Мои воспоминания. Брусиловский прорыв - Алексей Брусилов

А 11-я и 8-я армии в дни Коломыйского сражения отразили натиск неслыханной еще силы.

17 июня началось наступление войск Линзингена на 8-ю армию. Русским удалось сорвать «Канны на Днестре» – тем крепче должен был быть удар на Волыни!

Фронт нашей 8-й армии описывал широкую дугу по трем рекам – Стоходу, Безымянной и Липе. Линзинген решил ее срезать ударами группы Бернгарди на Стоходе с севера на юг и группы фон дер Марвица на Безымянной с юго-запада на северо-восток – в разрез между 8-й и 11-й армиями. Между этими двумя охватывающими группами 4-я австро-венгерская армия, усиленная 10-м германским корпусом, должна была прорвать центр 8-й армии фронтальным ударом.

Наступление группы Бернгарди на Стоходе было отражено 5-м Сибирским и 39-м армейским корпусами. 19 июня Бернгарди повторил удар, воспользовавшись сменой 5-го сибирского корпуса (сильно пострадавшего в июньских боях) 1-м армейским. Ему удалось было прорвать наш фланг, но контратаками 24-й пехотной дивизии у Линевки положение было восстановлено. Здесь отличился 96-й пехотный полк Дашкевича-Горбатского.

4-я австро-венгерская армия, усиленная германцами, набросилась на наш центр – 33-й и 40-й армейские корпуса. Против четырех наших дивизий развернулось девять неприятельских. Особенно жестокое побоище разыгралось у Затурцев, где 10-й германский корпус схватился в бешеном единоборстве с нашим 40-м и где брауншвейгская «Стальная» 20-я пехотная дивизия была сокрушена нашей «Железной» 4-й стрелковой дивизией генерала Деникина.

С 17 по 21 июня 10-й германский корпус произвел 44 отчаянные атаки. В его полках осталось 300–400 штыков. Изведав в первый день стойкость нашей «Железной» дивизии, брауншвейгцы «Стальной» дивизии вывесили плакат: «Ваше русское железо не хуже нашей германской стали, но мы его разобьем!» – и получили в ответ: «А ну, попробуй, немецкая колбаса!»

На левом фланге 8-й армии отчаянное сопротивление 8-го корпуса генерала Вл. Драгомирова сломило порыв корпусов Шурмая и Фалькенгайна, но 45-й корпус правофланговый 11-й армии – не смог сдержать напора главных сил Марвица. Наша 126-я дивизия была прорвана – и дорога на Луцк, в тыл 8-й армии, неприятелю была открыта… 17 июня 22-й германский корпус Фалькенгайна прорвал было 8-й корпус (15-ю дивизию) у деревни Ватин. Выручила беззаветная атака 2-го батальона модлинцев на пять германских батальонов, уже заходивших в тыл 15-й пехотной дивизии. Геройский батальон гнал ошеломленную германскую бригаду до Корытницкого леса. Командир его, подполковник Русов, вел атаку верхом и пал смертью храбрых. Это дело было отмечено Ставкой.

Тогда начальник штаба Юго-Западного фронта генерал Клембовский по своей инициативе (Брусилов отсутствовал) бросил туда – под Ниву Золочевскую, Дубовые Корчмы и Перемель – два полка подходившего 5-го армейского корпуса на автомобилях, 12-ю и Сводную кавалерийскую дивизии, 7-ю и 10-ю артиллерийские бригады на рысях.

Дружным и неожиданным ударом силы эти пригвоздили к месту прорвавшихся гессенцев фон дер Марвица, приняв их, по роду оружия, на штыки, в шашки и на картечь. В пятидневных боях атаковавшие дивизии были почти совершенно уничтожены и 21 июня отброшены в исходное положение.

