Генрих V - Кристофер Оллманд

Что может дать нам даже краткое исследование отношений Генриха с членами его семьи? Нет сомнений в том, что все вместе они внесли значительный вклад в способность Генриха править и в любые успехи, которые можно приписать ему. Они позволили ему покинуть Англию, будучи уверенным, что в его отсутствие страной будут править люди, которым он мог доверять. На том или ином этапе каждый из братьев Генриха оставался во главе английских дел, причем Бедфорд дольше, чем два других вместе взятых[1133]. Все трое принимали участие в дипломатических переговорах: они всей семьей помогали встречать и развлекать Сигизмунда, самого знатного гостя Англии в период правления. Все трое активно участвовали в войне, некоторые дольше, чем другие, и каждый использовал свои способности по-разному: Кларенс, чей вклад был бы лучше оценен в рыцарском духе предыдущего века и чья гибель на поле брани окрасила мнение людей о нем в неблагоприятные тона, был главным образом рыцарем-воином; Глостер — военачальником, который, как и его старший брат, король, понимал новые возможности, предоставляемые артиллерией; Бедфорд — лидером, проявившим свои способности в морском сражении на Сене, и выдающимся администратором.

Это была семья людей с высокими способностями, которой Генрих должен был руководить. Их навыки, призвания, склонности отличались друг от друга, но все они были заинтересованы в успехе предприятий короля, который нивелировал бы любую возможную угрозу трону. Вместе они наложили аристократическую печать на руководство, которое было в распоряжении Генриха. То, что они смогли работать вместе (в отличие от соперничества и склок, которыми характеризовалось слабое правление Карла VI во Франции), отчасти было результатом их разных характеров, способностей и амбиций. Это также было результатом умения Генриха руководить людьми, использовать их лучшие стороны и объединить их в команду, которая, однако, распалась, как только он умер. Но на данный момент тот факт, что соратников было много, помогал: это увеличивало шанс, что хотя бы один из сыновей Генриха IV будет готов взять на себя неблагодарную, но жизненно важную роль лейтенанта королевства во время отсутствия братьев за границей. Наличие этой группы кровных родственников, которые помогали ему (за одним исключением, нет ни намека на несогласие со стороны кого-либо из них во время правления), означало, что Генрих мог действовать уверенно. Именно эта уверенность позволила ему так твердо вести себя со своим дядей, епископом Бофортом, по поводу возведения последнего в кардиналы. Он также знал, когда наказание Бофорта следовало прекратить, и вернуть ему королевскую милость, которую он временно потерял. Именно такие качества, как он проявил в этот раз, качества сдерживаемого гнева без мстительности, терпения и твердости, помогли Генриху стать лидером народа.

Следует отметить последний момент. За исключением Глостера, который, как заметил его современный биограф[1134], довольно поздно приступил к своим государственным обязанностям, братья Бофорты, вместе с самим Генрихом, представляли собой сильный и жизненно важный элемент преемственности с прошлым. Бедфорд с ранних лет посвятил себя практической государственной деятельности на севере страны; Кларенс тоже, хотя и с заметно меньшим успехом, участвовал в войне и управлении. Оба Бофорта занимали должность канцлера — как и многое другое — в правление Генриха IV. Именно в это время они узнали Генриха, а он узнал их, и каждый из них признал способности и преданность друг друга делу страны и семьи. Став королем в 1413 году, Генрих знал, на кого он может положиться, потому что это доверие было в значительной степени взаимным. Это был фактор помог укрепить преданность тех людей не королевской крови, которым предстояло служить ему и как принцу, и как королю.

Глава 16.

Персонал правительства

Генрих был человеком такой энергии и достижений, а тенденция концентрировать решение всех вопросов на короле настолько сильна, что необходимо напомнить, что Генрих во многом полагался на помощь других людей в своей работе. Эта способность заставлять других работать на него была одной из выдающихся характеристик его лидерских качеств. И хотя эти люди работали на него, они также работали друг с другом, тем самым формируя особую сплоченную группу среди тех, кто исполнял волю короля. В царствование Генриха не было "бывших" слуг короля: назначенные однажды, люди, как правило, оставались на своей должности надолго. Свидетельствует ли это о том, что выбор слуг Генриха был удачным, или, скорее, о том, что все они были верны друг другу? В любом случае, эти годы содержат мало свидетельств критики как правительства короля, так и тех, кто действовал от его имени.

Правительство в этот период было тесно связано с двором короля, группой из примерно 200 человек, которые жили рядом с королем, и чьи главные чиновники, в основном носившие титулы с дворовым подтекстом, назначались королем, чтобы помогать ему в повседневных задачах и рутине управления[1135]. Следует помнить о двух связанных факторах. По мере того как менялись короли, менялся и персонал королевского двора, поскольку персонал отражал выбор главы двора, самого короля. Во-вторых, можно отметить, что выбор главных членов королевской свиты зависел не только от способностей и политической надежности. Подбирая персонал, король, по сути, выбирал своих друзей и соратников, мужчин (что особенно важно в случае холостого монарха), с которыми он будет работать и отдыхать[1136]. Другими словами, было очень важно, чтобы эти люди были приемлемы как для короля, так и друг для друга. Неудивительно, что общий характер членов свиты, опыт, который они могли иметь, и их отношение к правящему дому были жизненно важны для создания сплоченности между ними и обеспечения их верности королю, их господину.

Придворные состояли из двух групп мужчин, которые образовывали концентрические круги вокруг короля. Ближе всего к нему находились камергеры, самые близкие друзья короля, которые находились под началом главного королевского камергера. Эти люди отвечали за удовлетворение повседневных потребностей короля, а также за пропитание тех, кто жил при дворе. Контроль над личными финансами короля и материальными свидетельствами его богатства, в частности, драгоценностями и украшениями, находился в руках казначея палаты, который также был хранителем драгоценностей; эта система претерпела некоторые изменения в 1415 году. Еще одним подразделением палаты, имевшим большое значение в правление Генриха, была королевская капелла, члены которой под руководством своего декана отвечали за литургию и пение на церковных службах, которые Генрих посещал с неизменной регулярностью[1137]. Для советов по духовным