Дьявол носит лапти - Дарья Донцова

– Алло, гараж! А тунец? – возмутилась девушка.

Я замерла. Действительно! Забыла про рыбу, пришлось возвращаться назад и искать куски тунца. Навряд ли их держат там, где овощи. Я распахнула холодильник и старательно изучила полки.

– Нельзя ли побыстрее? – начала злиться покупательница.

– Доча, дай воды, – потребовал дед.

– Мама, тетя продаст мороженое? – заканючил детский голосок.

– Скоро обед закончится, а вы все тунца ищете, – выговорила мне девушка, – ладно, пойду вам навстречу, насыпьте креветок.

– Доча, пить, – взмолился дедушка.

– Ванильное, шоколадное и клубничное, – ныла девочка лет десяти.

– Заодно «Маргариту» состряпайте, – прилетел новый заказ.

– Ау, – закричала девушка, – вкусная у тебя была сегодня на завтрак тормозная жидкость?

Я вздрогнула и начала действовать. Креветки стояли в вазе на дальнем конце стойки. Не было времени осознавать, почему их не поместили в холод. Я одним прыжком добралась до морских гадов, зачерпнула их схваченной по дороге чашкой, швырнула на пиццу, впихнула противень в свч-печь, живо сняла пробку с горлышка темно-коричневой бутылки, стоявшей около вазы с фруктами, налила стакан, подала деду, открыла холодильник… печь истошно запищала. Я закрыла холодильник и открыла свч.

– Мороженое, ванильное, шоколадное, клубничное, – стонала девочка, – хочу-у-у!

– Дайте же ребенку десерт, – приказала мама.

Я захлопнула печь, распахнула холодильник.

– Пить! – сдавленным голосом произнес дед. – Просто воды, не надо сока! Ик! Ик!

– Где моя пицца? – перешла на крик девица.

– Воды! Скорей! Ик! Ик! – бормотал дед.

Я решила, что старик может и подождать. Он уже выхлебал одну порцию, пусть стоит спокойно.

– «Наполеон»! Немедленно! – потребовала заказчица.

Я закрыла холодильник, открыла печь.

– Клубничное-е-е! – во все горло зарыдала девочка.

– Воды! Любой! Стаканчик, – выводил пенсионер.

– Когда вы займетесь «Маргаритой»? – присоединился к общему хору парень. – Мам, ты что хочешь?

– Селедочки с картошкой, – визгливо произнесла бабуля в платочке, – и пивка! Светлого.

Я зависла между печкой и холодильником.

– Мороженку, – жалобно произнесла девочка, а мать добавила:

– Танечке жарко.

– А Катенька жрать хочет, – в тон ей ответила девушка, – у Катеньки перерыв всего полчаса, Катенька раба, она торгует кухнями, чтоб они сгорели вместе с хозяином.

– Ребенку надо уступать, – взвилась мамаша, – эй, вы, там, за прилавком, подайте айскриму!

– Во-ды, – хрипел дедуля, – умираю, доча!

– Пивка для рывка, – бойким речитативом пропела бабуля, – селедочки мне на язык!

– Мать, ты сегодня зажигаешь, – с восхищением заметил парень, – «Маргариту» сварганьте.

Мои руки действовали, не подчиняясь голове. Я схватила вазочку, плюхнула туда белой массы из ведра с надписью «Ваниль», добавила толику шоколадного пломбира, а вот с клубничным вышла заминка, я не сразу его обнаружила, но потом заметила в самом низу холодильника пластиковую емкость, набитую розовыми комочками, швырнула один к остальному набору и подала девочке.

– А ложечку? – тут же спросила капризница.

Я живо сунула в десерт столовый прибор.

– Тетя, это ножик, – сообщила малышка.

Ну до чего дети стали капризными! Я бы в детстве живо слопала мороженое пальцами и не чихнула.

– Девушка, вы над нами издеваетесь? – осведомилась мамаша.

– Пить, – на одной ноте тянул дед.

– Если пива не получу, помру! – объявила бабка.

– Да замолчите вы наконец! – взвилась самая первая заказчица.

– С какой стати нам молчать? – мгновенно вступила в скандал мать девочки. – Сама заткнись!

– Эй, бабы, спокойно, – велел парень.

– Свою мамашу успокаивай, – огрызнулась девушка. – И за ее диетой хорошо бы последить, пиво в пожилом возрасте не пьют! Почки откажут!

– Глупая ты, – беззлобно произнесла бабка, – молодая и поэтому безмозглая. Запоминай лучший рецепт мочегонного средства, народного, безотказного, помогает всем без исключения.

Очередь уставилась на старуху, даже дед перестал выпрашивать воду. Я, очень обрадованная тем, что меня перестали теребить, живо нашла пластиковую ложку, сунула ее в белый шарик, схватила нож и начала кромсать пиццу. До сих пор мне казалось, что порубить на части излюбленное блюдо итальянских бедняков легче простого, но сейчас широкое лезвие никак не хотело перерезать креветки, которых я в припадке щедрости насыпала слишком много. Морские обитательницы почему-то стали коричневыми и сопротивлялись изо всех сил.

