Залпы с берега - Пётр Мельников

Однако больше всего интересовали и волновали меня боевые действия, развертывавшиеся к западу от города, вдоль берегов Финского залива, - ведь в их сферу был вовлечен и наш флот.

Основные события тут начались 7 августа, когда противнику удалось рассечь фронт 8-й армии, оборонявшейся в центральной Эстонии, и выйти к морю около Кунды - небольшого прибрежного городка, расположенного в сотне километров восточнее Таллина. 11-й стрелковый корпус этой армии начал с боями отходить к Нарве, 10-й - к Таллину. Он и пополнил гарнизон эстонской столицы, оказавшейся окруженной с суши. Обороной здесь руководило флотское командование.

Главная база флота, как компресс, оттягивала на себя часть сил, которые неприятель мог использовать на ленинградском направлении. Кое-что о тех боях, об участии в них береговой артиллерии я узнал еще на Бьёрке. Теперь мне стали известны и новые подробности. Рассказывали, например, как изобретательно и гибко координировал действия корабельной и береговой артиллерии флагарт флота капитан 1 ранга Николай Эдуардович Фельдман, как решительно и умно руководил батареями береговой обороны полковник Иван Афанасьевич Кустов. Вспоминали о беззаветном героизме бойцов 1-й бригады морской пехоты, которой командовал полковник Т. М. Парфилло, и об огромном боевом напряжении, с которым работали артиллеристы двенадцатидюймовых башенных орудий с острова Аэгна.

Эта крупнокалиберная батарея, возглавляемая старшим лейтенантом А. Г. Бондаревым, с успехом вела контрбатарейную стрельбу, не раз накрывала скопления вражеских войск, уничтожая и обращая вспять фашистов, разбивая вдребезги их танки. За все время боев под Таллином она обрушила на головы гитлеровцев 180 тонн металла. Эвакуировались артиллеристы последними. Когда началась посадка на корабли моряков и бойцов 10-го корпуса, эта батарея вместе с батареями острова Найссар прикрывала их, ведя изумительный по точности отсечный огонь. Тяжелые снаряды преградили путь фашистским пехоте и танкам, рвущимся с городских окраин в центр и к гаваням Таллина.

Тем временем, пока шли бои за Таллин, германские моторизованные соединения стремились пробиться к Луге - речке, протекающей в Ленинградской области вдоль западных ее границ. Там, на правом берегу, южнее города Кингисеппа, они уже имели два небольших плацдарма, захваченных еще в середине июля. Теперь к Луге с тяжелыми боями отошел 11-й корпус 8-й армии. В районе, примыкающем к устью реки, он вступил во взаимодействие с Лужским укрепленным сектором береговой обороны.

Этот сектор был развернут в первые дни войны. Командовал им генерал-майор Николай Юлианович Денисевич, в прошлом младший офицер пулеметчик русской армии. За плечами этого человека была большая революционная и боевая школа. В рядах первых рабочих отрядов он дрался на фронтах гражданской войны. В 1921 году шел на штурм мятежного Кронштадта. С его именем было связано создание морской пехоты на Балтике. Во время войны с Финляндией он вместе с батальонным комиссаром Василием Максимовичем Гришановым командовал береговым отрядом сопровождения, который прикрывал со стороны Финского залива фланг и тыл наших войск, наступавших на Карельском перешейке. Одним словом, это был опытнейший генерал береговой службы.

Под началом Денисевича находились два береговых артиллерийских дивизиона, 2-я бригада морской пехоты, гарнизоны островов Сескар и Лавенсари{9}, стрелковый и железнодорожный батальоны, три железнодорожные батареи, выведенные из-под Таллина, и несколько подразделений специального назначения. Кроме того, ему был придан бронепоезд "Балтиец", два морских бронекатера и канонерские лодки "Красное знамя" и "Волга". С этими силами комендант сектора должен был держать оборону против десантов и обстрелов с моря, а также содействовать сухопутным войскам в защите лужской укрепленной позиции.

8 августа здесь начались бои, в которых сектор взаимодействовал с дивизиями, занимавшими кингисеппский участок обороны. Четверо суток красноармейцы и моряки стойко отражали натиск более сильного и маневренного противника, переходя в контратаки. Ожесточенно сражался отошедший сюда 11-й корпус.

Немалый урон несли гитлеровцы от ударов канонерских лодок и бронепоезда. "Балтиец" оказывал огневую поддержку нашим контратакам, в результате которых у врага было отбито несколько населенных пунктов. Самым лучшим образом зарекомендовали себя морские пехотинцы, бригаду которых возглавлял подполковник Н. С. Лосяков. Высоко держали свою марку железнодорожные батареи.

Но враг оказался сильнее. 18 августа части 8-й армии отошли на восток, заняв на Копорском плато заранее подготовленные рубежи обороны. Лужский сектор, понеся территориальные и материальные потери, утратил свою роль как самостоятельное соединение. 21 августа уцелевшие его части были включены в состав граничащего с ним Ижорского укрепленного сектора. Железнодорожные батареи были переведены в район Ленинграда. Несколько стационарных батарей переправили на острова Сескар и Лавенсари, а 211-ю 130-миллиметровую батарею установили на форту Красная Горка.

Итак, фашисты вышли на границы Ижорского сектора. Борьба на ближних подступах к Ленинграду разгоралась. Пришедшие из Таллина корабли включались в систему огневой защиты города. Разворачивались в сторону суши орудия фортов. Ленинград опоясывался мощным огневым кольцом. Это кольцо создавали 350 стационарных и железнодорожных орудий. Такой концентрации береговой артиллерии в районе одной военно-морской базы еще не знала история.

В этот сложный и опасный момент во главе Ижорского сектора стал генерал-майор Григорий Тимофеевич Григорьев - человек большой энергии и отваги, отлично разбиравшийся во всех тонкостях общевойскового боя. С ним был связан эпизод,, о котором моряки вспоминали с неизменным уважением.

8 сентября Григорьева пригласил к себе на командный пункт генерал-майор В. И. Щербаков, командовавший в то время 8-й армией. Он сказал коменданту сектора, что из штаба фронта им получен приказ снять две дивизии с занимаемых рубежей и перебросить морем непосредственно под Ленинград. Это резко ослабляло силы оборонявшихся, и командарм предложил Григорьеву сократить линию обороны за счет позиций в западной части сектора.

Предвидел ли Григорий Тимофеевич оперативные последствия своего решения или его беспокоил ближайший тактический результат, сказать трудно. Только возразил он категорически:

- Нет, на это я не пойду. Не хватает сил держаться? Что ж, изыщем силы из внутренних резервов сектора.

На смену уходившим дивизиям была направлена школа младших командиров береговой обороны, восстановительный железнодорожный батальон, несколько хозяйственных подразделений. С батарей взяли бойцов, без которых можно было обходиться во время стрельб, и сформированные из них роты тоже вывели на позиции. Линия обороны не была сокращена.