Франсиско Франко и его время - Светлана Пожарская

Светлана Пожарская

Франсиско Франко и его время

Памяти сына — Николая ЯКОВЛЕВА-младшего

К читателю

«Образ Франко тускнеет на монетах, печатях и в памяти» — это суждение, высказанное мадридским корреспондентом «Associated Press» Ф. Уиллером в ноябре 1976 г., в первую годовщину со дня смерти Франсиско Франко, тогда вряд ли кто-либо оспаривал. Но прошли годы, и картина резко изменилась: в Испании от книг о Франко и его эпохе ломятся библиотечные полки. В главном книжном магазине известного издательства «Espasa Calpe», что на мадридской Гран Виа, только книги о Франко и его времени, вышедшие за последние годы, занимают три полки. К десяткам прижизненных биографий прибавились сотни новых, как критических, так и апологетических. К последним можно отнести и нашумевшую монографию П. Moa «Мифы о гражданской войне», 23-е издание которой увидело свет в 2003 г. Кто из них прав? Ответ могут дать документы испанских и отечественных архивов.

«Важнейшая задача моей жизни — вернуть испанцам гордость быть испанцами», — комментируя эту жизненную установку Франсиско Франко, известный испанский историк М. Эспадас Бургос заметил, что Франко являлся «человеком 98-го года», года поражения в войне с США, когда Испания, утратив Кубу, Филиппины и Пуэрто-Рико, стала второстепенной державой, и был убежден, что для того, чтобы «Испания без пульса» возродилась к жизни, ей надо обрести веру в себя. Но вряд ли кто-либо обратил бы внимание на эти слова честолюбивого молодого офицера, каких немало имелось в испанской армии, если бы они не принадлежали тому, кто впоследствии около 40 лет обладал реальной возможностью оказывать воздействие на жизнь и судьбы соотечественников.

Франсиско Франко прожил без малого 83 года. Менялся мир, менялись и его представления о месте Испании в мире, настоящем и будущем. И все же биографы Франко еще при его жизни отмечали, что, несмотря на крайний прагматизм, диктатор в чем-то все-таки оставался верен своим принципам и своему прошлому.

Прежде всего военный, Франко не оставил теоретического наследия, позволяющего с большей или меньшей определенностью судить о его заранее заданных «моделях» будущего Испании. Его публичные выступления в качестве главы государства были подчинены сиюминутным целям. Своих воспоминаний он не оставил.

Его роман «Раса», изданный под псевдонимом Хайме Андраде, хотя во многом автобиографический, вряд ли все же можно отнести к мемуарному жанру.

Еще 2 ноября 1964 г. глава нью-йоркского издательства «Doublday and Company» К. Мак-Кормик обратился с письмом к министру иностранных дел Испании Ф. Кастиэлье с необычной просьбой: «Как издатели биографий Дуайта Д. Эйзенхауэра, Роберта Мерфи, Ричарда Никсона и других выдающихся американцев, мы заинтересованы в том, чтобы убедить Генералиссимуса Франко написать свою биографию». Ответ Кастиэльи был уклончив: в ответном письме от 25 ноября он выразил надежду вернуться «к этому вопросу в ближайшем будущем». Но так и не вернулся.

Позднее X. Мануэль Лара, основатель и глава знаменитого барселонского издательства «Planeta», обратился с просьбой к Франко написать свои воспоминания. Франко отказался. Тогда Лара предложил М. Аснару и Е. Ромеро написать биографию Франко при его содействии. Франко выбрал Ромеро, хотя Аснар, дед X. М. Аснаpa, главы испанского кабинета в 1996–2004 гг., имел репутацию «великого журналиста и блестящего дипломата», а Ромеро принадлежал к другому поколению и нередко занимал позицию критика режима. Своим выбором Франко, как полагал Ромеро, продемонстрировал «желание избежать искушения и получить еще одну «классическую» биографию». Этому проекту не суждено было случиться: Франко к нему так и не вернулся. Но и после смерти диктатора, когда были сняты все запреты, любого автора все еще подстерегают большие трудности.

Большая часть личного архива Франко, как утверждали его дочь и близкие, сгорела в результате несчастного случая во время переезда семьи из резиденции Франко в Эль Пардо после его смерти. К тому же только двадцать пять лет спустя после смерти диктатора Министерство культуры Испании выделило «Фундасьону Франко» необходимые средства для классификации как официальных документов, так и тех, что уцелели от пожара, для передачи на хранение в государственные архивы. И хотя X. Тусель, известный испанский историк, в специальном номере «El Pais» от 18 ноября 2000 г. отмечает, что без этих документов попытки написать биографию Франко не корректны, ежегодно прибавляются все новые жизнеописания диктатора. В их числе и самого Туселя. В последние годы проявился интерес к личностным и психологическим аспектам биографии Франко. Й все же, несмотря на мнение скептиков, можно попытаться сложить из разрозненных элементов некую мозаичную картину, хотя в ней, очевидно, будут отсутствовать многие компоненты.

Так каким же он был, последний диктатор в Западной Европе?

Часть I

Путь наверх. Взлет

Дальний предок Франсиско Франко Хуан Франко Добладо переселился из Пуэрто-Реаля, что близ Кадиса, в Эль Ферроль, ставший морской базой в 1726 г., в годы правления первого короля из династии Бурбонов — Филиппа V. После пробы на «чистоту крови» он был назначен в 1730 г. преподавателем морского училища. Франко считались идальго, хотя и без титула и без надежных средств к существованию. Его дед Франсиско Франко и отец его бабки Салгадо-Араухо достигли высших рангов в морской иерархии. Его отец — Николас Франко Салгадо Араухо — в 18 лет поступил в Академию морской администрации в Эль Ферроль, служил на Кубе и Филиппинах, сделал блестящую карьеру, достигнув ранга генерального интенданта.

Агностик и вольнодумец, насмешливый и остроумный, он действительно представлял собой весьма странную фигуру, не вписывающуюся в стереотип «сеньора морского офицера». Именно эти качества помешали ему достигнуть более высоких степеней в карьере — способности и квалификация, как полагали его знакомые и сослуживцы, позволяли Николасу-старшему стать, по крайней мере, вице-адмиралом. Но он им не стал.

В Эль Ферроле Николас Франко познакомился с Пилар Баамонде, дочерью также генерального интенданта; в мае 1890 г. состоялась свадьба. Оба супруга принадлежали к одному и тому же социальному слою, но у Баамонде была более знатная родословная. Их разделяли не только происхождение и даже не возраст — дон Николас был старше жены на 10 лет, — а характер.

По отзывам преподавателей, а затем и сослуживцев, Николас Франко имел характер открытый и независимый, был жизнелюбом, не скрывал своих либеральных взглядов. Даже после женитьбы продолжал вести жизнь холостяка, проводил многие часы в казино, имел устойчивую репутацию бабника.