Дайвинг для крокодила - Дарья Калинина

– Я тебя не боюсь! – гудел муж Анастасии. – Ты не посмеешь меня ударить.

Гога сделал несколько шагов назад.

– Уйди! Уйди! – твердил он. – Уйди по-хорошему. Я не желаю тебе зла.

– Как тебе верить? Ты же убийца?

– Вовсе нет.

– Ты убил старика.

– Он заслуживал смерти. А ты мне даже нравишься.

Гога остановился и просительно посмотрел на Ваню.

– Уйдите с женой, а? – попросил он. – Отдайте нам, что нашли. И уходите.

– Не-а!

Отступать Гоге было некуда. Он и так уже вплотную приблизился к теплице. И тут муж Анастасии, поняв, что загнанный в угол Гога может быть опасен, первым бросился на него. Подруги завизжали, когда два тела, разбрызгивая вокруг себя битое стекло, рухнули внутрь теплицы. Муж Анастасии казался сильней и крупней своего противника, но Гога был более ловким. Он не остался лежать на земле, придавленный массой соперника, а каким-то чудом вывернулся из-под него. И даже умудрился ударить того ножом.

– Дьявол! – взревел муж Анастасии. – Ну, все! Теперь ты сам покойник!

И снова ринулся на Гогу. Подруги в последний момент выскочили из теплицы через вторую дверь. А мужчины катались по земле и битому стеклу, приминая молодую поросль сливы и сражаясь не на жизнь, а на смерть.

– Ужас какой! – кричала Леся. – Помогите! Спасите!

Но всем было не до нее. Зоя Ивановна, заразившись безумием мужа, кинулась на Анастасию. Та все еще держала в руках сверток с сокровищем. И Зоя Ивановна вознамерилась этот сверток у нее выцарапать.

– Отдай! Отдай! Это наше!

Анастасия ловко выставила вперед ногу, в которую Зоя Ивановна и врезалась со всего размаху.

– О-у-у-у! – взвыла она. – Су-у-ука!

Руки у Анастасии были заняты, ведь она держала в руках маску. И Зоя Ивановна не преминула этим воспользоваться. Едва придя в себя после полученного удара, она снова ринулась в схватку. И вцепилась Анастасии в горло. Хватка у озверевшей Зои Ивановны была мощной. Так что Анастасия стала задыхаться. Из ослабевших рук на землю упал сверток. Увидев его, Зоя Ивановна мигом бросила Анастасию и кинулась за свертком.

– Нашла! Гога! Я его держу! – закричала она, кидаясь прочь.

Но рано она торжествовала. Анастасия была женщиной крепкой и быстро пришла в себя. И в два скачка догнала свою более полную противницу.

– Не уйдешь! Мое!

И женщины тоже повалились на землю, кусаясь, царапаясь и вырывая друг у друга волосы целыми пучками.

– Фу! – не выдержала Кира. – Какая гадость!

Обе женщины сражались так яростно, что даже превзошли в этом мужчин, которые продолжали громить теплицу. От нее остался один железный остов. Все вокруг было засыпано битыми стеклами. И оба мужчины успели основательно ими порезаться. И Гога, и муж Анастасии были в крови. Но сдаваться ни тот ни другой не собирались.

– Господи! Они же убьют друг друга! – закричала Леся. – Даня! Данила! Где же ты? Сделай же что-нибудь! Караул! Хватит!

И тут же, словно откликнувшись на ее призыв, из-за деревьев высыпали люди в черном. В руках у них были автоматы. И они в два счета скрутили обезумевших женщин и все еще сражающихся мужчин. Растащили их в разные стороны, поставили на ноги и нацепили на руки наручники. Все это было проделано в считаные секунды.

Подруги так толком ничего не успели понять. Только что возле них шла горячая яростная схватка между двумя парами. И вдруг!

Раз! Два! Три! И уже никто не дерется. А вся преступная четверка стоит смирнехонько в наручниках и недоуменно таращится на внезапно свалившихся словно снег на голову врагов.

Глава восемнадцатая

Первой пришла в себя Анастасия.

– Вы кто такие? – воскликнула она, возмущенно глядя на посторонних. – Что вам тут нужно?

– Это частная собственность! – мигом сориентировалась и Зоя Ивановна. – Убирайтесь!

Но никто ей не ответил. Вместо этого вперед выдвинулся следователь. Не Пуля, а тот, который вел дело об убийстве Федора. Подруги чуть не вскрикнули от радости. Знакомое лицо. Сейчас он наведет тут порядок.

– Так, так, – произнес следователь, шагнув в сторону и подняв с земли упавший из рук Анастасии сверток. – Значит, дедушкин клад вы нам сдали не весь? Кое-что оставили себе про запас?

Анастасия рванулась было к нему. Но держащий ее омоновец был начеку. И не пустил женщину сделать ни шагу.