– Значит, вот вам микстура, – вещала бабка, – берете по сто граммов крапивы, душицы, зверобоя, рябины, черники, голубики, перемалываете в кофемолке. Лучше лекарство делать на заре, стоя у окна на север. Да, свечку зажгите, она порчу отгоняет. Потом отсчитайте три капли керосина, перемешайте с намолышами и разведите десятью литрами пива.

– Темного или светлого? – неожиданно заинтересовалась мать девочки.

– А по барабану, – легкомысленно отмахнулась пенсионерка, – средство долго не хранится, выпить его надо за три, а еще лучше за два дня. Описаетесь от лекарства, все болячки выйдут, почки заработают, инфекция утечет.

Пользуясь тем, что народ внимал безумному рецепту бабки, я, наплевав на санитарию с гигиеной, схватила креветки за хвостики и, перемещая их, благополучно раскромсала пиццу и громогласно заявила:

– «Наполеон» готов, мороженое ждет, поторапливаемся, господа!

Думаете, мне сказали «спасибо»? Девица унесла картонную тарелочку к круглому столику, девочка с матерью ушли в глубь магазина.

– Воды! – ожил дедушка. – Ик! Ик! Сочок у тебя едкий, из чего он?

– Ну и где моя «Маргарита»? – забурчал парень.

– С селедочкой и пивом, – потерла ладошки бабуля, – и лучку туда с постным маслицем.

– Мать, ты лучшая в мире, – восхитился клиент и дружески щелкнул родственницу по носу.

Маманя моментально ткнула сына кулаком в живот и радостно заржала.

– Соку больше не лей! – ныл дедок.

Я бросила взгляд на коричневую бутылку, из которой недавно наплескала ему зелено-желтой жидкости. Капризная Таня и противная Катя так заморочили мне голову, что я не удосужилась посмотреть, какой сок в емкости. Только сейчас разглядела этикетку «Оливковое масло первого отжима».

Меня охватил ужас. Я отравила дедулю! Потом вернулось самообладание. Вилка, спокойно. Судя по внешности, старичок появился на свет в начале двадцатого века, это поколение пережило сталинский режим, Вторую мировую, построение социализма, разные экономические эксперименты, опасность ядерной атаки США, книги «Малая земля», «Целина», «Возрождение», перестройку, бандитизм, голод девяностых, разгул капитализма… Что дедуле стакан оливкового масла? Он остался жив после всех революций, дефолтов и реформ, его такой ерундой не свалить с ног. И потом, старичок просил сок, а если разобраться, что такое растительное масло? Это выжимка из плодов оливы, следовательно, может быть названо соком.

– Икота замучила, – пожаловался пенсионер, – а в животе крутеж-вертеж! Сваргань-ка пиццу, видно, от голода желудок бунтует!

Я с шумом выдохнула. От масла плохо не станет! Взяла большую бутыль с прозрачной жидкостью и наполнила стакан.

– Обслужи их, пока я водички похлебаю, – разрешил дед.

– Дошло и до нас! – весело заявил парень. – Не буду я «Маргариту». Что такое пицца «Волшебство»?

– Любые наполнители по вашему выбору, – пояснила я, – одна порция начинки восемь рублей двенадцать копеек.

– Маманя, давай наберем? – обрадовался сынок.

– Я не против, начинай, Вован, – скомандовала та.

– Значитца так, – хищно протянул Вован, – расстилай лепеху!

Я достала корж и замерла в ожидании.

– Лук, помидор, огурец, перец, – начал перечислять парень.

Я покорно зачерпывала ингредиенты и вываливала на тесто.

– Оливки, маслины, сыр, – бубнил Вован.

– Это что такое? – завизжали над моим ухом. – Я вас спрашиваю! А?

Моя рука дрогнула, нарубленная петрушка дождем спланировала на пол.

– Сейчас наша очередь, – окрысился Вован, – не мешайте. А ты не стой мочалкой, ложи помидоры.

Мне захотелось сказать шумному парню, что мочалка может лишь лежать, впрочем, еще и висеть, а вот стоять никак, и восхитительного глагола «ложить» в великом и могучем русском языке нет, в нем есть только «класть» или «положить». Но какой смысл мне просвещать Вована, мое дело – отпускать пиццу, поэтому я произнесла:

– Томаты уже есть.

– Поклади еще, – распорядился парень.

Бац! Передо мной на прилавке очутилась картонная вазочка. Ванильное и шоколадное мороженое девочка выскребла, а вот розовый комочек остался нетронутым.

– Что это? – взвизгнула мамаша.

– Клубничный пломбир, – выпалила я, – как просили.

– Съешь его немедленно! – затопала ногами женщина. – На моих глазах проглоти!