Тридцать серебряных монеток - Донцова Дарья

– Тебе плохо? – испугалась Мафи. – Валяешься на полу, голову запихнула под мебель.

– Нет, нет, – поспешила заверить Зефирка, – просто решила отдохнуть, вот и прилегла. Устала! Пыли в доме пуделихи горы.

– Люка близорукая, – хихикнула Мафи, – а очки всегда теряет, не помнит, куда их положила. Грязь она не видит, поэтому Общество помощи и заботы нас к ней и отправило. Мы должны помогать друг другу. Здрассти!

Мопсиха удивилась. Почему сестра вдруг решила с ней поздороваться? И тут раздался незнакомый голос:

– Добрый день, вы кто?

Зефирка сообразила: в гостиной появился некто ей неизвестный и он определенно увидит две задние лапы, которые высовываются из-под дивана…

Лучшая портниха собрала все свои силы, подтянулась на передних лапках и… о радость! Все ее тело оказалось в укрытии.

– Я Генри, – представился незнакомец, – племянник Люки.

– Мафи, – в свою очередь сообщила пагль, – член Общества помощи и заботы, живу в Мопсхаусе.

– Странно, однако, – пробормотал пудель.

– Что вас удивило? – полюбопытствовала Мафи.

– Привез любимой тете собственнолапно созданное украшение для интерьера, – начал Генри. – Я известный дизайнер. Слышали о такой профессии?

– Ну… э… вроде, кажется, где-то кто-то говорил! – ответила Мафи.

– Мои работы представлены во многих музеях. На подоконнике стояло произведение «Ловец счастья», а теперь его там нет. Не знаете, куда презент подевался? – продолжил пудель.

– Брезента здесь не лежало, – протянула Мафи.

– Генри, – закричала с улицы Люка, – я жду тебя.

– Совсем забыл! Обещал свозить тетю в деревню Драконов за новой шалью! – воскликнул пудель. – Я так рассеян! Если увидите изделие невероятной красоты из керамики, украшенное роскошными цветами-медальонами, то не трогайте его! Вдруг разобьется! Это будет трагедия!

– М-м-м, – пробормотала Мафи, – поняла, сейчас всех предупрежу.

– До свидания, – произнес Генри, затем раздались его удаляющиеся шаги.

Зефирка выждала пару секунд и осведомилась:

– Мафуня, мы одни?

– Да, – засмеялась пагль.

– Можешь приподнять диванчик? – попросила лучшая портниха, и тут же софа перестала давить ей на спину.

Зефирка живо вскочила.

– Сбегаю отряхнусь! – воскликнула она и бросилась на задний двор дома Люки.

Глава 3. Кто разбил бутылку?

Добежав до бачка, куда Люка складывает всякий мусор, Зефирка начала отряхиваться. Она кое-как сумела привести себя в порядок и решила вернуться в дом пуделихи. Подойдя к крыльцу, лучшая портниха увидела Капитолину и Мафи. Обе они стояли чуть поодаль у большого окна. Сестры не заметили Зефирку, они опустили головы и смотрели на землю.

– Я разбила штуку, которую Генри привез Люке в подарок, – всхлипывала пагль, – вот только не поняла, почему он называл ее «украшение для терьера». Работает пудель кем-то таким непонятным… ну… это есть у енота Фреда. Железный такой.

– Комбайн? – подсказала Капитолина.

– Точно, – закивала Мафи, – Генри – комбайнер. Знаешь, Зефирка очень устала, на полу заснула, голову под диван засунула. У Люки клубы из пыли.

– Верно, – согласилась Капитолина, – и на кухне пирамиды из грязной посуды. Все лапы стерла, пока помыла. Бедная Зефирушка, силы ее совсем покинули!

– Феня сестру на очень жесткую диету посадила, – пожалела Мафи лучшую портниху, – следовало хоть один кексик в день ей оставить. Когда я вошла, то споткнулась, упала, с моей головы слетел обруч для поднятия ушей, широкий такой. Я подумала, что он угодил на подоконник, хотела забрать украшение, а его нет. Зато увидела очень пыльную тряпку, большой комок такой! Решила ее вытряхнуть, выглянула в окно. А там мой обруч и это…

Мафи показала на землю.

