Посетитель - Алекс Баркли

— Я сейчас вспомнил, — сказал Джо, — как вы несколько раз прибегали ко мне, скрываясь от какого-то ретивого малого, вооруженного бейсбольной битой. Значит, это был Бобби.

Ужин подходил к концу, две пустые винные бутылки уже убрали со стола. Джина говорила все громче. Анна, наоборот, притихла, но вскоре выдала сразу несколько ядовитых замечаний в адрес Джо, и Дэнни решил вмешаться:

— А кто это тут заказывал к бифштексу еще и порцию семейного раздора? Кто?

Джо взглядом дал Дэнни понять, что юмор сейчас неуместен. Анна не поднимала глаз от своей тарелки.

— Ну что ж, бифштекс я, пожалуй, отошлю назад на кухню: вкус у него какой-то не такой. Какой-то кислый. — Дэнни обернулся к Джине: — Эй, а что-то я сегодня не слышу твоего смеха, детка?

— Я засмеюсь, когда ты скажешь что-нибудь смешное. Джо, как тебе этот итальянский десерт?

— Протух насквозь, как вчера Тара сказала Шону.

Анна улыбнулась:

— Это так смешно — ее слушать. Для меня ее речь иной раз звучит как совершенно чужой язык.

— Я недавно слышал, как она жаловалась Шону на какого-то парня, который «обратал» одну из ее подруг.

— Обратил? — уточнила Джина.

— Нет, именно обратал. Как выяснилось — сделал ее беременной.

Все рассмеялись.

— Выходит, Дэнни у нас серийный обрататель, — сказала Джина.

— А я — обрататель-одиночка, — с усмешкой произнес Джо. — Грустно, конечно, все это, однако в будущем году мы с Анной отправляем нашего возлюбленного сыночка в колледж, после чего обретем наконец свободу, чтобы…

— Трепать друг другу нервы на полную катушку, — резко закончила Анна.

— Господи, Анна! Да что с тобой…

Она скомкала и бросила салфетку, отодвинула стул назад и встала.

— Извините, мне надо идти. Я забыла… у меня конференц-связь с… Парижем. — Анна посмотрела на часы.

— Погоди. Я с тобой. — Джо вскочил, сильно стукнувшись при этом коленом о стол.

— Не нужно. Оставайся здесь. Пожалуйста. — Ее голос дрожал.

Джо посмотрел на Дэнни, потом на Джину.

— Останься, — повторила Анна. — Развейся немного. — И она быстро пошла через зал к выходу, низко наклонив голову.

— Ребята, мне страшно жаль. Я и понятия не имею… — Джо пожал плечами.

Джина сжала его локоть:

— Ей здорово досталось. Иди. И присматривай за ней. Она нуждается в тебе.

Джо пошел следом за Анной через зал ресторана, однако задержался по пути: он просто не мог пройти мимо одного из столиков.

— Привет, босс! Как дела?

— Хелло! — воскликнул Руфо, снимая руку с талии своей подружки. — Дела идут отлично!

Джо посмотрел в сторону входной двери: Анна уже вышла из ресторана.

— Это моя… это Бренда Стенсон, — сказал Руфо и вытер рот салфеткой. — Бренда, это детектив Джо Лаккези.

— Привет, — кивнула Бренда, — рада познакомиться.

— И я тоже. Отличное место выбрали, чтобы поужинать.

— Одно из лучших, — согласился Руфо.

— Нам нравится.

— Ты тут один? — спросил сержант.

— Да нет, просто мне срочно пришлось уйти. Я только что покинул Дэнни Марки и Джину — они заняты десертом. — Произнося это, он смотрел на Бренду. Она не отводила взгляда.

— А мы, — сказала Бренда, — сейчас собираемся пойти прогуляться, а десерт закажем где-нибудь еще.

Сержант нахмурился:

— Разве?

— Именно так. Это тебе мой маленький сюрприз.

Руфо расплылся в улыбке, как самый счастливый человек на свете.

Джо не стал говорить сержанту, что у него галстук испачкан соусом. И уж тем более не стал сообщать, что Дэнни когда-то спал с его подружкой.

Глава 12

На лифте Джо поднимался вместе с Айрин, которую знал только по имени, обозначенном на ее нагрудном бейджике: черный фон, золотистый шрифт. У нее были тонкие губы, эффектные седые волосы и очки в тонкой металлической оправе с острыми углами. Они никогда не разговаривали, и Джо заочно жалел всех тех, кому приходилось иметь дело с Айрин в надежде чего-либо от нее добиться. В лифте кроме них находилось множество людей. Кричали дети, пели какие-то парни с огромными красивыми букетами цветов, сюда затесался даже клоун — но ничего, казалось, не могло поколебать ее ледяного спокойствия. Джо очень надеялся, что с этой леди ему никогда не придется контактировать ни по служебным, ни по каким-либо иным делам.

