Воспоминания адъютанта Паулюса - Вильгельм Адам

«С безграничной самонадеянностью Гитлер разжег пожар этой войны, с циничной откровенностью объявил захват и насилие над другими странами целью войны. В этих гибельных целях он заставляет — без всякого нравственного права, лишь для продления господства насилия — миллионы немецких солдат истекать кровью на фронте, а цветущие города, женщин и детей на родине подвергает уничтожению в результате воздушной войны. Он позорит честь немецкого имени беспримерными злодеяниями в оккупированных странах, кровавым террором по отношению к собственному народу…

Вы не должны больше молчать! Потому что молчание означает соучастие и предательство заветов Христа и своей церкви. Долг каждого христианина — открыть соблазнителям и соблазненным божеский суд и божескую заповедь. Долг каждого христианина — покаяться в послушании заповедям всевышнего, иметь чистую совесть и незапятнанную честь. Однако лишь пассивно ожидая чуда, этого не может сделать ни один немец и ни один христианин! Со всей силой нашей христианской веры отрешитесь от настроения гибели и тупого отчаяния, боритесь с молитвой в сердце, с помощью свободного слова и решительного дела за немедленный мир, за свободу и спасение нашего народа. От вас зависит, чтобы одновременно с приговором, который человечество вынесет Гитлеру, не был вынесен приговор немецкому народу. Свергнув Гитлера, вы должны проложить немецкому народу путь в новое будущее. Поэтому присоединяйтесь — как это сделали мы — к борьбе немецкого освободительного движения! Боритесь и сражайтесь вместе с нами в народных комитетах движения „Свободная Германия“! Они несут освобождение и обновление Германии! Никакая присяга не может помешать такой борьбе, потому что ваша присяга, принесенная именем Бога, обязывает вас лишь к служению нашему народу. Исход этой борьбы за жизнь нашего народа решается повседневно на фронте и на родине. Поэтому противопоставляйте антихристианскому и губительному для народа национал-социализму жизнь, полную действенной христианской веры!»[125]

С течением времени я встретил в Луневе и тех, кто путем эмиграции избежал концентрационных лагерей или смерти, грозившей им как коммунистам в гитлеровской Германии, и нашел убежище в Советском Союзе. Таким был председатель Национального комитета «Свободная Германия» писатель Эрих Вейнерт. Его имя вместе с именами Вальтера Ульбрихта и Вилли Бредаля встречалось мне в листовках во время битвы на Волге.

В Войкове в руки мне попал томик его стихов. Одно из них произвело на меня большое впечатление:

Германия миру — враг оголтелый,Но какая Германия — вот в чем дело!Мы знаем, Германии разные есть:Проклятья с одной, с другой наша честь.Одну прикарманил Гитлер себе,Другая верна своей славной судьбе.Бесчестной Германии не бывать,Германии новой из праха восстать!Идя против первой Германии в бой,Мы приближаем победу второй.И тот, кто целится в нас теперь,В Германию правую метит, поверь.Тому, кто отказывается стрелять,Мы руку, как брату, готовы подать.С кем он, каждый должен решитьО Германии речь! Мы не можем терпетьЧтоб под флагом ее Гитлер сеял смерть.Тех, кто слепая игрушка приказа,Мы проклянем, как чуму и проказу!Тот, кто с убийцей, — тот виноватый!Вместе с убийцей дождется расплаты!Есть две Германии. Солдат, докажи,Какою Германией ты дорожишь!Тот, кто трусит, медлит и ждет,В бесславной могиле конец свой найдет![126]

За это время я прочел также кое-что написанное Вилли Бределем и другим членом комитета Фридрихом Вольфом, врачом и писателем из Штутгарта. «Твой неизвестный брат» Бределя открыл мне многое из истории антифашистского движения Сопротивления в Германии, о котором я почти ничего не знал. «Профессор Мамлок» Вольфа одновременно и взволновал меня, и вызвал чувство стыда. А ведь совсем недавно я старался убедить себя в том, что преследования евреев нацистами хотя и достойны сожаления, однако не перечеркивают всерьез успехов Гитлера.

Я немного знал Иоганнеса Р. Бехера по его визиту в Войково в 1943 году. С его творчеством я познакомился только в Луневе. Особенно полюбилось мне его глубокомысленное стихотворение «Где была Германия…»:

Как много их, кто имя «немец» носитИ по-немецки говорит… Но спросятКогда-нибудь: скажите, где былаГермания в ту черную годину,Пред кем она свою согнула спину,Свою судьбу в чьи руки отдала?Назвать ли тех Германией мы вправе,Кто жег дома и землю окровавил,Кто, опьянев от бешенства и зла,Нес гибель на штыке невинным детямИ грабил города?.. И мы ответим— О нет, не там Германия была!Но в казематах, в камерах закрытых,Где трупы изувеченных, убитыхБезмолвно проклинают палачей.Где к правому суду взывает жалость,Там новая Германия рождалась.Там билось сердце родины моей!Оно стучало за стеною мшистой,Где коммунист плевал в лицо фашистуИ шел на плаху, твердый, как скала.В немом страданье матерей немецких,В тоске по миру и в улыбках детских —Да, там моя Германия была!Ее мы часто видели воочью,Она являлась днем, являлась ночью.И молча пробиралась по стране.Она в глубинах сердца созревала,Жалела нас и с нами горевала,И нас будила в нашем долгом сне.Пускай еще в плену, еще в оковах —Она рождалась в наших смутных зовах,И знали мы, что день такой придет:Сквозь смерть и гром, не дожидаясь срока,Мир и свобода явятся с Востока,И родину получит наш народ!Об этом наши предки к нам взывали,Грядущее звало из светлой дали:— Вы призваны сорвать покровы тьмы!И не подвластны оголтелой силе,Германию мы в душах сохранилиИ ею были, ею стали — мы![127]

Наиболее зрелыми и опытными в политическом отношении были, несомненно, депутаты рейхстага Вильгельм Пик, Вальтер Ульбрихт и Вильгельм Флорин. Своим выдающимся анализом и точными выводами они направляли всю работу Национального комитета «Свободная Германия». Они, руководящие представители рабочего класса, были в любое время готовы к личным беседам, своими советами помогали выяснять личные сомнения и проблемы, интересуясь в то же время нашим мнением и нашим опытом.