Дело всей жизни - Александр Василевский

Эти планы опирались на прочную реальную основу. Крупные победы, одержанные осенью 1943 года, ярко демонстрировали возросшую мощь Советских Вооруженных Сил. Повысилась маневренность войск, улучшилось управление ими, выросла ударная и огневая сила. То, чем мы располагали в третью военную зиму, стояло качественно несравнимо выше того, что мы имели в начале войны. Огромный боевой опыт накопил Генеральный штаб. В начале 1944 года отдел по использованию опыта войны был преобразован в управление. Непрестанно разрабатывались пособия для офицеров, памятки воину, выпускались сборники теоретических статей по отдельным проблемам, в которых анализировалось все лучшее, достигнутое советскими войсками, становясь затем общим достоянием. 4,2 млн. человек такова цифра пополнения, пришедшего в Действующую армию в 1944 году.

Крепли авиационные соединения. Авиакорпуса из смешанных превращались в однородные и переводились на новую, все более могучую боевую технику: в штурмовые авиакорпуса начали поступать "Ил-10", лучшие в мире "летающие танки"; в истребительные - самый надежный самолет второй мировой войны "Ла-7" и наиболее маневренный "Як-3". С весны 1944 года каждый фронт получил по инженерной мотобригаде, а три Белорусских и два Украинских еще по моторизованной штурмовой инженерно-саперной бригаде. Формировались тяжелые минометные бригады, вооруженные 160-миллиметровыми минометами, а также гвардейские тяжелые минометные бригады реактивной артиллерии с мощными установками БМ-31-12. Войска начали получать новые противотанковые орудия (85и 100-мм), самоходно-артиллерийские установки с орудиями 100-, 122- и 152-миллиметрового калибра. У танка Т-34 пушку в 76 мм заменили 85-миллиметровой, нарастили броню и подняли скорость. Появился тяжелый танк ИС-2, прозванный немцами "русским тигром". Общевойсковые армии состояли теперь преимущественно из двух четырехдивизионных либо трех трехдивизионных корпусов и были хорошо обеспечены боевой техникой и разнообразными современными средствами ведения войны.

Немецко-фашистское командование понимало, что с потерей Украины рухнет Восточный фронт на юге нашей страны. Однако, преувеличивая потери и усталость Красной Армии и надеясь на сильную распутицу, оно полагало, что до лета крупные наступательные операции с нашей стороны на южном крыле фронта исключены и что это позволит собрать необходимые силы, восстановить оборону по Днепру и связь со своими войсками, запертыми в Крыму. Контрнаступление, предпринятое Манштейном еще в ноябре 1943 года на Юго-Западном направлении, не принесло успеха. В результате тяжелых боев враг смог лишь временно прикрыть образовавшуюся на фронте брешь, но вырвать инициативу у Красной Армии и вернуть Киев ему не удалось.

В то же время, несмотря на понесенные жестокие поражения, немецко-фашистская армия к началу 1944 года была еще довольно сильной и могла вести серьезную оборонительную войну. Отсутствие же второго фронта в Европе во многом содействовало этому, ибо военные события, происходившие в Центральной Италии, по своему значению и размаху именоваться настоящим вторым фронтом, конечно, не могли. По данным Генерального штаба, на советско-германском фронте действовали тогда 198 немецких дивизий и шесть бригад, три немецких воздушных флота, а также 38 дивизий и 18 бригад союзников Германии. Эти войска насчитывали 4,9 млн. человек, имели на вооружении более 54,6 тыс. орудий и минометов, 5,4 тыс. танков и штурмовых орудий, 3,1 тыс. самолетов. В наших действующих войсках насчитывалось более 6,3 млн. человек, 33,6 тыс. орудий и минометов, 5254 танка и САУ, 10 200 самолетов. Несомненно, обращает на себя внимание то обстоятельство, что у нас, хотя и временно, было меньше, чем у противника, танков.

Это объясняется прежде всего немалыми потерями нашей армии в гигантских наступательных операциях 1943 года. Пять наших танковых армий (а зимою 1944 года к ним добавилась шестая) позволяли сосредоточивать на направлении главного удара серьезные танковые силы. Огнем и гусеницами они давили врага, прокладывая путь советской пехоте и взламывая фашистскую оборону. Но и сами при этом, являясь передовым тараном войск, несли заметный урон. Кроме того, не нужно недооценивать экономический потенциал гитлеровской Германии. Эксплуатируя труд сотен тысяч угнанных в фашистскую неволю иноземных рабочих, подчинив все свои оборонные предприятия служению нуждам фронта, фашистская Германия сумела наладить военное производство. Вот почему на рубеже 1943-1944 годов борьба с немецкими танковыми соединениями оставалась далеко не простым делом. И когда наши войска становились порою в оборону, она строилась обязательно глубокой, противовоздушной, противотанковой и с серьезным инженерным оборудованием местности.

На южном крыле советско-германского фронта гитлеровцы имели в начале 1944 года одну из своих наиболее крупных стратегических группировок. Против четырех советских Украинских фронтов на участке от реки Припять до берегов Черного моря действовали: группа армий "Юг" генерал-фельдмаршала Манштейна (4-я и 1-я танковые, 8-я и 6-я полевые армии) и группа армий "А" генерал-фельдмаршала Клейста (3-я румынская и 17-я немецкая армии, 44-й немецкий отдельный армейский корпус; в первых числах февраля в последнюю из группы "Юг" была передана 6-я полевая армия). Эти войска поддерживались авиацией 4-го воздушного флота. Всего в обеих группах было 1,76 млн. солдат и офицеров, 16800 орудий и минометов, 2200 танков и штурмовых орудий, 1460 самолетов. По строжайшему приказу Гитлера, они любой ценой должны были удержать за собой богатейшие хлебные районы Правобережной и западных областей Украины, Никополь с его предприятиями по добыче и переработке марганца, Криворожский бассейн, богатый железной рудой, и Крым, прочно прикрывая коммуникации южного крыла германо-советского фронта. Гитлеровское командование еще надеялось на восстановление своей обороны и по Днепру. Вот почему оно с таким упорством стремилось удержать за собой корсунь-шевченковский плацдарм, выгодный для нанесения флангового удара как по левому крылу 1-го Украинского, так и по правому крылу 2-го Украинского фронтов, а также плацдарм южнее Никополя, который прикрывал Криворожский бассейн и позволял нанести удар на Мелитополь по тылу 4-го Украинского фронта и пробиться к крымской немецко-румынской группировке.

Нельзя не сказать о том, что наши войска, сражавшиеся на Украине, столкнулись с деятельностью буржуазных националистов, возглавлявшихся Мельником и Бандерой. Особенно они активизировались на Правобережье и в западных областях Украины. Бандеровцы пытались влиять на настроения не только гражданского населения, но и на военных. Их террористические банды осуществляли диверсии и убийства, иногда серьезно угрожая нашим войсковым тылам, и активно сотрудничали с оккупантами во фронтовой полосе. Одна из таких банд организовала в конце февраля 1944 года засаду, в которую попал и был там тяжело ранен Н. Ф. Ватутин. Эти тревожные сигналы также напоминали нам, что недалеко советская государственная граница, что Красной Армии, несущей освобождение от гитлеризма многим народам, придется все чаще и чаще ощущать за рубежами Родины существование всяческих антисоветских буржуазных и мелкобуржуазных группировок.