние [магнитной] интенсивности.

В этих опытах соединение батареи с проводами от магнита достигалось не посредством спаивания, но при помощи двух чашек ртути, что позволяло путем быстрого прерывания и образования связи посредством одной из этих чашек внезапно прекращать гальваническое действие на магнит и менять и снова изменять полярность без удаления батареи из кислоты; но наибольший эффект был получен, когда магнетизм был совершенно уничтожен и мгновенно восстановлен изменением полярности.

Из майского номера «Annals of Philosophy» видно, что я с моим опытом получения искр из магнетизма был предупрежден мистером Джемсом Д. Форбсом из Эдинбурга, получившим искру 30-го марта; мои же опыты производились в продолжение последних двух недель июня. Приводится простое сообщение о его результате, без всякого описания опыта, детали которого приберегаются для доклада, который будет сделан в Эдинбургском Королевском обществе; мой результат, следовательно, совершенно не зависит от его результата и был несомненно получен другим способом.

В связи с этим же самым вопросом я проделал различные другие опыты, но более важные обязанности не позволят мне во-время их проверить для описания в настоящей статье.

Я могу, однако, указать на один факт, о котором я не нашел никакого упоминания ни в одной из прочитанных мною работ и который, как мне кажется, принадлежит к тому же классу явлений, что и описанные выше; он заключается в следующем: когда небольшая батарея умеренно возбуждается слабой кислотой и ее полюса, которые должны заканчиваться чашками с ртутью, соединяются медным проводом длиной не более фута, — не наблюдается никакой искры при образовании или прерывании связи, но если вместо короткого провода применить провод длиной в 30 или 40 футов, хотя при образовании соединения никакой искры и не будет заметно, но при его прекращении, достигаемом путем удаления одного конца провода из чашки ртути, получится яркая искра. Если действие батареи будет очень интенсивным, искра будет производиться коротким проводом; в этом случае нужно только подождать несколько минут, пока действие частично не ослабнет и пока короткий провод не прекратит образование искр; если теперь заменить его длинным проводом, искра снова будет получена. Спиралеобразное наматывание провода, повидимому, несколько усиливает эффект; последний, видимо, в некоторой мере зависит также от длины провода. Я могу об'яснить эти явления только предположением, что длинный провод заряжается электричеством, которое вследствие действия на само себя дает при прерывании соединения искру.

БИБЛИОГРАФИЯ

Большинство из того, что написано о Фарадее, разбросано по многочисленным журналам главным образом физического и электромеханического содержания.

Значительная часть этих статей приведена М. Э. Блехом в его очерке: «Памяти Майкеля Фарадея» («Успехи химии в 1932 г.», т. I, вып. 2–3, стр. 173–196).

Отдельными изданиями вышло не много работ. Из них наиболее важными являются:

1. Benn Jones. Life and Letters of Michael Faraday. 2 Vol. London, 1870. Эта работа главным образом ценна обилием фактического материала — перепиской Фарадея и др. документами.

2. Tyndal J. Faraday as a discoverer (имеется ряд изданий), книга Тиндаля переведена на многие языки, в том числе и русский («Фарадей и его открытия», 1871 г.).

3. Gladston H. Michael Faraday. London, 1874. Есть немецкий перевод.

Работа Гладстона также может быть рассматриваема как мемуары современника Фарадея о его деятельности.

4. Thompson S. P. Michael Faraday. London, 1798, первая и единственная пока работа специалиста-электротехннка, который довольно подробно обозревает основные этапы жизни и деятельности Фарадея.

5. Martin Т. Faraday. London, 1934, популярный очерк редактора изданных недавно в Англии дневников Фарадея (Faraday's Diary). Книжка вышла (вып. 40) в серии аналогичной нашей «Жизни замечательных людей» — Great Lives.

Иллюстрации

Дом в Джекобс Уелл Мьюз, где жил в детстве Фарадей. Внизу — каретный сарай.

Магазин Рибо.

Гемфри Дэви (1778–1829).

Лаборатория Королевского института.

Кабинет Фарадея в Королевском институте.

Ганс Христиан Эрстед (1777–1851).

Доминик Франсуа Араго (1786–1853).

Вильям Волластон (1776–1828).

Джон Тиндаль (1820–1893).

Август Деллярив, выдающийся физик, сын знаменитого химика (1801–1873).