Бандитский Петербург. 25 лет спустя - Андрей Константинов

Дело в том, что по информации, озвученной высоким милицейским чиновником, к смерти Старовойтовой могли быть причастны Павел Стехновский и Сергей Мусин, которые, по приведенным на той же пресс-конференции данным, скрываются за границей; а к гибели Маневича — некие Сергей Калягин и Сергей Максимов. Так вот: наша собственная попытка выяснить судьбу этих четверых людей привела к довольно интересному открытию, граничащему, мягко говоря, с абсурдом. В частности, стало известно, что Сергей Мусин был объявлен в розыск уже 21 ноября 1998 года, то есть спустя несколько часов после смерти Старовойтовой. Ориентировка же на Павла Стехновского появилась на два дня позднее. Причем уже тогда оба подозревались в преступлении, инкриминируемом статьей 277 УК РФ (посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля). О том, насколько «эффективно» велся розыск этих двух лиц, можно судить хотя бы по тому факту, что в течение 1999 года Мусин и Стехновский неоднократно задерживались сотрудниками ГИБДД. При этом им инкриминировалось отнюдь не убийство Старовойтовой, а всего лишь нарушение правил дорожного движения. Но самое поразительное выяснилось при составлении репортерского досье на Сергея Калягина и Сергея Максимова. Оказалось, что Калягин… был убит еще в июле 1997 года, т. е. ровно за 42 дня до смерти вице-губернатора. Поэтому, если верить генералу Никифорову, в совершении убийства впервые в истории криминалистики подозревается… привидение. Второй предполагаемый исполнитель убийства Михаила Маневича — Сергей Максимов — пережил вице-губернатора на два с половиной года. В январе 2000 года он был застрелен двумя неизвестными преступниками в холле общежития на Сиреневом бульваре, где, согласно оперативной информации, обычно покупал наркотики.{ Сергей Калягин и Сергей Максимов при жизни не имели между собой никакой связи, однако посмертное объединение этих имен, в принципе, может иметь смысл: как выяснилось, оба, независимо друг от друга, действительно могли участвовать в подготовке устранения Маневича. Но то, что Калягин и Максимов — не единственные подозреваемые, можно понять из того обстоятельства, что уголовное дело по факту убийства вице-губернатора до сих пор не прекращено. Что следовало бы сделать, в случае если все предполагаемые кандидаты в убийцы Маневича ныне мертвы.} Но, в конце концов, бог-то с ними, с покойниками, — вернемся к делам земным и обратимся к личностям подозреваемых неуловимых граждан.

В юности Сергея Мусина имелся всего один официально зафиксированный грешок: во время воинской службы он получил три года условно по приговору военного трибунала (Мусину вменялись получение взятки, мошенничество и утрата военного имущества). Но во второй половине девяностых ленинградцы Сергей Мусин и его знакомый Павел Стехновский являлись вполне легальными людьми, занимались общественной работой и не сторонились политики. Оба были достаточно известны в казачьем Петербурге, лично принимали участие во многих мероприятиях «возрожденного казачества». Как и все обладатели широких казачьих штанов с лампасами, они отличались истовой религиозностью, с готовностью выстаивали томительные церковные службы, проповедовали богоизбранность России и ее особый путь. Сергей Мусин с 1997 года значился соучредителем и руководителем Христианской партии духовного возрождения, располагавшейся в Петербурге по адресу: улица Демьяна Бедного, 3. Здесь же находилось и охранное предприятие «Благоверный князь Александр Невский», неформальным лидером которого считался широко известный в узких кругах Юрий Колчин, он же Юра Брянский. На момент убийства Старовойтовой Мусин и Стехновский официально числились сотрудниками данного охранного предприятия.

Впрочем, существовала и обратная сторона общественной деятельности Мусина и Стехновского, довольно близко примыкающая к криминалу: через Юрия Колчина охранники «Александра Невского» имели прямую связь с тогдашним депутатом Государственной думы Михаилом Глущенко, самый преданный электорат которого, похоже, составляли представители и поклонники тамбовских идей.

Как утверждали компетентные источники, в 1998 году Мусин и Стехновский действительно могли готовить нападение на Старовойтову. На это, в частности, косвенно указывал и тот факт, что один из американских пулеметов «Агран», нелегально ввезенных в наш город, был приобретен именно Мусиным. Вот только на «Агране», найденном на месте убийства Старовойтовой, не было отпечатков пальцев ни Мусина, ни Стехновского. В любом случае, Павел Стехновский и Сергей Мусин, как предполагаемые участники убийства Старовойтовой, были объявлены в розыск, о чем три года спустя после убийства и поведал общественности милицейский генерал Никифоров. Вот только после всероссийской шумихи, поднятой по случаю публичного оглашения их фамилий, многие специалисты искренне считали, что отныне вероятность найти обоих сводится к минимуму.

Брянские партизаны

Между тем с оглашением фамилий двух подозреваемых в убийстве Галины Старовойтовой расследование отнюдь не застопорилось. Напротив, менее через два месяца после сенсационного заявления генерала Никифорова сотрудники Службы по защите конституционного строя и борьбе с терроризмом петербургского управления Федеральной службы безопасности задержали, обвинили в соучастии в убийстве Старовойтовой и арестовали сразу шестерых человек. Большинство из них уроженцы города Дятьково Брянской области, сотрудники охранного предприятия «Благоверный князь Александр Невский» и почти все — ранее судимые. Это уже упоминавшийся Юрий Колчин, Игорь Лелявин, Виталий Акишин, Игорь Краснов, Анатолий Воронин и Юрий Ионов. В рамках того же уголовного дела были объявлены в розыск еще шестеро человек, включая все тех же Мусина и Стехновского. Таким образом, постепенно вырисовывалось, что за убийством Галины Старовойтовой могла стоять организованная преступная группа, состоявшая как минимум из двенадцати человек, большинство из которых, будучи земляками, были неплохо знакомы друг с другом с самого детства. Эта преступная группа была легализована в виде охранного предприятия «Благоверный князь Александр Невский», а ее неформальным лидером являлся Юрий Колчин.

Расследование убийства Галины Старовойтовой было завершено сотрудниками УФСБ по Санкт-Петербургу в самом начале сентября 2003 года, и шестеро обвиняемых, в числе которых оказался и организатор преступления, принялись знакомиться с материалами дела. Однако уже на этом этапе представители УФСБ утверждали, что заказчиков убийства депутата среди них нет. Действительно, вполне логично было предположить, что Юрий Колчин и его товарищи функционировали в таком составе не сами по себе, а под неформальным руководством некоего, намного более могущественного лидера — все-таки сомнительно, чтобы Колчину самому пришла в голову мысль о физическом устранении депутата Государственной думы, слишком уж разноплановые они были фигуры.