Зажечь огонь Его сердца - Ольга Хромова

Я не могла понять его реакцию. Кажется, взбешён? Кулаки сжаты, глаза сощурены. И странный блеск в них промелькнул.

Мне очень не хотелось говорить ему эту жестокую правду. Даже ненавидя этого монстра, всё же о таком предательстве, было даже мне тяжело говорить. Мне вдруг стало его жалко. Подобное сильно бьёт по мужчинам.

Король прошёл мимо меня к окну. Распахнул его настежь и упёрся руками в подоконник, глубоко вдыхая свежий воздух. Я подошла к мужчине ближе. Чёрт, и почему именно мне такие новости приносить?

— Простите, что…

— Ты здесь ни при чём, - глухим каким-то голосом перебил меня Ксандер.

— Строргэ не подозревает, что я Вам расскажу об этом…

— Ари, помолчи, - приказал мужчина и я подчинилась.

А затем он ловко, одной рукой притянул меня к себе и усадил на подоконник. Его лицо было слишком близко к моему. А назад я уже не могла отпрянуть, ведь там было открытое окно. Мужчина вдруг положил голову мне на плечо. Эээ, что ж… и такие мужчины бывают сломленными. Я коснулась рукой его плеча и услышала его вздох.

— Строргэ… если он знает, что это не мой сын, ему не имеет смысла его скрывать от меня. Пусть расскажет всем правду и отпустит мальчика. У меня больше нет законного наследника, и им ничего не угрожает. Правильно?

Я задумалась над его словами. Мужчина продолжал упираться лбом в моё плечо, а я – продолжала поглаживать его плечо и спину. Странная ситуация для меня.

— Смотря, что ему выгоднее, - ответила я.

Мужчина поднял голову и всмотрелся в моё лицо.

— Объяснись, - потребовал он.

— Если он хочет сделать Вам как можно больнее, то ему нет смысла рассказывать правду. Если же ему важнее отсутствие законного наследника… не знаю, даже. Ребёнком он может Вас шантажировать. И это факт.

— Ребёнком он может меня шантажировать, - повторил мою фразу мужчина, и уставился поверх моей головы, куда-то в небо. Теперь я отчётливо увидела в его глазах боль и страх. – Мне нужен этот мальчик, Ари. Кем бы он ни был для меня. Пять лет я считал его своим сыном. Он не унаследует трон, но он – мой.

— Я попробую уговорить его отдать ребёнка, давя на тот факт, что он же… не наследник. Но, возможно, Строргэ будет бояться отдать его. Терьмер признался в похищении Вильнары, и монаха может ждать та же участь.

— Скажи, что заступишься за него передо мной…

— Но это ведь обман. Вы не сделаете так, как я скажу. Вы всё равно казните его, - сразу воскликнула я негодующе.

— Я не могу казнить его лишь по той причине, что его иерархия мне не подвластна.

— И всё же он боится Вашего гнева.

— И правильно делает. Но сейчас мне нужен мальчик. Ты ведь понимаешь, что он- ни в чём не повинен? Тем более, если он не мой сын.

Я была в нерешительности. Да, ребёнка нужно спасти. Но верить словам короля…

— Ари, помоги мне.

— Только пообещайте его не трогать.

Я видела борьбу в мужчине. Понимала, что за похищение сына казнить можно было бы любого. Но я не приветствовала кровь, насилие и казни.

— Мне лишь нужен ребёнок, – твёрдо заявил мужчина.

Я кивнула. Ксандер тяжело выдохнул и вновь склонил голову на моё плечо. Интересно, а что теперь будет с Вильнарой?

Неожиданно мужчина чуть повернул голову, и его губы прикоснулись к моей шее. Его руки сразу же оказались на моей талии…

— Ваше Величество…

— У меня есть имя, - прошептал он у самого моего уха, и у меня от его голоса почему-то разбежались мурашки по всему телу. Ещё чего не хватало!

— Вы же обещали! – воскликнула я негодующе и одновременно в страхе. Разве можно верить обещаниям этого человека?!

— Что не буду брать тебя силой, - всё также шептал мужчина, покрывая поцелуями мою шею. – Но я не обещал, что не буду тебя целовать.

— Так пообещайте! – потребовала я.

— Нет, только не это, - мужчина схватил меня и понёс к кровати. Аккуратно опустил и накрыл меня своим телом. Я даже шелохнуться не могла. Что-то не похоже, чтобы он сдерживал своё обещание. Это по его глазам видно. Затуманены…

— Я знаю, что ты меня ненавидишь, Ари. Но я сделаю всё возможное и невозможное, чтобы убить в тебе это чувство ко мне.

И накрыл мои губы своим страстным поцелуем. Я ничего сделать не смогла. Противиться? Попыталась. Но я даже пошевелиться не могла. Оставалось лишь просто ждать, когда это всё прекратится.

Его язык всё глубже и настойчивее, но я не отвечаю. Ведь нет? Нет.

Кажется, ему надоело. Может, уйдёт же? Отстанет от меня? Мужчина встал, обошёл кровать и протянул мне руку. Я непонимающе на него уставилась.

— Ты же не думаешь спать в этом? – хмыкнул он. – Привыкай, Ари, я не уйду. И спать снова буду в твоей кровати.

Я вздохнула. Ксандер вновь помог мне с платьем.

— Мне понравилось твоё платье сегодня утром, - вдруг сообщил мне мой «супруг». – Нужно заказать тебе побольше подобных.

Я прошла за ширму и переоделась. Вышла, а мужчина стоит возле моего кресла и рассматривает книгу, которую я читала до его прихода. Улыбнулся чему-то и начал снимать с себя одежду.

Я отвернулась и легла в постель. Погасив свет, мужчина лёг рядом. Обнял и притянул к себе. Да уж, так и действительно привыкнуть можно.

— Скажи, как после всего этого, можно продолжать доверять людям? – вдруг услышала его шёпот.

— Может, это ошибка монаха Строргэ? – предположила я.

— Не думаю, - с грустью выдохнул король. - Вильнара была единственной женщиной, которой я доверился. Мне казалось, что она не способна на предательство. Она всегда была со мной. Всегда и везде. Но она предала меня, - немного помолчав, он совсем тихо добавил на незнакомом мне языке. Он что-то говорил, говорил, и постепенно, словно, по волшебству, я стала различать незнакомую речь: - Я не доверяю людям, Ари. Они пытались меня убить. И не раз. С самого детства. Я стал таким, каким ты меня видишь лишь потому, что пытался выжить. И я выжил. На зло или вопреки… не знаю. И я делал такие вещи, за которые, ты, наверное, меня осудишь. Ты из другого мира, Ари, и это меня тоже тревожит. Я же вижу, что ты добрая, жалостливая девочка. Но здесь, особенно во дворце, доверять никому нельзя. И врага нужно убить прежде, чем он убьёт тебя. Я ни с кем не говорю о таком. Ты – единственная с кем мне хочется поделиться своими тайнами и мыслями. Но ты меня ненавидишь. И скорее всего, я заслужил то, что заслужил.