– Осколки! – покачала головой Капитолина. – Твое массивное украшение для ушей сбило бутылку с подоконника.

– Генри говорил, что его работа для терьера очень дорогая, – продолжила пагль, – он ее собственнолапно сделал. – Мафи шмыгнула носом.

– Слезами горю не поможешь, – отрезала Капитолина и протянула Мафи чистый носовой платок. – Не вытирай мордочку лапой.

У Зефирки зачесалось в носу, она чихнула.

Капитолина обернулась.

– Зефирушка! Как ты себя чувствуешь?

– Нормально, – пробормотала лучшая портниха, у которой не имелось ни малейшего желания сообщать, что бутылка погибла по ее вине.

– И что теперь делать? – прошептала Мафи.

– Я же ювелир, – засмеялась Капитолина. – Ко мне постоянно приносят сломанные ожерелья, кольца, браслеты. У меня в запасе имеется потрясающий сваренный лично мной клей!

– Бутылка выполнена из керамики, – понизила голос лучшая портниха, – а ты работаешь с серебром, золотом…

Капитолина прищурилась.

– Еще с пластмассой, деревом, камнями, как с драгоценными, так и с самоцветами, и с керамикой тоже. Необходимо собрать все осколки, даже самые крохотные, и принести их в мою мастерскую. Уж поверьте, разбитое превратится в целое. Все кладем на платок!

Капитолина подошла к скамейке, на ней стояла большая сумка, с которой лучший ювелир Прекрасной Долины никогда не расставалась. Хозяйка открыла ее, вытащила большой платок и велела:

– Кладем части бутылки на зеленую сторону, она удерживает даже мельчайшие кусочки.

Собаки встали на четвереньки и принялись шарить лапками по земле.

– Нашла, – заликовала Мафи.

– Тсс, не кричи, иначе сюда все прибегут, и придется рассказывать, что случилось, – прошептала Капитолина. – Наша задача – собрать частички бутылки. А потом я ее склею и запеку, она станет лучше нового изделия.

– Запечешь, как пирог? – заморгала Мафи.

– Правильно, – согласилась Капитолина, – клей суперпрочно соединит осколки.

Сестры принялись за дело. Капитолина через некоторое время отползла влево, Мафи осталась в центре, Зефирка же переместилась вправо и услышала тихий голосок:

– Зефи! А я знаю, что это ты разбила подарок Генри.

Глава 4. Хомяк Иугор

Лучшая портниха вздрогнула.

– Кто здесь?

– Я, – ответил тот же дискант.

Зефирка прищурилась, увидела в траве хомяка и удивилась.

– Это ты со мной беседуешь?

– Конечно, – кивнул тот. – Я живу неподалеку, на берегу Апельсинки. Видел, как емкость, осколки которой вы сейчас собираете, из окна на землю выпала. А ты на подоконнике висела. Посмотрела, ойкнула, исчезла. Вскоре Мафи показалась и давай тряпку трясти. Пыль из нее столбом. Пагль глянула на землю и воскликнула: «Ну и ну! Что я наделала!» И пропала из вида. А сейчас я опять случайно услышал ваш разговор и сообразил: Зефи не сообщила правду о том, кто на самом деле разбил вазу.

– Бутылку, – прошептала мопсиха.

– Можешь и дальше придираться к словам, – улыбнулся хомяк, – но главное, что Зефирка не прочь свалить вину на Мафи. Наверное, мне стоит пойти к Черчилю и сообщить ему правду.

– Не надо, пожалуйста! – взмолилась мопсиха.

– Если объяснишь причину, по которой я должен хранить молчание, то, возможно, переменю свое мнение, – ответил собеседник.

– Как вас зовут? – осведомилась мопсиха. – Похоже, раньше мы не встречались.

– Иугор, – улыбнулся грызун, – я живу на берегу Апельсинки, но меня не замечают. У меня уникальная профессия, я торговец тайнами.

– Как можно торговать тайнами? – с удивлением поинтересовалась Зефирка.

Иугор сложил лапки на груди и сел на камень.

– Сейчас объясню. Все просто. У тебя есть секрет: ешь по ночам конфеты. Доктор-белка Люда запретила Зефи лопать сладкое…