– Ненавижу! – прорычала Анастасия, глядя на следователя. – Будь ты проклят! Это мое сокровище!

– Уже не ваше.

– Врешь! Не отнимешь! Она принадлежала моему деду! Всегда! Это кто угодно подтвердит! Все видели эту маску, когда она висела у нас дома! Все наши знакомые! Все, кто бывал у нас в доме! Десятки, сотни свидетелей! Вы не посмеете отнять ее у нас.

И Анастасия внезапно заплакала. Глотая соленые злые слезы, она продолжала ругать следователя последними словами. Но тот и ухом ни повел.

– Учитывая, что для того, чтобы завладеть этой маской, вы лишили жизни одну свою жертву и совершили нападение на вторую, вы вряд ли сможете обладать своим наследством в ближайшие годы.

Слезы у Анастасии мигом высохли. И она уже с неприкрытой ненавистью посмотрела на следователя.

– Что? – спросила она. – Какая еще жертва? Ни я, ни мой муж никого не убивали.

– Когда это случилось, мы с женой были в Краснодаре! – пробубнил Ванька.

Следователь даже поморщился, так активно не нравилась ему эта парочка.

– Оставьте! Ни в каком Краснодаре вы не были.

– Но билеты…

– Билеты куплены вами в один конец. Но на поезд вы так и не сели.

– А вы докажите!

– Запросто.

– Как вы объясните тот факт, что на первой же остановке проводник вашего вагона, оказавшийся ловким малым, посадил на ваши места двух «зайцев»?

Анастасия побледнела. Да и ее муж как-то спал с лица.

– Это выяснила проверка. Контроль. Был составлен протокол, из которого совершенно ясно, что ни вы, ни ваш муж в краснодарском поезде не ехали.

– Мы просто пересели в другой вагон! Проводник вам что, об этом не сказал?

– Бросьте! Проводник сам признался в своем обмане. И в протоколе черным по белому записано, что на ваши два места в Санкт-Петербурге никто не сел.

Анастасия и ее муж подавленно молчали. Сказать им было нечего. Свидетелей у них явно не было.

– Оставим эту тему, – произнес следователь, устало вздыхая. – Ребята, забирайте их всех!

Но тут ожили Зоя Ивановна с мужем:

– А нас за что?

– За убийство!

– Мы никого не убивали!

Следователь нахмурился еще больше.

– Вы сами признались, – сказал он. – Вы и ваш муж. И ваши слова записаны на пленку. И будут приобщены к делу как вещественное доказательство.

– Пленка – это не доказательство. Мало ли что можно туда записать!

– Очень даже хорошее доказательство. Потому что получена она не с бухты-барахты, а в ходе оперативного мероприятия по разработке подозреваемых по делу об убийстве.

– Мы ничего не говорили!

– Это все ложь!

– Подстава!

Но следователь не стал их больше слушать.

– Хотите, я покажу вам вещь, ради которой вы все это затеяли? – вместо этого спросил он у Анастасии.

Та промолчала.

– Молчание – знак согласия, – усмехнулся следователь.

И, взяв из рук помощника сверток, стал его медленно разворачивать.

– Так, – приговаривал он, – что же у нас тут такое?

Анастасия и ее муж следили за действиями следователя словно завороженные, не в силах оторвать глаз от его рук. Наконец тряпка была развернута. И взглядам всех собравшихся предстала маска. Следователь развернул ее и показал Анастасии изнаночную сторону. Та впилась глазами в клеймо и ахнула:

– Подделка! Снова она! Не может быть!

– Вижу, что вы уже поняли, какого дурака сваляли, – удовлетворенно хмыкнул следователь. – Все верно. Ваш дед вовсе не передавал ничего своей сестре.

– Старая грымза! – воскликнула Анастасия. – Она мне наврала!

– Это была ловушка. Клавдия Захаровна действовала по нашей просьбе. Она помогла расставить перед вами и вашим мужем ловушку. И вы все в нее угодили.

– Дура! – взвизгнула Зоя Ивановна, глядя на Анастасию. – Бабка провела тебя. Лохушка!

– Молчи! Сама кретинка! Нечего было на чужое зариться.

Ругательства вновь посыпались с обеих сторон. Четверо преступников старались сорвать злость друг на друге.

– Уведите их! – махнул рукой следователь и с отвращением отвернулся от преступной четверки, грызущейся между собой.

Но, отвернувшись от преступников, он увидел перед собой двух подруг.

– И вы тут, – вздохнул он. – Ну, ясное дело, как же без вас? Не обошлись бы ни за что!

Подруги не обиделись. Следователь ворчал на них без всякой злобы. Просто так, для профилактики.

– Мы хотим знать, – сказала Леся. – Зачем?

– Что – зачем? – устало спросил следователь.

– Зачем Гога убил Лаврентия Захаровича? За что он его так ненавидел?

– Это долгая история.

– Расскажите!