Оружие победы - Василий Грабин

Организационная схема нового ОГК составлялась с таким расчетом, чтобы полностью изжить неувязки, мешавшие внедрению новых методов. Простое суммирование задач прежних отделов (КБ и ТО) не исчерпывало роли нового отдела. На ОГК отныне возлагалась ответственность не только за максимальное сокращение сроков проектирования и освоения пушек, но и за рациональное использование производственных площадей, действующего оборудования, металла, людских ресурсов. Все это должно было обеспечить низкую себестоимость, высокое качество валовой продукции, а также возможность резкого увеличения изготовления пушек на действующем оборудовании.

В развернутом виде цели ОГК были такие:

довести до жесткого минимума, приемлемого в военное время, сроки создания пушек и постановки их на производство;

максимально повысить технологичность орудий;

создать высокопроизводительную технологию и технологическую оснастку, рационально использовать действующее оборудование;

установить жесткую норму времени на изготовление пушки и добиваться постоянного ее снижения;

снизить расход металла на изготовление пушки; путем специализации производства снизить общий средний разряд работы; широко развернуть работы по созданию перспективных конструкций, типовых схем пушек, агрегатов и отдельных узлов, а также типовых схем технологии, приспособлений, инструмента и оборудования;

широко развернуть внедрение унификации и нормализации, деталей и механизмов.

Сравнивая прежние планы КБ и ТО с задачами объединенного отдела, можно без труда заметить, что целый ряд весьма существенных пунктов (особенно в части экономии и улучшения использования оборудования) только теперь, после создания нового ОГК, был сформулирован директивно, а не в порядке призывов к доброй воле конструкторов, технологов и производственников Таковы были последствия приказа, подписанного директором завода 28 марта 1941 года. И 3 апреля я уже мог предложить вниманию участников первой конференции по скоростным методам не только обзор накопленного нами опыта и теоретическое обоснование новых принципов проектирования и освоения артиллерийских систем, но и новую организационную схему, вызванную к жизни этими методами.

Издать приказ и слить отделы — это было далеко не главное. Предстояло не формально, а по существу добиться создания единого целого из двух совершенно самостоятельных коллективов, у которых все было разное: разные задачи, подготовка, разный стиль работы, традиции, дисциплина, разные взгляды на создание и отработку технической документации. Пожалуй, в те дни только одно было общим: как конструкторы, так и технологи в большинстве своем высказывались против объединения. Технологи боялись, что теперь конструкторы "подомнут" их. Конструкторы видели в объединении лишнюю обузу. Слова здесь мало помогали. Требовалось большое важное дело, большая загрузка всех звеньев новорожденного отдела. Общая работа, совместное преодоление трудностей, общий успех — вот что было необходимо для быстрого превращения ОГК в настоящий штаб, возглавляющий подготовку производства.

Этим и были заняты мои мысли, пока утихали участники конференции, заполнившие просторную аудиторию Ленинградского института усовершенствования ИТР, а председательствующий перебирал свои заметки, готовясь к вступительному слову.

А между тем необходимое нам дело, большое, срочное, огромной важности, уже фактически существовало. Оно было пока еще не облечено в точные формулировки задания и тактико-технических требований, не очерчено сроками. Но оно уже было. Пройдет всего час-полтора, и оно отодвинет на второй план буквально все: прервет мой доклад на конференции, заставит участников конференции долго ждать второй части неожиданно прервавшегося доклада, а самого докладчика перенесет из аудитории по темным ленинградским улицам в один из просторных кабинетов Смольного.

Всего этого я знать, разумеется, не мог в тот момент, когда председательствующий, закончив вступление, предоставил мне слово.

Пушка, рожденная за одну ночь

Сверхсекретная пушка: как о ней объявить? — Приезд Кулика: "Дивизионных пушек вполне достаточно". — "ЗИС-3" остается "в запасе". — Плоды унификации.

1

В жизни большинства людей рано или поздно наступает момент, после которого биография человека сводится к биографии его дела. О таком моменте принято говорить: человек определился в жизни. Позади остались крутые повороты судьбы, переезды из города в город, смена профессий — все, что человек предпринимал, не всегда осознанно, в поисках своего призвания, своего настоящего дела. Переезды и крутые виражи биографии не исключены и в будущем, но теперь они определяются успехами или неуспехами в работе в гораздо большей степени, чем личными склонностями человека или чисто житейскими обстоятельствами. Исключение, конечно, составляют такие события, как война, когда гражданский долг отрывает человека от станка, от пашни, от лабораторного стенда. В мирное же время дело человека — благодатнейшая, если не единственная, область для реализации душевного потенциала; дело нерасторжимо связывает человека с обществом, является, как принято теперь говорить, действенным средством коммуникации.

Для меня и многих моих товарищей переезд в Приволжье, начало работы в новом КБ и были как раз тем моментом, после которого судьбы наших пушек без остатка подчинили себе жизнь каждого из нас. Личная биография стала равнозначной биографии дела. К 1941 году объем работ резко возрос, в разных стадиях создания, испытаний и освоения находилось часто по нескольку артиллерийских систем. И потому рассказ об этом периоде нашей жизни приходится вести с нарушением хронологической последовательности событий, с забеганием по времени вперед и с последующим возвращением к отправной точке.

Лучшие аргументы в пользу новых методов — практические результаты работы. Сокращению сроков создания орудий и освоению их в производстве мы уделяли очень много внимания, но при этом непрерывно работали над созданием совершенной дивизионной пушки — самой массовой в армии. Весной 1938 года, включаясь в работу по созданию дивизионной пушки Ф-22 УСВ, мы вполне отдавали себе отчет, что тактико-технические требования, по которым мы вынуждены были работать, не дадут нам возможности полностью воплотить в конструкции все наши идеи и замыслы. Ф-22 УСВ мы рассматривали как "переходную" конструкцию к другой, более совершенной.

Пожалуй, только мощность Ф-22 УСВ и баллистическое решение соответствовали нашему пониманию сути дивизионного орудия.