Публичное одиночество - Никита Михалков

В таком случае стоит ли ждать от культуры «духовного возрождения»?.. (I, 42)

Культура и экономика

(1992)

Я мечтаю о соединении экономики с культурой, о неразделимости вопросов практических и нравственных…

«Нравственно лишь то, что служит делу рабочего класса» – этот иезуитский лозунг прежних лет, похоже, начинает вдалбливаться в общественное сознание. Правда, «рабочий класс» заменен в этой нехитрой формуле на более ходовые слова «свобода», «демократия», «экономическая выгода» и так далее.

Но нравственность есть категория вечная, и не служит она ничьим интересам. Все достаточно просто и старо как мир.

Нравственно хорошо работать и гордиться делом рук своих, безнравственно жить за счет других. Нравственно любить свою землю и Родину, безнравственно желать ее распада, уповая на ее сомнительное будущее процветание в рамках неких экономических пространств. Нравственно сохранять культуру, то есть духовную родину великого народа, а безнравственно лишать ее государственной поддержки и даже распродавать ее, подобно матрешкам на Старом Арбате… (I, 42)

(1994)

Я не могу согласиться с идеей, что сначала надо накормить народ, а потом заниматься культурой.

Нет, культура, как сигара после сытного обеда, когда уже ничего не хочется, такая культура нам не нужна…(I, 64)

(1996)

Никакая политика, никакая экономика ничего не изменит, если не будет культуры…

Есть культура богатства, культура власти, культура силы. И существовать по принципу: давайте упорядочим политическую, экономическую ситуацию, а потом займемся культурой – это бесперспективно.

Если сегодня правительство, президент и все, кто имеет возможность влиять на жизнь общества, не займутся культурой страны, ее исторической памятью, ее наследием – все разговоры будут только разговорами.

Будут переставлять министров, тасовать колоду, принимать новые законы, но без религии и культуры не может быть никакого государства… (I, 66)

(1997)

Нас учили в школе, что существует базис общества – экономика, тяжелая промышленность и так далее. И надстройка – культура в широком ее понимании. Это жестокое и ужасное заблуждение – причина того духовного состояния, в котором пребывает ныне народ.

Не экономика, а именно культура веками была в России корневым фактором жизни. Нет ее, и решительно все без прикосновения этой волшебной палочки превращается в уродливейшее явление.

Власть без культуры страшна. Богатство без культуры безобразно. Сама жизнь без культуры бессмысленна и тягостна. (I, 68)

Массовая культура

(1995)

Если говорить о том, что мы видим сегодня на телевидении, то это действительно тусовка. То есть массовая культура, которая вся построена на броскости и, как правило, лишена национального, исторического корня и традиции, как таковой.

Коровин, Серов, Рахманинов…

Все, что они делали, было глубочайшим образом переплетено и стянуто корневой системой культуры и традиции. Сейчас, через семьдесят с лишним лет после революции, когда эти корни были насильственным образом обрублены и погублены, многое в нашей жизни носит искусственный характер.

Сегодня все, что истинно ценно, не может быть массовым. Мало того, я скажу более жестко: большинство никогда не бывает право, право всегда меньшинство.

Не массы, а личность! (V, 3)

Православная культура (1999)

Иногда можно услышать «деликатные слова» о том, что преподавание курса «Православная культура» в школах ведется пока факультативно, и что это ничего, и что на это нельзя влиять более жестко…

Ну а как это разрушали? Факультативно? По доброй воле?

Нет! Это запрещали. Храмы взрывали, а священников расстреливали. Им не предлагалось выбирать.

То же – с иконами. Иконы должны работать. Иконы, намоленные веками, несут в себе божественную энергию, соединенную с энергией человеческих поколений. Они не имеют права лежать в запасниках музеев. Иконы должны возвращаться в храмы, идти вновь к людям и помогать им…

Я думаю, и пусть меня считают насильником, что Закон Божий должен преподаваться не факультативно, а обязательно, начиная с первого класса.

Почему?

Потому что если человек в зрелом возрасте решит, что ему этого не надобно, то он сможет от этого отказаться. Это его право. В этом его свобода. Но за детей, живущих в России, относительно Закона Божьего взрослые не имеют права решать.

Дети должны это воспринимать с молоком матери и с малых лет знать, что такое Православие… (VII, 1)

(2002)

Реплика: Министр образования Российской Федерации разослал циркулярное письмо, в котором содержалась рекомендация о факультативном преподавании в общеобразовательных школах Россиии предмета «Православная культура». В связи с этим в «демократических» СМИ поднялась бурная кампания протеста…

Братцы, чего испугались-то все так?

А чего вы не боитесь, допустим, такого слогана рекламного: «Учись развлекаться!..» Ну никто не боится… Вы видели где-нибудь такую рекламу: «Учись просто»… – Ленин. Или: «Учись работать». Такой рекламы нет. Есть реклама: «Учись развлекаться».

И все молчат… Это вроде как нормально.

Почему не говорим, ребята, а что такое программа «Окна»?.. И как мы к этому относимся: сидят подсадные утки, артисты (хуже-лучше)… и мы, пуская влажную сладкую слюну, наблюдаем за мерзостными отношениями между людьми.

Никто против этого не возражает!

Вдруг заговорили: а давайте подумаем о культуре, русской, православной культуре, в которой воспитаны Пушкин, Достоевский, Дмитрий Донской… Ой-ой-ой, как страшно, ведь это же – Чечня вторая.

Почему? Почему?!

Воспитание, православное воспитание русской культуры – это иммунитет. Это иммунитет от пошлости, братцы. От пошлости!

Все возможно: и «Окна», и «За стеклом» – все, что угодно.

Но! Дайте иммунитет сначала человеку, маленькому человеку. Дайте понять, откуда он, откуда эта культура великая. Кто такой Дмитрий Донской, Александр Невский? Дайте ему узнать сначала это, а потом он сам выберет: что ему смотреть, что ему не смотреть.

Да, конечно: «Заставь дурака богу молиться, он себе лоб расшибет». Жалко, что говорящие сегодня имеют в виду в основном чиновников, но ведь и чиновники бывают не только идиотами, правда?

Поэтому я считаю, что в данном случае идет разговор об иммунитете, и причем добровольном. (V, 12)

(2003)