Весь шестой этаж был заполнен ароматом колумбийского кофе, но когда Джо тоже решил выпить чашку, оба кофейника оказались опустошены. Все детективы, находившиеся в отведенном оперативной группе углу, уже прихватили себе по новой порции.

Денис Кален в одиночестве сидел за своим столом. Вдруг он стукнул ладонями по столешнице. И встал.

— Внимание! У меня кое-что есть по нашему убийце.

— Выкладывай, — сказал Джо.

— Все потерпевшие за неделю или около того до смерти аннулировали свои кредитные карточки.

Все молчали, ожидая продолжения, но Кален более ничего не сказал.

Первым отреагировал Джо:

— Стало быть, у них у всех украли бумажники. Это объясняет наличие двух бумажников у Лоури. Он получил новые карточки. Потом ему вернули исходную. В тот вечер, когда его убили.

Кален кивнул:

— Преступник украл у этих парней бумажники, а это значит, что он знал их адреса, номера телефонов, места работы. Он звонит им, говорит, что нашел их бумажники, и они ему страшно признательны. И конечно, любой из них полностью доверяет своему будущему убийце, который оказался настолько честным.

— Он мог держать эти портмоне у себя сколь угодно долго, — продолжил его мысль Джо. — Просмотрев их содержимое, прикидывал финансовые возможности жертвы, проверял, какие магазины она обычно посещает. Звонить им на квартиру он мог в любое время, чтобы выяснить, нет ли там кого еще. Мог и отказаться от нападения, если там были дети — у семейного человека обычно в бумажнике есть фотографии жены и детей.

— У Лоури была дочка, — заметил Ренчер.

— Да, но каждое воскресенье его жена уезжала к своей мамаше. Преступник мог это заметить. И Лоури сам мог обмолвиться об этом по телефону.

С Джо согласился Кален:

— Я тоже думаю, что Посетитель мог стащить у кого-то бумажник, но этот человек вовсе не обязательно становился его жертвой. У нашего общего друга, наверное, имеется куча бумажников, украденных у людей, которым он никогда не звонил.

— Бобби, Пейс! Вы занимались распечатками телефонных разговоров. Не обратили внимания, в дни убийств жертвам не было входящих звонков? — спросил Джо.

— Не уверен. Не помню, — покачал головой Бобби.

— Ну хорошо, а вы не заметили ничего необычного в записях входящих звонков?

— Мы б тогда сказали, — ответил Пейс.

— Не возражаете, если я сам посмотрю? — предложил свои услуги Кален.

— Конечно, посмотри, — недовольно взглянул на него Бобби. — Хоть наизнанку вывернись.

Джо отошел было от стола, но тут зазвонил его телефон.

— Детектив Лаккези? Джо Лаккези?

— Да.

— Меня зовут Престон Блейк.

— Да?

— Я… э-э-э… Это конфиденциальный разговор?

— Если вы этого хотите, то да, конечно.

На другом конце воцарилось молчание. Потом послышались глубокие вздохи.

— Сэр, чем могу быть вам полезен? — поторопил его Джо.

— Вы ведь расследуете дело Посетителя. Я видел ваше имя в газетах.

— Совершенно верно.

— Мне кажется… этот Посетитель… — Говоривший снова вздохнул, глубоко и медленно.

Джо терпеливо ждал.

— Он пытался меня убить.

— Когда это случилось?

— Полгода назад.

— Мистер Блейк, вы, наверно, внимательно следили за всеми сообщениями прессы об этом расследовании?

— Да… Но я понимаю, о чем вы… Это на самом деле со мной случилось. На самом деле.

— Вы в первый раз с нами связываетесь, мистер Блейк?

— Да. Почему вы об этом спрашиваете?

— Так, на всякий случай. Пожалуйста, расскажите, почему вы считаете, что это был Посетитель?

— Я впустил его к себе в дом, он сорвал с меня всю одежду, разбил мне лицо и угрожал пистолетом.

— А как вам удалось от него отбиться?

— Я ударил его, и он убежал.

— И вы уверены, что это тот самый парень?

— У ваших потерпевших… Возле их тел лежали телефоны?..

Джо некоторое время молчал. Потом вместо ответа сказал:

— Мистер Блейк, мы с напарником хотели бы нанести вам визит, поговорить с вами более детально, если вы не возражаете.

— Не знаю… удобно ли это…

— Давайте начнем с некоторых конкретных деталей, о'кей? Ваше имя еще раз, пожалуйста.

— Престон. П-р-е-с-т-о-н Блейк.

— Дата рождения?

— Шестнадцатое апреля семьдесят второго.

— Где вы живете?

— Восемнадцать сорок пять, Уиллоу-стрит, Бруклин-Хайтс.

— Мы с напарником обязательно заедем к вам. Во второй половине дня вы будете дома?