Грязная Земля. Книга 1 - Юрий Викторович Окольнов

– А почему ты тогда дома не пьёшь, если у тебя свой алкоголь?

Иван помолчал, глядя в бесконечность, а потом выдал:

– Одному пить – это алкоголизм и запой. Нельзя скатываться совсем. Нужно хоть немножко людей вокруг чуять. Вот и прихожу сюда.

Юлия с уважением поглядела на него, а он добавил:

– Ну и за порядком присматриваю заодно…

– И за порядок платят тоже? – улыбнулась Юлия.

Иван неопределённо махнул рукой, но уголок его рта дрогнул, показывая, что Юлия не так далека от истины.

– Так ты просто меня увидеть хотела, или дело было? – вспомнил Иван.

Юлия чуть покраснела, отвела взгляд, потом снова посмотрела на него:

– Да я про поход наш ещё хотела обсудить. Что, как, куда… А то у тебя телефон служебный, его занимать надолго нельзя. Да и поймать тебя по телефону сложно.

– Это да…

Несмотря на невероятные свойства настойки загадочной бабки-травницы, Иван через час всё же наклюкался. Бармен пожал плечами и сказал, что, наверное, виновата компания. В одиночку он редко так напивался. Юлия решила, что не будет оставлять Ивана здесь на милость бармена. Она помогла ему выйти и усадила в его УАЗик. Вот интересно, как он собирался ехать после такой пьянки? Или собирался спать прямо в машине? Или и правда рассчитывал на мягкость настоечки?

Иван при этом держался на ногах, но вёл себя хаотично, как все пьяные. То сбивчиво начинал докладывать новые разведданные. То начинал кричать угрозы в адрес майора. То просто плакал. Даже лёжа на сиденье в машине – он не заснул и продолжал бормотать.

Права у Юливанны были, но в страховке, её, конечно, не было. Она лишь надеялась, что ГАИ её не арестует. Всё же у лесника должны быть знакомства в органах. Он же рассчитывал доехать домой пьяным, верно?

Вести УАЗ было неудобно, но она справилась. Ехала неторопливо, наслаждаясь ночным воздухом. Солнце уже давно зашло, но в небе ещё была радужная полоса – бирюза, переходящая в тёмную синь.

В воздухе ощущалось и нарастало некое странное напряжение. Оно приходило и уходило. Казалось, давление в воздухе меняется. Начиналась и уходила лёгкая мигрень. Сердце начинало биться быстрее, а потом медленнее. Юливанна покрутила головой. Что за странные дела! Может, это у нее от алкоголя? Паров надышалась?

Наконец они приехали к избушке лесника. Она вытащила Ивана из УАЗа и подвела его к калитке. Он устойчиво держался на ногах, но при этом похрапывал. Вот что значит – армейская выучка!

– Привет, Полкан! – крикнула Юлия.

Собаку она, конечно знала. Но та вела себя странно. Собака стояла во дворе, вытянув цепь на всю длину. Её глаза неотрывно смотрели на стену леса невдалеке. Она чуть поскуливала и рыла лапой землю.

Может, зайца увидела?

Юливанна не стала разбираться – главное, что не бросается. Помощи в таскании Ивана всё равно от Полкана не будет! Поэтому она сама помогла леснику дойти до дома. Прислонила его к стенке, где тот мастерски продолжил храпеть стоя. Нашла в связке ключей дверной, открыла. Завела Ивана в его халупу и помогла упасть на кровать. Тот вдруг явно расслабился и уже захрапел в полную силу.

Юлия хмыкнула. А до этого, он значит, держал всё под контролем? Ух, спецназ! Она огляделась. Обстановка была скудной и неряшливой. У неё просто руки зачесались сделать здесь уборку и перестановку. Она даже шагнула к форменной куртке, валяющейся около вешалки. Но потом сдержалась. Обернулась к Ивану, потрепала его по голове:

– Спокойной ночи, – улыбнулась она.

И ушла.

Алиса и кокон

Алиса всегда неплохо бегала. Она не увлекалась каким-либо активным спортом – но в целом была крепким здоровым ребёнком, а потом выросла подвижной энергичной девочкой. Прогулки, беготня, лазанье по подвалам и чердакам. Плаванье, велосипед, игры на воздухе… В общем – в текущей ситуации было удачей, что из всей их команды в эту ситуацию угодила именно Алиса. Петя бы, наверное, выдохся со своим слабым сердцем. Лёшик был толстячком с лёгкой одышкой. Рафик… Рафик был достаточно подвижным, но предпочитал сидеть и читать.

Хотя, Лёшик, бы, наверное, смог отбиться. Был бы лук и стрелы.

Да… Алиса вздохнула на бегу. Были бы у неё с собой лук и стрелы… Но, к сожалению, когда она во сне выбралась из квартиры – то вышла в пижаме. Лишь рефлекторным жестом сунула айфон в карман. Вот Лёшик наверняка бы сунул в карман пижамы лук и стрелы даже во сне!

Алиса не удержалась и засмеялась, немного потеряв темп и сбив дыхание.

Впрочем, за ней, вроде бы, никто не гнался, и можно было чуть расслабиться. Лес продолжал тихо и медленно пульсировать, тёплый ветер ритмично шумел в кронах – но Алиса перестала ощущать желание идти туда, на загадочную поляну. Она решила, что пора сбавить скорость и передохнуть. Перешла на трусцу, потом на быстрый шаг, давая сердцу и дыханию успокоиться.

До этого она постоянно поглядывала на гладкий подсыхающий органический мешок на её руке. Но только сейчас, замедлившись, поняла, что тот подрагивает и тоже слабо пульсирует. До этого ей казалось, что он просто трясётся в такт её бегу.

– Только сейчас, когда страх и ужас отступили, Алиса сообразила, что щенок внутри герметичного кокона может задохнуться. Блин, какой позор! Она же биолог! Так, сколько там мозг сохраняется без кислорода? Шесть минут? Вроде минута-другая ещё есть…

Нет, может, конечно, им повезло и кокон негерметичный, то есть с дырками. В конце концов, в упаковке живого существа должен быть какой-то смысл, оно должно оставаться живым…

…А что, если эти коконы – это поедание животных? Что, если они там медленно перевариваются? Срочно надо рвать!!

Она положила кокон на землю и попыталась ногтями разорвать плёнку. Не получилось. Ногти скользили и не прорезали поверхность. Блин, может права была мама – надо было ногти отращивать, как всем нормальным девочкам? Ха! А вот фигушки! Её оружие – могучий интеллект, а не острые когти!

Алиса огляделась. Нашла сухую ветку с расщепившимся концом – и ковырнула плёнку кокона. Та натянулась… И поддалась.

Из отверстия в плёнке потекла густая отблёскивающая жидкость с неприятным запахом. Алиса здоровой рукой начала рвать плёнку вокруг отверстия. Та нехотя поддавалась. Под ней был виден щенок – вроде бы, целый и невредимый, хотя и облепленный органическими элементами. Между ним и плёнкой в жидкости плавали