27-й пехотный Витебский полк вылетел на автомобилях прямо на германские цепи и, соскочив, толпою в образе колонны, кинулся на немцев в штыки и опрокинул. Ахтырские гусары и самаро-уфимцы 3-го Оренбургского казачьего полка атаковали в конном строю. 19 июня неприятель снова сбил ополченцев 126-й пехотной дивизии, но геройская конная атака архангелогородских драгун и заамурцев 1-го конного полка у Нивы Золочевской спасла положение.

2-й Заамурский конный полк атаковал в конном строю укрепленную позицию у Кшаки, и за это дело его командир полковник Карницкий получил Святого Георгия 3-й степени. К 21 июня подоспела 6-я Сибирская стрелковая дивизия, и кризис был окончательно преодолен.

Обращает на себя внимание согласованная и дружная работа всех наших частей, а также робость трех неприятельских кавалерийских дивизий, не посмевших использовать полученный прорыв. Генерал Брусилов лестной телеграммой в самый критический момент операции чрезвычайно подбодрил генерала Сахарова, показав себя искусным психологом (только сравнить с поведением Жилинского в отношении Самсонова!). При отражении Марвица нами взято 2400 пленных германцев и 12 пулеметов. Это жестокое оборонительное сражение мы назовем «Сражением на трех реках».

Крушение задуманных «Канн» – поражение Линзингена и разгром Пфланцера – ошеломило австро-германское верховное командование. Из Литвы и Франции спешно были затребованы новые германские дивизии. С Итальянского фронта было переведено управление 3-й армии генерала Кевеша, в которую были включены все войска 7-й армии между Днестром и Прутом. Пфланцеру был оставлен Карпатский фронт. Наши враги не успели произвести перегруппировку, как их ждал новый удар.

22 июня – на следующий же день по отражении Линзингена – генерал Брусилов сам перешел в энергичное наступление своими армиями правого крыла – 3-й и 8-й – на Ковель. 21 пехотной и 10 кавалерийских дивизий Леша и Каледина ударили по 26 1/2 пехотной и 7 кавалерийским дивизиям Линзингена.

В 3-й армии генерала Леша правофланговый 31-й корпус генерала Мищенко слегка потеснил германскую группу Гронау на Огинском канале. Южнее Припяти 4-й конный корпус генерала Гилленшмидта, сводный генерала Булатова и 46-й корпус генерала Истомина наголову разбили группу Гауэра в делах у Галузии, Волчецка и Маневичей.

Победа 3-й армии осталась неиспользованной по вине генерала Леша, не чувствовавшего пульса боя, генерала Гилленшмидта, совершенно не сумевшего распорядиться своей конницей, а особенно генерала Булатова, не использовавшего успех сводного корпуса (нанесшего главный удар) и придержавшего рвавшуюся вперед 78-ю пехотную дивизию, чем была дана возможность неприятелю удержаться на Стоходе.

8-я армия развернула справа налево 5-й конный, 1-й Туркестанский, 30-й, 1-й и 39-й армейские корпуса. 23-й, 40-й, 8-й и переведенный на левый фланг 5-й Сибирский оставались на месте, наблюдая отраженную 4-ю австро-венгерскую армию и разбитого Марвица. 11-я армия оставалась на месте, развернув 45-й (смененный затем подошедшим 5-м корпусом), 32-й, 17-й и 7-й армейские корпуса. Левофланговые 6-й и 18-й корпуса отошли к 7-й армии.

Наибольший успех в армии Каледина имели правофланговые корпуса: 1-й Туркестанский генерала Шейдемана, разгромивший у Тумана и Разиничей группу генерала Фата, и 30-й армейский корпус генерала Зайончковского, сбросивший в Стоход 2-й австро-венгерский корпус в боях у Грузятина. 25 июня Линзинген отвел разбитые свои войска за Стоход, и 26-го река эта была с боем форсирована туркестанцами и 30-м корпусом. По словам Людендорфа, это был один из самых серьезных кризисов на Восточном фронте.