Всеволод Большое Гнездо - Алексей Юрьевич Карпов

36

Знаменитый Даниил Заточник цитировал своему адресату, князю Ярославу Владимировичу, слова, сказанные ему «князем Ростиславом»: «Не лгал бо ми Ростислав князь: “Лепше бы ми смерть, ниже Курское княжение”». Как известно, похожие слова ещё в 1139 году произнёс другой Мономашич, князь Андрей Владимирович Добрый, в ответ на предложение тогдашнего великого князя Киевского Всеволода Ольговича обменять на Курск его Переяславль («Лепьши ми того смерть и с дружиною на своей отцине и на дедине взяти, нежели Курское княжение»). Обычно считается, что Даниил Заточник ссылался в данном случае на князя Ростислава Юрьевича (ум. 1151), сына Юрия Долгорукого, который будто бы передал ему слова своего дяди. Но современником Даниила, скорее, был князь Ростислав Рюрикович, который и сам мог попасть в ту же ситуацию, что и Андрей Добрый за 70 лет до него, и ответить на предложение другого Ольговича, Всеволода Святославича, теми же, вошедшими в поговорку словами, что и его двоюродный прадед70.

37

Судя по тексту, приведённому в Лаврентьевской летописи, речь идёт о епископе Леоне, современнике Всеволода и Андрея Боголюбского. Более поздние авторы, однако, решили, что вощаница принадлежала святителю Леонтию Ростовскому. Прямо пишет об этом, например, автор Тверского летописного сборника: «...глаголют бо, яко вощаница та святаго Леонтиа»83.

38

Летописи XV—XVI веков называют по именам трёх ростовских бояр князя Константина Всеволодовича — это Добрыня Золотой Пояс (в других вариантах Тимоня Золотой Пояс, или Добрыня Рязанич Золотой Пояс), некий Нефедий Дикун и Александр (Алёша) Попович; все они участвовали в битве на Липице 1216 года. По свидетельству Тверского летописного свода, Александр со своим слугой Торопом служил прежде Всеволоду Юрьевичу и уже от него перешёл к старшему сыну, когда Всеволод дал тому Ростов. Боярин владел неким «городом», «обрыт под Гремячим колодязем на реце Гзе, иже и ныне той соп стоит пуст». Вместе с Александром были ещё и иные «седмьдесять храбрых» (то есть 70 бояр?); все они после смерти Константина перейдут на службу к киевскому князю Мстиславу Старому и погибнут в битве на реке Калке в 1223 году91. Очевидно, впрочем, что эти известия о ростовских боярах имеют по большей части фольклорное (былинное) происхождение.

39

Или, как витиевато сказано об этом в Тверском летописном сборнике XVI века: «...не восхотевшу быти в Володимери, но у Пречистиа Ростовскиа и чюдотворцев излюбы жити... ту бо омышляше столу быти великому княжению»93.

40

Хотя автор Летописца Переяславля Суздальского, напротив, называет Ярослава среди сыновей, присутствующих при погребении отца.

41

«...Усмотрено было, — сообщает историк собора протоиерей А. Виноградов, — что и в этой гробнице много сложено человеческих костей, под которыми видны были левая ножка и правая рука великого князя сохранившимися в нетлении; остальных же частей тела не видно было под наложенными на оное костями»121.

42

По-другому, ранее 10 ноября того же года.

43

По-другому, 10 ноября 1188 года.

44

По-другому, 1194 год.