Стратегии злых гениев - Валентин Бадрак

Валентин Бадрак

Стратегии злых гениев. Антология деструктивных мотиваций

В каждом человеке есть бог и зверь, скованные вместе.

С человеком происходит то же, что и с деревом. Чем больше он стремится вверх, к свету, тем глубже уходят корни его в землю, вниз, в мрак и глубину – ко злу.

Вместо вступления. В поисках границы нормального

Однажды во время посещения генуэзской крепости на Крымском полуострове меня несказанно поразил мальчик лет восьми, который попросил разрешения родителей поучаствовать в театрализованной игре рыцарей и… «отрубить» голову своей младшей сестричке. Я задумался над тем, что на самом деле послужило побудительным моментом для этого мальчика, видевшего рыцарей лишь по телевизору, заставив бессознательно помышлять об убийстве ближнего. Возможно, определенным импульсом стало скопление негативной энергии в этом месте, где когда-то сражались воинственные и неведающие страха люди и проливалась кровь тех, кто видел смысл жизни исключительно в завоевании пространства и его последующей защите. Может быть, пестрые рыцарские одежды и завораживающее бряцание доспехов пробудило в маленьком человеке далекий «зов предков» и стимулировало вулканический «прорыв» внутреннего деструктивного. А может, к этому подталкивали мальчика действия его родителей, которые под цивилизованной моделью поведения тщательно скрывали то, что всегда было заложено, так сказать, генетически запрограммировано в каждом из нас и что тянет нас назад, в прошлое, заставляя чувствовать себя суровым и беспощадным животным, борющимся за лучший кусок и за место под солнцем. Тем более что даже среди животных человек выделяется своей агрессивностью.

Вспомним хотя бы законы волчьей стаи: подчинившийся остается в живых. А вот человек так поступал далеко не всегда и уничтожал побежденных. Да и в большинстве случаев хищник убивает только для того, чтобы добыть себе пропитание, чего не скажешь о людях.

Логична, конструктивна ли вообще природа поступков человека, является ли она следствием его воли и истинных желаний, или мотивация его поведения формируется иными факторами? Не являются ли поведение и поступки людей, воспринимаемые и интерпретируемые как деструктивные, поведением и поступками, свойственными человеческой природе, неискоренимыми и неистребимыми и лишь ограничиваемыми моралью и государством – силой более могучей, чем та, что дремлет внутри каждого из нас? И если это так, то почему только человек представляет собой «род массовых убийц»? «Собственно человеческое и индивидуальное составляет лишь самый верхний слой коллективного бессознательного, который, уходя вниз, достигает уровня животного», – считал Карл Густав Юнг. Но на поверку «человеческое» оказалось даже ниже «животного» (опять вспомним стаю волков). Так в чем же коренится причина этого явления? Это остается, пожалуй, наиболее сложным вопросом для самых дерзких умов современной цивилизации.

Впрочем, нельзя не заметить: хотя в каждом человеке есть деструктивное, люди проявляют его по-разному или могут не проявлять вообще. Кто-то пытается бороться с омерзительными инстинктами в себе с помощью любви, религии, высоких идей. Кто-то живет в рамках определенных государством законов и чрезвычайно чуток к общественному мнению. Но кто-то позволяет демонам выйти наружу. И некоторым из таких людей удается завоевать признание, превратиться в «злых гениев» или вечных демонов. Именно в силу того, что известные деструктивные личности порой оказываются поразительно популярными в массах и неоднозначно оцениваются историей, этому феномену, как и самому появлению «злых гениев», стоит уделять больше внимания.

Удивительно, но у разрушителей, убийц и насильников достаточно «покровителей», и не только в лице биографов и летописцев. И хотя само явление деструктивности не является новым объектом исследований, в настоящей книге усилия направлены на обобщение стратегий «злых гениев», выработку жизненных линий деструктивных личностей и особенно на возникновение и развитие мотиваций разрушения, агрессии и враждебности по отношению к окружающему миру. Представляется, что наибольшей проблемой является проведение границы между конструктивным, положительным мышлением и желанием добиться безоговорочного доминирования, незыблемой власти над всем окружающим – для приведения в исполнение своих тайных разрушительных желаний. Ведь на самом деле, много сходного и в мотивации, и самой деятельности таких известных личностей, как Чингисхан и Александр Великий, Наполеон и Гитлер. Может показаться исторической случайностью тот факт, что Александр нес народам более высокий уровень культуры, демонстрируя не столько страсть к разрушению, сколько жажду государственного преобразования мирового уровня, намерения объединить народы и культуры в единую общность. Тогда как Чингисхану важнее был сам процесс, захват материальных ценностей, демонстрация силы и власти. Но в то же время мало кто сомневается в том, что оба они были разрушителями и завоевателями, которые одинаково легко проявляли жестокость, шли на истребление людей и боролись, прежде всего, за собственное могущество. Можно дискутировать, являлась ли идея Великой Франции для Наполеона фантомом и средством маскировки для достижения власти так же, как для Гитлера идея Великой Германии. Во многом наблюдается удивительное, порой уникальное сходство. И все же для деструктивных личностей наиболее важным является сам процесс властвования и доминирования, все остальное служит средством. Иерархия ценностей у них выстроена таким образом, что цели и средства меняются местами. Разве не был деструктивной личностью Сальвадор Дали, сам описавший свою детскую враждебность к окружающим и хищническое отношение к людям? А насколько оправданы тысячи жизней, «положенные» Бисмарком для усиления Германии? Может быть, тесно переплетенное с огнеупорной логикой, деструктивное этих людей было просто загнано в угол, как дикий зверь в клетку? И может быть, в случае отсутствия границ дозволенного они позволили бы проявиться своей мрачной стороне гораздо больше, чем светлой?

Но почему же тогда их жизнеописания так увлекают обычных людей? И если учесть, что чаще всего на обывателя действуют жесткие рамки управления деструктивным, созданные теми, кто хорошо знал тайны своего деструктивного, но не желал, чтобы демоны каждого члена общества безбоязненно выползали на свет, как тогда быть со свободой, к которой стремится каждый? Ведь если выход из обывательских рамок ведет к свободе и творческой реализации, то расширение внутреннего пространства духа и стремление к полету может при определенных обстоятельствах привести к деструктивной цели, родить новую демоническую личность, ориентированную на уничтожение всего сущего во имя некой мифической цели.